Глава 312: «Не предать доверие»
Слушая перечисление физических показателей своего тела, Хань Чэнь слегка нахмурился и с удивлением сжал кулак.
— Уровень ци и крови – шестьдесят одна целая и три десятых?
Лечащий врач поспешил объяснить:
— Стоит коже получить повреждение, как мозг тут же отдает экстренные команды, направляя все ресурсы на остановку кровотечения и заживление ран.
Поэтому в процессе самовосстановления человеческий организм усваивает различные виды духовной энергии гораздо эффективнее, чем в обычном состоянии.
Именно по этой причине многие воины после тяжелых ранений и последующего лечения совершают прорыв, преодолевая былые барьеры.
К тому же мы использовали эту амниотическую капсулу – вершину отечественных технологий. Она полностью имитирует среду материнской утробы и состав амниотической жидкости.
Это позволяет раненому восстанавливаться в максимально естественных, первозданных условиях.
Благодаря этой неделе интенсивной терапии ты не только идеально усвоил силу, которую передала тебе госпожа Линъу, но и впитал огромное количество духовной энергии, из-за чего твой уровень ци и крови резко пошел вверх.
Однако у этого процесса есть обратная сторона. Столь стремительный скачок показателей за короткий промежуток времени неминуемо приведет тебя к затяжному периоду застоя.
Если ты не начнешь изнурять себя тренировками и не станешь принимать высококлассные духовные пилюли для расширения лимитов тела…
Тогда, вполне возможно, ты навсегда застрянешь на этом уровне ци и крови.
Хань Чэнь внимательно выслушал слова врача и сразу спросил:
— А Чжун Линъу? Как она?
Врач клана Чжун на мгновение замялся и со вздохом покачал головой:
— Госпожа Линъу пострадала куда серьезнее. Если бы она, будучи тяжелораненой, не применила насильно Переправу Грома, надежда бы оставалась. Но теперь…
— Что теперь? — Помрачнел Хань Чэнь.
— Шансов выжить у нее всего около сорока процентов. И даже если мы спасем ей жизнь, вернуться на путь боевых искусств и продолжить развиваться она уже вряд ли сможет.
Медик обреченно покачал головой.
За последнее столетие среди потомков клана Чжун почти не рождалось одаренных людей. И лишь в последние годы Чжун Линъу, Чжун Чэн и Чжун Хуэй проявили себя как выдающиеся таланты.
С природным даром Чжун Линъу и ресурсами ее семьи достижение Звездного Уровня было лишь вопросом времени.
А теперь под вопросом стояло не то что ее будущее, но и сама жизнь!
— Но ведь должен быть какой-то способ, верно? — Хань Чэнь в упор посмотрел на врача.
— Способ есть. Если бы тот Мастер Пилюль из Драконьей Столицы, которого называют Первым Целителем, согласился изготовить Пилюлю Возвращения Души и Перерождения, госпожа Линъу гарантированно бы выжила.
Но этот мастер работает исключительно на Старого Предка Клана Е в Драконьей Столице и никогда не станет тратить свои силы ради кого-то постороннего.
Что там говорить о госпоже Линъу, даже если бы смертельно заболел сам глава Государственной Администрации, он бы не смог выпросить у него эту пилюлю.
Врач бессильно развел руками.
— А кроме этого? — Глухим голосом спросил Хань Чэнь.
— Тебе не стоит изводить себя мыслями о Линъу.
В этот момент двери палаты распахнулись, и вошел мужчина в просторном традиционном халате главы клана. Его осанка была величественной, а весь облик излучал благородство.
Однако его виски уже слегка припорошила седина, а в глубине глаз читалась глубокая, ничем не скрываемая усталость и боль.
Это был глава клана Чжун, отец Чжун Линъу – Чжун Чжэншэн.
— Если бы это было возможно, я бы не задумываясь отдал собственную жизнь ради спасения дочери, — произнес Чжун Чжэншэн, подходя к Хань Чэню.
— Юноша, мы ведь впервые видимся вот так, лицом к лицу? Меня зовут Чжун Чжэншэн. Я отец Линъу и глава клана Чжун.
— Глава Чжун, — почтительно поприветствовал его Хань Чэнь, сложив ладони.
Чжун Чжэншэн качнул головой и слегка приобнял Хань Чэня за плечо.
— Тебе не нужно нести этот груз вины за Линъу. Мне уже доложили о том, что произошло в руинах. Если бы не ты, у моей дочери вообще не осталось бы ни единого шанса выжить.
Линъу только с виду кажется такой пробивной и капризной девчонкой. На самом деле она очень ранимая и чувствительная внутри, совсем как ребенок, и ей безумно не хватает чувства защищенности.
Это моя вина как отца. Я недоглядел за ней в детстве, не смог уберечь, а потом позволил ей пережить весь тот кошмар в руинах.
