Глава 501: «Входите»
Ночь. Метель.
Терра «Упырь» замер на месте, словно окаменев. Его багровые глаза расширились до размера блюдец, и в считаные мгновения тело прошиб ледяной пот.
Чуть поведя черными зрачками, он косо взглянул на Эдварда «Липкая Лягушка», надеясь уловить в его лице хоть какую-то подсказку.
Увы, Эдвард стоял истуканом, и кроме животного ужаса на его роже не читалось абсолютно ничего.
Гав! Гав! Гав!
Рыжий щенок заходился в неистовом лае.
Тяжелая рука, лежавшая на плече Терры, давила так, словно вознамерилась раздробить лопатку, – и этот груз становился все невыносимее.
«Проклятье!»
Мышца у крыла носа Терры судорожно дернулась. Охваченный первобытным страхом, он высвободил всю дикую свирепость своего внутреннего зверя – Упыря.
Его глаза налились еще большей краснотой, засияли в ночной тьме зловещими алыми сполохами, а кожа вокруг них почернела. Из кончиков пальцев со звонким треском вырвались острые костяные шипы, суставы затрещали, точно гирлянда петард, а само тело стало еще мощнее и крупнее.
— Сдохни!!
Достигнув пика своей силы, с искаженным, точно у призрака, лицом, он крутанулся на месте и выбросил руку – острые костяные шипы со свистом и оглушительным рассекающим гулом рванулись вбок.
Вдруг воздух загудел.
В следующее мгновение вспышка ослепительного света разгнала ночную тьму.
Терра ощутил, как правое плечо внезапно облегчилось, и в тот же миг его отсеченная рука, бугрящаяся мышцами и вздувшимися венами, взмыла в воздух. Из обрубка плеча фонтаном ударила зловонная кровь.
— А-а-а-а!!
Лишь когда мозг принял нервный импульс, Терру накрыла дикая, раздирающая боль от отрубленной руки.
Он резко обернулся вправо. Чуть позади стояла высокая фигура, небрежно положив на плечо сверкающий длинный клинок.
В эту лютую, морозную ночь на мужчине была лишь черная майка. В отблесках клинка угадывались рельефные, могучие грудные мышцы да волевая линия подбородка.
Но главное – от него исходила подавляющая, перехватывающая дыхание и сковывающая ци и кровь царственная аура. Она была несравнимо сильнее, чем у Дуранта «Могучего Льва» или Феникса «Яростного Медведя»!
Подобных монстров Терра видел разве что в Мослере, столице Королевства Вечной Зимы, – то были жуткие создания, стоявшие на самой вершине среди Зверолюдей.
Даже его собственному хозяину перед такими монстрами приходилось взвешивать каждое слово и шаг.
Откуда здесь взялся такой человек?
Неужели Цезарь специально приставил его козырем для защиты своей дочери? Нет, немыслимо!
Даже у его хозяина с его-то авторитетом не хватило бы связей нанять подобного властелина. Откуда у Цезаря такие возможности?!
— Уходим!! — Сдавленно рявкнул Терра.
Терра «Упырь» слишком хорошо понимал пропасть между ними. Лишившись руки, он ни секунды не колебался и даже не посмел бросить угрозу напоследок: оттолкнувшись обеими ногами от земли, он кинулся прочь.
Эдвард «Липкая Лягушка» сориентировался мгновенно: поджав ноги, он, не сводя глаз с Хань Чэня, сиганул назад, спасаясь бегством.
Однако в нем все еще тлела жадность, и на лету он выстрелил длинным липким языком в сторону Софии, делая последнюю отчаянную попытку схватить девчонку.
Раздался резкий свист.
Когда София опомнилась, склизкий язык уже несся прямо ей в лицо.
Девушка побледнела от ужаса и испуганно распахнула глаза.
Но в следующий миг яркий, словно дневной свет, луч клинковой ци мгновенно распластал язык надвое и рванулся дальше.
— А-а-а-а-а!! — Взвыл Эдвард «Липкая Лягушка».
Его дикий вопль оборвался на полуслове: ослепительный клинковый сполох рассек его тело. В воздухе туловище распалось на две половины, и из разрубленного живота и груди вывалились внутренности вместе с потоками крови.
От столь жуткого зрелища Софию тут же выворотило наизнанку. Она закашлялась, из глаз брызнули слезы.
