Глава 533: «Укоренение»
Мысли Хань Чэня лихорадочно неслись в голове. Мгновение – и он понял, что план вполне осуществим. Не медля, он прибег к технике передачи звука и мысленно обратился к стоящим рядом Лань Маньнин и Сяо Юй:
— Что скажете?
Вскоре обе девушки отозвались.
— Ты сейчас в облике русала, а мы для всех всего лишь твои пленницы. Впрочем, сестрица считает, что принять этих русалов под руку лишним не будет, — весело отозвалась Лань Маньнин, и в ее голосе прозвучали нотки дружеской подначки.
— Стоит попробовать. Обзавестись здесь подчиненными – значит сильно облегчить себе сбор разведданных в будущем, — лаконично, но прямо в цель ответила Сяо Юй.
Хань Чэнь мысленно кивнул. Он рассуждал точно так же.
Буйство морских зверей скрывало в себе некую тайну.
Пытаться разузнать всю подноготную в одиночку – задача не из легких.
А имея под рукой несколько сотен послушных русалов, действовать станет куда проще.
Приняв решение, Хань Чэнь устремил взор на толпившихся русалов и негромко кашлянул.
В то же мгновение гомонящее сборище стихло. Сотни глаз разом уставились на него, словно подчиняясь его воле на уровне инстинктов.
Затем Хань Чэнь разомкнул губы и выдавил череду невнятных, хаотичных слогов.
Русалы переглянулись в полном недоумении. Никто из них не мог разобрать, что пытается сказать этот могущественный воин.
Спустя мгновение из толпы медленно выступил старый русал, опирающийся на древний, простой с виду посох. Ростом старик был невелик – едва ли больше полутора метров. Сгорбленный, дряхлый, он делал каждый шаг с великим трудом, являя собой само воплощение старости.
«Любопытно. Ци и кровь этого русала почти угасли, а он все еще ухитряется жить на этом свете», – искренне удивился про себя Хань Чэнь.
Он прекрасно знал, что раса русалов хоть и наделена разумом, все еще подчиняется жестокому закону джунглей, где выживает сильнейший.
Стоило русалу одряхлеть, как при отсутствии выдающейся силы его неизбежно ждала участь быть растерзанным и сожранным сородичами.
Старик с натугой, опираясь на посох, приблизился к Хань Чэню и заговорил резким, пронзительным голоском, похожим на лепет ребенка, у которого еще не ломался голос:
— Господин, мы совсем не понимаем язык вашего племени. Не могли бы мы говорить на человеческом наречии?
— Как пожелаешь, — Хань Чэнь в душе ликовал, но внешне остался бесстрастен и лишь снисходительно кивнул.
Он именно этого и добивался. Только позволив другой стороне самой предложить переход на язык людей, он мог гладко развивать свой замысел.
— Вы действительно хотите присягнуть мне? — Хань Чэнь устремил на старого русала пронзительный, испытывающий взор.
— Истинная правда, господин! Сила, которую вы явили, способна усмирить само бушующее море!
Старик раз разволновался, его руки затряслись, отчего задрожал и посох.
Затем он медленно пал ниц:
— Если вы согласитесь даровать нам защиту, мы с радостью станем вашими слугами. Готовы служить вам верой и правдой, без малейших жалоб, пусть даже на положении рабов.
Лицо Хань Чэня оставалось гладким, как зеркало спокойного озера. Он равнодушно спросил:
— С чего бы мне защищать вас? Человеческая раса только что уничтожила мое племя.
Старик, казалось, предвидел такой вопрос и неторопливо, нараспев произнес:
— Мы просим о малом – лишь защитить нас от набегов других морских демонов. Все, что мы добудем в следующем бою за боевые заслуги, мы без остатка отдадим вам.
— Боевые заслуги? И какой от них прок? — Тут же ухватился за ниточку Хань Чэнь.
Его крайне интересовало устройство сил во Внутреннем Море. Ему хотелось выведать, какими такими средствами здешние морские демоны заманивают сильных королей демонов из Внешнего Моря в свое союзное воинство.
В конце концов, океан безграничен, и короли демонов Внешнего Моря вполне могли бы подыскать себе другое прибежище, вместо того чтобы ввязываться в эту бойню.
— Ах, какая у меня дырявая голова! Совсем забыл, что господин здесь недавно, — хлопнул себя по лбу старый русал, изображая внезапное прозрение. — Великие Демоны Внутреннего Моря щедро одаряют редчайшими сокровищами тех воинов, кто отличился в бою. Прежний король нашего племени удостоился такой чести. Получив награду, он совершил невероятный рывок в силе, что поразило всех вокруг.
— Вот как? И что же это за сокровище? — Спросил Хань Чэнь, и его сердце невольно забилось быстрее.