И за то, что ты оказался рядом с ней в трудную минуту, дал ей сил бороться и не оставил один на один с этой болью…
Я должен искренне поблагодарить тебя!
Глаза Чжун Чжэншэна заблестели от подступивших слез.
Хань Чэнь покачал головой.
— Глава Чжун, если бы Линъу не помогла мне в самый последний момент, я бы тоже не выжил. Моя жизнь наполовину принадлежит ей.
Возможно, сейчас мои слова прозвучат излишне самонадеянно, но если у клана Чжун возникнут какие-то трудности или Линъу понадобятся редкие лекарства для восстановления…
Просто скажите мне. Я готов сделать все что угодно, даже если ради этого придется пожертвовать собственной жизнью!
Глядя в искренние, горящие решимостью глаза Хань Чэня, Чжун Чжэншэн растроганно закивал:
— Хорошо, хорошо, сынок!
…
…
Чжун Линъу тоже проходила лечение в амниотической капсуле, поэтому посторонним мужчинам вход к ней был закрыт.
Хань Чэню пришлось вернуться в свой уединенный дворик. Но едва он открыл калитку, как на шею ему с разбегу бросилась знакомая хрупкая фигура.
— А-Чэнь!
— Сестра Юнь?
Хань Чэнь бережно обнял Чжоу Сюэюнь за ее мягкую талию, вдыхая родной и успокаивающий аромат ее волос, и на душе у него сразу стало тепло.
— Мне сказали, что ты ранен, и я тут же примчалась сюда, — прошептала Чжоу Сюэюнь, крепче прижимаясь к его могучему телу, а в ее глазах читалась бесконечная тревога.
— Со мной все в порядке. Прости, что заставил тебя проделать такой долгий путь, — улыбнулся Хань Чэнь.
— У тебя ведь что-то случилось, верно? — Чжоу Сюэюнь сразу почувствовала, что Хань Чэня гложут какие-то мысли.
— Да нет, ничего…
Хань Чэнь попытался отмахнуться, но под ее мягким, полным заботы взглядом не устоял. Немного помешкав, он подробно рассказал ей обо всем, что произошло в руинах.
— Вот оно как… Получается, молодая госпожа Чжун проявила к тебе истинное благородство и верность, — тихо произнесла Чжоу Сюэюнь, опустив ресницы.
— Сестра Юнь, между мной и ей ничего нет, просто…
Хань Чэнь попытался оправдаться, но Чжоу Сюэюнь мягко прижала изящный пальчик к его губам, не дав договорить.
Она приподняла свое красивое лицо и посмотрела ему в глаза нежным, ласковым взглядом.
— Тебе не нужно ничего объяснять, я все прекрасно понимаю. С твоим обостренным чувством долга ты теперь ни за что не сможешь вычеркнуть госпожу Чжун из своего сердца.
К тому же в такой смертельной опасности она пошла на риск ради тебя не просто из слепой доброты.
Наверное, она и сама еще не осознала, что успела полюбить тебя.
Раз так, зачем терзать себя сомнениями? Ты можешь хранить образ госпожи Чжун в своем сердце, я не стану ревновать.
Для меня важно лишь то, чтобы в твоей душе всегда оставался уголок и для меня.
От этих слов сердце Хань Чэня затопила волна нежности и одновременно щемящего чувства вины перед ней.
Когда его бросили в застенки Города-Тюрьмы, Чжоу Сюэюнь, пренебрегая опасностью, пришла к нему в квартал красных фонарей и умоляла не сдаваться.
После этого она без лишних слов вела дела и отдавала все силы, чтобы поддерживать его тренировки.
А стоило ей узнать о его ранении, как она тут же помчалась за тридевять земель, изнывая от страха за него!
Ее нынешняя чуткость и нежность тронули его до глубины души.
— Сестра Юнь… — хрипло выдохнул Хань Чэнь и с горящим взором подхватил ее на руки.
Чжоу Сюэюнь обвила руками его шею, ее щеки мгновенно вспыхнули пунцовым румянцем.
— А-Чэнь, только… полегче.
— Угу.
Прижимая к себе Чжоу Сюэюнь, он быстрым шагом направился в спальню.
Настоящий мужчина должен быть решительным и в делах, и в любви.
Одно другому не мешает.
Он понимал, что должен позаботиться о Чжун Линъу, но это вовсе не означало, что он имеет право обделять вниманием и предавать преданную ему Чжоу Сюэюнь.
— Кстати, сестра Юнь, в руинах я обнаружил одну звездную карту, которая может очень помочь тебе в тренировках.
— Ой? Что за звездная карта?
— «Гармония Ян и Питание Инь». Это оттиск на камне для медитации, попробуй применить его.
— …