Хань Чэнь с невозмутимым видом вернул клинок в ножны и присел, гладя Маомао по голове.
Маомао – такое хуасяское имя он дал этому чистокровному Рыжему Охотнику.
Щенок ласково заскулил, потираясь мордочкой и скребя передними лапками по широкой ладони Хань Чэня, а затем принялся истово лизать его руку.
— Спу… спасибо… спасибо вам, — справившись с тошнотой и утерев слезы, пробормотала София.
— Не стоит, — равнодушно отозвался Хань Чэнь, поднимая Маомао на руки и собираясь уходить.
— По… подождите! — Дрожащим голосом выкрикнула София.
Хань Чэнь остановился, но не повернулся.
— Умоляю, спасите тетю Анну! Мой отец – король Третьей Главной Фракции Мафии Королевства Вечной Зимы! Чего бы вы ни пожелали, я все исполню!
София раскрыла свое происхождение, надеясь, что это заставит Хань Чэня помочь.
Однако Хань Чэнь лишь бросил взгляд на дом Софии и Анны и, ничего не ответив, пошел к своему жилищу, прижимая к себе щенка.
— Пожалуйста, я прошу вас! Помогите мне! — Закричала София.
Видя, что единственный спаситель уходит, она почувствовала, как едва затеплившаяся надежда гаснет, оставляя лишь ледяную пустоту. Девушка бессильно опустилась на снег и, захлебываясь слезами, продолжила молить о помощи.
Хань Чэнь с досадой вздохнул и снова остановился.
— Там мое вмешательство уже не требуется, — наконец произнес он.
— А? — Опешила София, не поняв его слов.
Как только Хань Чэнь скрылся, из темноты, ковыляя, явилась знакомая фигура. Это была Анна «Кровавый Рог Антилопы».
Впрочем, в ней едва теплилась жизнь. По неизвестной причине Анна выглядела гораздо старее, чем прежде: половина ее лица превратилась в кровавое месиво, тело покрывали ужасающие раны, а одна нога была так изуродована, будто ее скрутили в жгут.
— София… София! — Выдохнула она.
Увидев, что девушка цела и невредима, Анна перевела дух, порывисто бросилась к ней и крепко сжала в объятиях.
— Слава небесам, ты жива… Как тебе удалось прикончить этого мерзкого лягушатника? — Анна скользнула взглядом по растерзанным останкам Эдварда.
— Это он меня спас, — София кивнула на стоявший вдалеке дом.
— Хе-хе… А тот парень, выходит, не простой воин из Хуася. Быть может… — Анна зашлась тяжелым кашлем.
Фраза оборвалась: из ее горла хлынула кровь вперемешку с обрывками внутренних органов, выплескиваясь даже через нос. Свет в ее глазах угасал, точно тлеющий уголек.
— Тетя Анна… вы… вы как? — Лицо Софии исказилось от ужаса. В памяти вспыхнул тот день, когда она ребенком стояла в больничной палате, провожая умирающую мать.
— Я… со мной все в порядке. Жизненная сила Зверолюдей весьма велика… — прошептала Анна. — Но сейчас я уже не смогу тебя защитить. Нам нужно добраться до того человека и ждать, пока не прибудет твой отец. Идем!
Анна крепко сжала руку Софии и, спотыкаясь на каждом шагу, повела ее к дому Хань Чэня.
На отрезке меньше сотни метров за ними по снегу тянулся жуткий кровавый след.
Добравшись до дверей, Анна попыталась пригладить спутанные волосы, оправила растерзанную одежду и, стараясь сохранять остатки достоинства, постучала.
— Господин Чжао, бесконечно благодарю вас за спасение. Но у меня есть к вам дерзкая просьба… Умоляю, помогите нам!
Из-за двери донесся голос Хань Чэня:
— Я не хочу наживать себе неприятностей.
— Господин Чжао, я поклялась матери Софии защищать ее дочь до последнего вздоха, даже если придется отдать жизнь. Понимаю, это не ваше дело, но я молю вас помочь мне исполнить долг.
— …Когда прибудет господин Цезарь, он щедро вознаградит вас и избавит от всех проблем и опасений. Позвольте этой девочке просто переждать у вас эту лютую ночь.
Анна горько улыбнулась, ее голос звучал с отчаянной мольбой.
После долгой, тяжелой паузы дверь со скрипом отворилась.
— Входите!