Глава 37: «Все обиды сведены к нулю»
— Ты хотел ударить мою сестру? — Спросил Хань Чэнь.
Его ноздри слегка затрепетали. Сделав два шага, он вплотную приблизился к У Яньцин и сверху вниз уставился на нее налившимися кровью глазами, словно готов был сожрать ее заживо.
У Яньцин, обычная вздорная баба, привыкшая помыкать лишь слабыми да робкими, от его леденящего, свирепого взгляда мгновенно растеряла всю спесь. Ноги ее подкосились, и она с размаху шлепнулась на пол.
Тут же, хлопая себя по бедрам, она заголосила на весь дом:
— Ой-ёй-ёй, убивают! Убивают!!
— А-Чэнь, не горячись, — поспешила удержать его Хань Нуаньи.
В этот момент из спальни на крики вышел Лу Фэн. Увидев разъяренного Хань Чэня и ревущую на полу У Яньцин, он хмуро спросил:
— А-Чэнь? Ты как здесь оказался? Что тут происходит?
Хань Чэнь поднял на него покрасневшие глаза и смерил ледяным, колючим взглядом.
— Зять… ладно, в последний раз назову тебя зятем. Что творится в этом доме, неужели ты сам не понимаешь?!
Лу Фэн лишь притворялся недотепой, на деле же всё прекрасно понимал. Как мать и младшая сестра относились к Хань Нуаньи – об этом он не мог не знать. Но ради видимого покоя в семье он предпочитал закрывать на всё глаза, позволяя кроткой и добродетельной жене молча сносить эти муки.
Если бы он действительно любил Хань Нуаньи, разве допустил бы, чтобы над ней так издевались?
— А-Чэнь, это дом семьи Лу, дом мужа твоей сестры. Я понимаю, что ты переживаешь за нее и хочешь защитить, но это не дает тебе права устраивать здесь погромы и распускать руки, — холодно отчеканил Лу Фэн и тут же зыркнул на жену. — Живо помоги маме встать!!
Хань Нуаньи послушно потянулась было к свекрови.
Хлоп!!
Хань Чэнь перехватил сестру за руку. Глядя на Лу Фэна, корчащего из себя справедливого и почтительного сына, он презрительно усмехнулся.
— Кто тут распускает руки, ты что, ослеп? Раньше я думал, что хотя бы ты в этой семье заступаешься за мою сестру, а теперь вижу – ты печешься только о своих. Хватит. За столько лет моя сестра достаточно наглядно показала, каково это – быть у вас ломовой лошадью. Сестра, уходим!! Отныне я сам буду заботиться о тебе и Тяньтянь.
— Уходим? — Хань Нуаньи растерянно замерла.
Как бы тяжело ей ни приходилось, сколько бы издевательств от свекрови У Яньцин и золовки Лу Пяопяо она ни терпела, мысль о побеге никогда не приходила ей в голову. Она была женщиной традиционных взглядов: вышла замуж – терпи и дели с мужем его долю, какая бы она ни была. К тому же оставалась Тяньтянь!!
— Мамочка, давай уйдем, я хочу жить с дядей, — обняв Хань Нуаньи за ногу, заплакала Лу Тяньтянь.
— Тяньтянь, не плачь… А-Чэнь, я… я не могу… — Хань Нуаньи прикусила губу и покачала годовой.
Хань Чэнь предвидел такой ответ. Он пристально посмотрел сестре прямо в глаза.
— Сестра, помнишь наш уговор? Я выполнил свою часть. Теперь твой черед держать обещание.
При этих словах глаза Хань Нуаньи вдруг блеснули.
— А-Чэнь, ты серьезно?
Лицо Хань Чэня было предельно сосредоточенным.
— Разве я когда-нибудь обманывал тебя? Сестра, раньше ты заботилась обо мне, теперь моя очередь заботиться о тебе!! Тебе нужно лишь кивнуть, и я заберу тебя из этого дома. Я смогу обеспечить тебе и Тяньтянь лучшую жизнь!!
— Я… — в потухшем взгляде Хань Нуаньи забрезжил робкий лучик надежды.
— А-Чэнь, что за глупости ты городишь?! — Нахмурившись, прикрикнул Лу Фэн.
Как мужчина, он прекрасно понимал, какое сокровище его жена. Если Хань Нуаньи уйдет, жизнь семьи Лу превратится в сущий ад.
— И не думай его отговаривать! — Подала голос У Яньцин, которая только и ждала, когда Хань Нуаньи уберется восвояси.
— Нуаньи, подумай хорошенько, у нас же ребенок, — уже мягче произнес Лу Фэн.
Хань Нуаньи опустила взгляд на Лу Тяньтянь, слезы ручьем покатились по ее щекам. Она опустилась перед дочерью на колени и тихо спросила:
— Тяньтянь, мамочка не знает, как поступить. Как думаешь, нам стоит уйти вместе с дядей?
