Глава 592: «Зеленый росток»
Хлесть!!
Звонкая пощечина обожгла лицо.
Оказавшись лицом к лицу со всепоглощающим вожделением, Хань Чэнь силой заставил себя протрезветь.
Помогла не только его железная воля, но и Звездная Карта «Пустая Луна», которая даровала мощнейшую способность к ментальному самоочищению.
В конце концов, Хань Чэнь сумел вырваться даже из иллюзорного плена сердечного демона, что уж говорить о каком-то плотском желании, вызванном исцелением тела.
— Братец… братец Чэнь? — Прошептала Бай Ин, и ее темные, словно вороньи перья, ресницы слегка дрогнули.
После недавнего страстного, удушающего поцелуя девушка тяжело и часто дышала, будто ей не хватало кислорода.
Никакого отторжения, никакой неприязни – дофамин, точно взрывная карамель, разносил сигналы чистого удовольствия по коре ее головного мозга.
И когда этот поцелуй внезапно прервался, на нее накатила необъяснимая тоска.
Хань Чэнь поднял уже прояснившийся взор, снял свою просторную куртку и набросил ее на плечи девушки.
— Спасибо за твою доброту, но человек ни в коем случае не должен переступать через свои принципы. Стоит сделать это один раз – и покатишься по наклонной.
— Но… — Девушка с покрасневшими глазами медленно опустила голову. — …Но я тоже хотела сделать для тебя хоть что-то.
В свое время, когда клан Бай оказался на грани уничтожения из-за коварных планов трех первоклассных могущественных кланов, ее саму собирались пустить с молотка, как обычный товар в сделке между сильными мира сего. Ее хотели насильно выдать замуж, заставив рожать детей для двух разных семей. В тот момент она была лишена даже самого элементарного человеческого достоинства.
И именно Хань Чэнь вмешался, спас клан Бай и вернул ей право говорить «нет»!!
С другой стороны, ее отец поддался искушению нихонцев и предал родину, а Хань Чэнь отсек главную голову Ямата-но Ороти, зверя-защитника нации Нихона, тем самым отомстив за ее отца и умерив боль в сердце ее деда.
Такую великую милость действительно невозможно вернуть словами – только отдав себя всю!!
Конечно, у нее был и свой маленький эгоистичный мотив. Да, она искренне, всем сердцем желала стать настоящей женщиной Хань Чэня.
Пусть у них не было долгой любовной предыстории, но если примерить эту ситуацию на себя…
Когда молодая девушка оказывается один на один с тремя тиранами, когда ее семья вот-вот будет разрушена, а ее саму собираются продать в чужие края, словно скотину для приплода…
И когда все вокруг трусливо молчат, именно этот мужчина делает шаг вперед.
Один-единственный человек с клинком в руке, который твердо смотрит ей в глаза и говорит:
[Тебе нужно лишь ответить, а я и мой длинный меч защитим твою правду!!]
Какая женщина, пережив подобное, не отдаст ему свое сердце раз и навсегда?!
Без сомнения, с того самого мига и до конца своих дней Бай Ин считала самым лучшим и мужественным человеком на свете только Хань Чэня!!
Ради спасения этого мужчины, ради того, чтобы стать его женщиной – пусть даже на одну ночь, пусть даже ценой собственной жизни – она была готова на все.
Но она не ожидала, что зайдя так далеко, все равно получит отказ.
Бай Ин опустила глаза, в которых закипали слезы.
— Я знаю, что не могу сравниться с сестрой Сюэюнь, я… — Она не успела договорить – ее гладкий, словно выточенный из нефрита подбородок бережно приподняли пальцы Хань Чэня.
— Дело вовсе не в этом, — мягко произнес он. — Во-первых, я никогда не стану жертвовать чужой жизнью ради собственного блага. Во-вторых, ты вовсе не вещь, которую можно бездумно принести в жертву. Ты девушка, способная сама вершить свою судьбу – невероятно одаренная, умная, милая и прекрасная. И я ни за что не позволю тебе так легкомысленно относиться к своей жизни!
Ты поняла меня?
Взгляд Хань Чэня был кротким, а на губах играла теплая улыбка.
— Да, — девушка закивала, и по ее щекам покатились горячие слезы.
…
…
Ночь. Крытая галерея.
Дул прохладный ночной ветер.
Чжоу Сюэюнь смотрела на раскинувшиеся вдали огни ночного города, и в глубине ее прекрасных глаз таилось сложное, невыразимое чувство.
Любовь эгоистична, и никто по-настоящему не желает делить своего любимого человека с кем-то еще.
Щелк!!
В этот момент со стороны комнаты донесся тихий щелчок открывающейся двери.
