Глава 498: «Зверолюд»
София погрузилась в полудрему и вскоре уснула.
Во сне она снова увидела себя огромным белым, пушистым-препушистым хвостом, который парил в воздухе, мерно покачиваясь на ветру – так легко и свободно.
София уже и сбилась с счета, сколько раз ей снилось подобное. Кажется, все началось два года назад, после той автомобильной аварии, – с тех пор этот сон возвращался к ней снова и снова.
Почему именно хвост?
Какая странность!
Однажды София спросила об этом тетушку Анну, но та, услышав про большой белый хвост, лишь загадочно сменилась в лице и посоветовала не забивать себе голову: мол, обычный пустой сон, ничего больше.
Однако София была твердо уверена: этот сон совсем не был обычным!
Гулкий, резкий стук заставил ее вздрогнуть и мгновенно вырвал из небытия.
Окончательно очнувшись, София поняла, что забыла закрыть окно. Снаружи бушевал ледяной ветер, вовсю кружились снежные хлопья.
Взглянув на часы, она увидела, что уже перевалило за час ночи. Потянувшись к раме, чтобы прикрыть створку, девушка бросила беглый взгляд на противоположный берег озера.
В такой час у Хань Чэня уже давным-давно должно было быть темно, но над его крыльцом горел свет – сквозь пелену пробивалось едва заметное желтое пятно.
— Неужели этот парень еще не спит?
София достала зрительную трубу и направила ее на дом Хань Чэня.
В режиме ночного видения, несмотря на метель, все просматривалось предельно четко.
Однако едва разглядев, что там происходит, София едва не взвыла от возмущения.
Ветер завывал, редкие снежинки кололи кожу, словно иголки. На пороге под желтым фонарем, дрожа от лютого холода, стояли две блондинки с голубыми глазами в длинных пуховиках. В тусклом свете виднелись их точеные лица с ярким, вызывающим макияжем: пышные ресницы и пухлые алые губы придавали им роковой, соблазнительный вид.
Из-за двери донесся настороженный голос:
— Кто вы такие?
Старшая из сестер намеренно шагнула в поле зрения дверного глазка. Заранее слегка расстегнув молнию пуховика, она чуть наклонилась вперед, будто невзначай:
— Здравствуйте! Мы проезжие туристки, у нас машина заглохла неподалеку… А тут еще такой мороз! Не разрешите ли переждать у вас ночь? Мы щедро заплатим!
Под пуховиком у нее был обтягивающий спортивный топ, из которого почти выпрыгивала пышная белая грудь.
— С чего бы мне вам верить? — Спросил мужчина за дверью, предварительно явно сглотнув слюну.
— У нас есть студенческие билеты, вот, посмотрите! — Старшая подманила к глазку младшую и приложила два документа.
— Умоляем вас, сэр! Если вы нам не поможете, мы просто замерзнем насмерть! Пожалуйста, пустите нас… В долгу мы не останемся, просите все, что захотите!
Она убрала студенческие и прижала руки к груди, подчеркивая и без того внушительные формы.
Внутри замолкли. Хозяин, судя по всему, раздумывал.
Младшая сестра уже потеряла надежду и дернула старшую, предлагая уйти, как вдруг за дверью заскрипел засов.
Дверь распахнулась.
— Ладно, заходите обе! — Сказал Хань Чэнь, плотоядно смерив взглядом роскошные формы старшей. Его кадык снова дернулся.
— Спасибо, — пролепетала старшая.
Она подтолкнула младшую внутрь, та подхватила тяжелый чемодан, и обе девушки вошли в дом.
Хань Чэнь настороженно оглядел темную улицу и вновь запер дверь на засов.
София, наблюдавшая за этой картиной в зрительную трубу со второго этажа дома напротив, вспыхнула от неописуемой злости.
— Притворяется таким приличным, а сам среди ночи вызывает девиц на дом! Мерзость!
В сердцах отбросив трубу, она с размаху рухнула на кровать.
Спать! Какое мне до него дело?!