— Сам я его воочию не видел, но слышал от нашего короля, что оно обладает чудесным свойством: стоит его принять, как сила мгновенно возрастает без всякого вреда для тела, — старик с сожалением покачал головой, и в его глазах промелькнула грусть.
Хань Чэнь прищурился, погружаясь в раздумья:
«Этот старый русал говорит без утайки, лжи не чувствуется. Если за боевые заслуги дают подобные вещи, то другие морские демоны наверняка об этом знают. Что же за небесные сокровища и земные богатства обладают столь поразительным действием?»
После недолгого размышления Хань Чэнь наконец медленно кивнул и веско произнес:
— Хорошо, я согласен. С этого дня вы поступаете под мое покровительство.
— Благодарю вас, господин!
Старик просиял от радости, и морщины на его лице разгладились.
Он развернулся к соплеменникам и громко выкрикнул несколько фраз на своем диковинном языке.
В тот же миг сотни русалов разразились ликующими криками. Они принялись восторженно кружить вокруг Хань Чэня, распевая песни и приплясывая. Вокруг воцарилось небывалое оживление.
Хань Чэнь безучастно взирал на это веселье, но в уме уже прикидывал дальнейшие шаги.
Вскоре часть русалов по его знаку удалилась и спустя короткое время притащила из туманной дали огромный пассажирский лайнер.
Старый русал вновь почтительно приблизился к Хань Чэню:
— Господин, это человеческое судно. Наша добыча с прошлого сражения, ныне мы преподносим его вам.
— Лайнер? — В глазах Хань Чэня промелькнуло удивление, но он тут же благосклонно кивнул.
Вместе с Лань Маньнин и Сяо Юй он применил технику передвижения и легкой ласточкой взлетел на палубу судна, после чего во всеуслышание объявил:
— Отныне это место – мои владения. Без моего дозволения никому не сметь ступать на борт!
— Повинуемся вашей воле, господин! — Старый русал низко склонился в воде, выказывая полную покорность.
…
Плюх! Лань Маньнин, словно сорвавшаяся с привязи дикая кобылица, с разбегу повалилась на мягкую кровать в каюте лайнера:
— Ох, до чего же удобная постель!
Она сладко потянулась, изгибая свое изящное тело, а затем поманила Хань Чэня пальцем, посмеиваясь:
— А ты, малец, не промах. Только прибыл, а уже заимел несколько сотен слуг. Теперь будет кому побегать у тебя на посылках.
— Хватит паясничать, — Хань Чэнь закатил глаза и, посерьезнев, спросил:
— Вы случайно не знаете, что во Внутреннем Море способно так легко поднимать развитие Королей Воинов?
— Не знаю, — Сяо Юй, сидевшая неподалеку с чинным видом, серьезно покачала головой.
— Насколько нам известно, подобные сокровища всегда на пересчет, их просто невозможно добывать в промышленных масштабах. Взять тот же камень морской души из Моря Драконьих Акул или золотые морские жемчужины, которые дают золотые крабы, – они хоть и помогают в тренировках, но до чудес, описанных старым русалом, им далеко.
Хань Чэнь слушал рассудительную речь Сяо Юй и мысленно хвалил ее. Ее холодный ум и проницательность делали ее незаменимой союзницей.
— Ладно, шутки в сторону, — Лань Маньнин перестала улыбаться, лицо ее приняло строгое выражение. — На самом деле я припоминаю одну похожую историю.
— Да? Ну-ка поведай, — Хань Чэнь тут же подобрался, заинтригованный ее словами.
— Помнишь Лян Чана? — Хмуро начала Лань Маньнин. — Мы с боевыми товарищами под началом Воина-Мудреца Нин Юэ когда-то загоняли этого человеко-демона у побережья Восточного Моря. И вот ведь странность: при каждой новой стычке казалось, будто его силы совершили резкий скачок. Мы устраивали на него облавы четыре раза, и с каждым разом бороться с ним становилось все тяжелее.
— Вот как… — Хань Чэнь погрузился в раздумья. — Неужто у него в руках было средство для мгновенного роста сил?
— Именно так, — Лань Маньнин подперла подбородок рукой и продолжила:
— Когда мы выследили его в последний раз, то обнаружили, что он тайно выращивает некоего Небесного Демона. Ради этого он даже шел на безумный риск – ловил живьем Королей Воинов и скармливал их ци и кровь этим тварям. Мы подозреваем, что источником его стремительного взлета были именно те жуткие Небесные Демоны.
— Нечто, порожденное Небесным Демоном? — Хань Чэнь внутренне содрогнулся. В его представлении Небесные Демоны всегда олицетворяли бедствие и ужас, и весть о том, что они могут давать плоды для обретения силы, прозвучала для него громом среди ясного неба.