Чжоу Сюэюнь удивленно обернулась и увидела выходящую Бай Ин.
— Ты… — Едва взглянув на потерянное лицо девушки, Чжоу Сюэюнь сразу все поняла.
— Сестра Сюэюнь, он… он прогнал меня, у-у-у, — разрыдалась Бай Ин и уткнулась в плечо Чжоу Сюэюнь.
Та нежно гладила ее по спине, испытывая невероятно смешанные чувства: с одной стороны, ей было радостно, а с другой – она презирала себя за этот эгоизм.
Ведь сейчас только Бай Ин могла прийти на помощь.
Ее желание, чтобы Хань Чэнь ушел со службы, было искренним.
Но она не хотела, чтобы его путь боевых искусств оборвался. И дело было вовсе не в сохранении доходов Группы «Чэньюнь», а в том, что она не желала видеть, как Хань Чэнь угасает и проводит остаток дней в унынии.
— Ну все, все, тише… Он просто упрямый, как деревяшка. Не плачь, — успокаивала ее Чжоу Сюэюнь.
Бай Ин шмыгнула носом и едва не рассмеялась, но, вспомнив недавнюю обиду от отказа, снова горько заплакала.
…
…
После ухода Бай Ин сон к Хань Чэню так и не шел. Тогда он просто поднялся с постели и принялся за медитацию, практикуя Звездную Карту «Пустая Луна».
Его затылок озарился мягким свечением, и Хань Чэнь погрузился в глубокое созерцание, полностью очистив разум от посторонних мыслей.
В последнее время он тратил прорву времени на восстановление поврежденного ментального плана, и к сегодняшнему дню его раны можно было считать полностью затянувшимися.
Он медитировал так до глубокой ночи, как вдруг почувствовал в области межбровья невыносимый, сверлящий зуд – словно ментальное семя вновь пустило корни в его разуме, прорастая в самые глубины.
Постепенно зуд сменился покалыванием, которое продолжалось добрых полчаса, прежде чем окончательно утихнуть.
В одно мгновение Хань Чэнь ощутил, что радиус действия его ментальной силы увеличился более чем в два раза. Теперь он мог улавливать даже самые ничтожные колебания чужого разума и гораздо острее чувствовать исходящую извне враждебность.
«Интересно, как теперь обстоят дела с контролем над Творениями Сферы Намерения и способностью заглядывать в Мир Сферы?»
Хань Чэнь активировал сердечный зазор, и его ментальная сила тонкой светящейся струйкой устремилась в Мир Сферы.
Мир Сферы по-прежнему переливался искаженными, пестрыми красками, однако теперь неприятные ощущения от пребывания здесь были куда слабее.
Вжух!!
Рядом с Хань Чэнем вспыхнуло крошечное яростное солнце, разгоняя головокружение, вызванное Миром Сферы.
Хань Чэнь слегка щелкнул пальцами в пустоте, и на кончике его пальца возникла черная песчинка.
Ого! В то же мгновение все кружащиеся разноцветные вихри вокруг него отхлынули прочь, словно в ужасе перед этой крошечной точкой.
Хань Чэнь посмотрел на зависшую перед ним Точку Руин.
В Мире Сферы Точка Руин сохраняла размер обычной черной искры и не пыталась жадно поглощать окружающую энергию, чтобы разрастись.
Хань Чэнь сосредоточил на ней все свое внимание, пытаясь разгадать Высшую Истину Точки Руин.
Но в ту же секунду его разум и душа словно начали проваливаться внутрь этой черной крупицы, порождая липкий страх бездны.
И как раз в тот миг, когда его ментальный аватар готов был окончательно развеяться и рухнуть, в его межбровье внезапно вспыхнула изумрудно-зеленая искра. Из нее мгновенно потянулись ветви, начавшие бурно разрастаться.
Бесчисленные побеги лозы, подобно корням, намертво скрепили ментальный аватар Хань Чэня, зафиксировав его разум и не позволив ему окончательно угаснуть.
Фух!!
Хань Чэнь облегченно выдохнул.
— Ты наконец-то восстановилась!!
Он поднял руку и посмотрел на ладонь – прямо к ней потянулась ярко-зеленая веточка, на конце которой распустился аккуратный белый бутон, словно отвечая на его слова.
Раз уж Точку Руин пока невозможно изучить, стоило проверить Сопутствующую Броню из Зеленой Лозы.
Хань Чэнь сосредоточенно уставился на белый цветок в своей руке.
В одно мгновение его сознание словно утянуло в совершенно иное измерение. Перед его глазами миллионы семян пробивали толщу черной земли, давая жизнь бесчисленным зеленым росткам…