…
…
В гостиной полыхал яркий камин. Тепло мгновенно окутало вошедших, даруя физическое и душевное облегчение, – лютый мороз остался за порогом.
Хань Чэнь между делом подбросил в огонь еще пару поленьев.
— В холодильнике есть еда, — бросил он, — а на втором этаже – свободные спальни.
Старшая переглянулась с младшей, и та, подхватив чемодан, покорно направилась к лестнице.
— Огромное спасибо за твою доброту! — Сочным голосом протянула старшая. — Даже не знаю, как и отблагодарить тебя…
С этими словами она сбросила пуховик, оставшись в одном спортивном топе и черных облегающих шортиках, въедающихся в сочные, белые бедра.
Хань Чэнь, глядя на столь откровенную и соблазнительную кокетку, слегка усмехнулся:
— Деньги мне не нужны.
Девушка, ступая мягко и грациозно, словно дикая кошка, подошла почти вплотную. Она приподняла обворожительное личико и положила ладонь ему на грудь.
— Спасибо, что подсказал, — прошептала она. — Теперь я точно знаю, чем могу расплатиться.
Хань Чэнь опустился на диван.
Девушка тут же бесстыдно уселась к нему на колени и наклонилась за поцелуем. Хань Чэнь не стал скромничать: грубо сжав ее за затылок, он с жаром ответил на ласку.
Завершив страстный поцелуй, красавица ухмыльнулась, словно ядовитый цветок дурмана, и тихо произнесла:
— Пять…
— Четыре…
— Три…
— Два…
Она отсчитывала секунды до его смерти.
Как старшая из Сестер «Черная Мамба», она была пропитана ядом до кончиков ногтей – даже её кровь несла смерть. Что уж говорить о помаде на губах: это был сильнейший токсин, способный уложить свирепого зверя Звездного Уровня, а уж против воина Небесного Уровня его хватило бы с избытком.
Жаль, конечно, парень был неплох собой и сложен отлично. Не будь задание столь срочным, она позволила бы ему подольше насладиться экстазом перед гибелью.
За мгновение пролетел последний отсчет.
— Один…
Ее улыбка стала жестокой и холодной.
Однако ожидаемой картины не последовало. Хань Чэнь все так же вальяжно откинул одну руку на спинку дивана, а второй придерживал ее за шею, улыбаясь во весь рот.
— Обратный отсчет? — Хмыкнул он. — И что, теперь сменишь позу?
— Что?! — Девушка опешила. На нее вдруг повеяло диким, могильным холодом, будто прямо над ней замер гигантский свирепый зверь, парализуя волю.
— Даю тебе только один шанс ответить, — произнес Хань Чэнь, и его взгляд стал ледяным. — Какова ваша цель?
— Хи-хи, ты, наверно, что-то путаешь… Мы с сестрой просто… — попыталась она выкрутиться, но не успела закончить.
Мощная, словно стальные тиски, ладонь мгновенно переломила ее шейные позвонки. Голова с жутким хрустом неестественно съехала на плечо, из носа и рта хлынула кровь.
— Странно, — пробормотал Хань Чэнь, брезгливо отбрасывая мертвую женщину, словно кусок мусора. — Если это охота на меня, то противник какой-то совсем никудышный.
Засунув руки в карманы, он направился к лестнице.
Едва он вступил на первую ступень, как сверху молнией метнулась стремительная тень.
Слегка нахмурившись, Хань Чэнь резко пригнулся.
Тень со свистом пронеслась над его головой и обмоталась вокруг балки возле лестницы.
Хань Чэнь распрямился, по-прежнему держа руки в карманах, и поднял взгляд.
Тенью оказалась та самая женщина с перебитой шеей, вот только от человеческого облика в ней ничего не осталось. Череп ее деформировался, превратившись в огромную змеиную голову, а кокетливое личико исказилось до неузнаваемости.
Тело вытянулось в несколько раз, став подобием гигантского питона, и кольцами обвивало балку.
— Зверолюд? — Промолвил Хань Чэнь.