Лу Тяньтянь тоже плакала, но ее детское личико выражало небывалую решимость. Она согласно закивала:
— Мамочка, я хочу жить с тобой и дядей. Я не люблю папу, не люблю бабушку и тетю тоже не люблю! Давай уйдем, мамочка, здесь нам не дом!!
«Здесь нам не дом!»
Эти бесхитростные детские слова больно укололи Хань Нуаньи в самое сердце.
Все эти годы забот, все эти годы безропотного терпения… В доме Лу она действительно была на правах бесправной прислуги.
— Ну хорошо, мы уходим!! — Наконец решилась она и крепко сжала ладошку дочери.
— Нуаньи! — Попытался шагнуть к ней Лу Фэн.
Но Хань Чэнь с ледяным лицом преградил ему путь рукой.
— А-Чэнь, ты хоть понимаешь, что делаешь? На что ты собрался содержать сестру и племянницу? — Раздраженно выкрикнул Лу Фэн.
Хань Чэнь спокойно кивнул.
— Я не просто прокормлю их, я дам им ту жизнь и ту заботу, которую ты никогда не смог бы дать. Пожалуйста, пусть твоя семья больше не лезет к моей сестре. Бумаги о разводе я пришлю позже, сестра их подпишет.
— Вот и отлично! По рукам! — Всплеснула руками У Яньцин, не скрывая радости.
Хань Чэнь одарил ее презрительным взглядом.
— Отныне все счета между нами закрыты. Мы вам ничего не должны. Если вы посмеете снова побеспокоить мою сестру и с ее головы упадет хоть один волос – вы заплатите за это в стократном размере!!
Забившись в угол дивана, Лу Пяопяо задрожала от этих слов всем телом.
Сказав это, Хань Чэнь подхватил Лу Тяньтянь на руки, взял сестру за руку и решительно вывел их из квартиры.
— Нуань… — Лу Фэн дернулся было следом, но У Яньцин вцепилась ему в рукав.
— Да пусть проваливают, без них только лучше!!
— Вот именно, в доме сразу станет просторнее. Да и все проблемы этих двоих нас больше не касаются, — с облегчением выдохнула Лу Пяопяо.
Лу Фэн безнадежно покачал головой и ушел к себе в спальню.
Зная характер Хань Нуаньи, он был уверен, что очень скоро она сама прибежит обратно вместе с дочкой. Людям нужно что-то есть, где-то спать, да и Тяньтянь нужно ходить в школу. Долго ли продержатся мать с дочерью на шее у сопляка, который даже гаокао не сдавал? В конце концов все равно вернутся.
…
…
Так думал не только Лу Фэн, подобные мысли крутились и в голове Хань Нуаньи.
Пусть Хань Чэнь и уверял, будто выполнил их старый уговор, но без сдачи гаокао он никак не мог стать официальным учеником Боевого Зала Пылающего Пламени. Должно быть, он сказал так лишь ради того, чтобы подбодрить ее и избавить от лишних сомнений.
— А-Чэнь!! — Пока Хань Нуаньи с тревогой размышляла о будущем, у ворот жилого комплекса раздался звонкий женский голос.
Она обернулась и увидела ухоженную городскую красавицу с модной завивкой, безупречным макияжем и соблазнительной фигурой, которая неспешно шла навстречу Хань Чэню.
По жемчужному ожерелью на шее и дорогим часам на запястье было видно, что эта женщина не просто красива, но и очень богата. Рядом с ней Хань Нуаньи почувствовала себя замарашкой и невольно сжалась.
— Сестра Юнь, прости, что заставил тебя приехать, — улыбнулся Хань Чэнь и непринужденно представил своих спутниц:
— Это моя сестра и племянница.
— Сестра, это моя подруга, сестра Юнь!
Услышав слово «подруга», Чжоу Сюэюнь слегка покраснела и поспешила тепло поприветствовать Хань Нуаньи:
— Здравствуйте, госпожа Хань. Меня зовут Чжоу Сюэюнь.
При слове «подруга» Хань Нуаньи подумала, что перед ней невеста брата. Она незаметно вытерла ладони о подол и пожала руку Чжоу Сюэюнь.
— Здравствуйте, госпожа Чжоу. Я Хань Нуаньи, сестра А-Чэня.
— Тетя, вы такая красивая, — захлопала ресницами Лу Тяньтянь.
— Спасибо, маленькая красавица. Ты тоже очень милая, — Чжоу Сюэюнь ласково ущипнула девочку за чистую щечку.
— Ну что, поедем в Залив Облачных Вод? — Улыбнулся Хань Чэнь.
— Конечно, — согласилась Чжоу Сюэюнь.
Она приехала на белом кроссовере Audi, в котором без труда разместились все четверо.
Едва машина подъехала к Заливу Облачных Вод, даже не успев проехать через ворота комплекса, Лу Тяньтянь прильнула к стеклу и восторженно закричала:
— Ого, как тут красиво!! Дядя, ты здесь живешь?
Хань Чэнь кивнул:
— Отныне вы с мамой тоже будете жить здесь!
— Ура!! — Лу Тяньтянь едва не запрыгала от радости.