Глава 152: «И это тебя не убило?»
Дзынь, клац!
Дзынь, клац!!
Из глубины двенадцатой выработки второго штрека доносился глухой стук кирок.
Ручной труд медленнее, но деваться некуда – здесь, внизу, любой прибор, в котором есть хоть один электронный компонент, мгновенно превращается в бесполезный хлам.
Хань Чэнь уже распределил между Чжоу Ванем, Хуанмао и остальными несколько ходов, ведущих к горнодобывающим участкам.
Кое-какие из этих штреков были заброшены из-за низкой отдачи, а другие прорыли подземные свирепые звери.
К примеру, та теневая обезьяна – подобные твари обычно питаются подземными светящимися грибами, но, однажды попробовав человеческую плоть, начинают целенаправленно охотиться на заключенных-шахтеров.
Теневая обезьяна стремительна, прекрасно маскируется и крайне агрессивна. При этом мясо у нее жесткое, с кисловатым привкусом – не проглотишь, а шкура портится от малейшего света. Ценности в ней практически никакой.
Самая назойливая и омерзительная тварь в шахтах, без преувеличения!
Обычно одна добыча длится около десяти дней. Точный срок зависит от того, когда начнется Кристальная Волна.
Обязанности бригадира просты: время от времени обходить штреки да вместе с помощниками устранять угрозы. В остальном делать нечего, так что служба, как правило, не пыльная.
Поэтому, даже если на горнодобывающий участок никто не нападает, бригадиры сами ищут свирепых рудоедов, чтобы не терять выгоду.
Ведь если убьешь такого зверя, вся поглощенная им руда достается тебе.
Именно ради этого Чжоу Вань так рвался спуститься в шахту.
Помощнику бригадира тоже перепадает доля, если он усердно работает.
Даже за самый бросовый красный железняк размером с кулак можно выручить две-три тысячи, а если попадется камень получше, счет сразу идет на десятки тысяч.
Впрочем, едва спустившись под землю, Хань Чэнь не стал спешить на охоту за свирепыми рудоедами.
Во-первых, перед бригадиром стоит жесткий план: его люди обязаны поднять на-гора пять тонн драгоценной руды, независимо от ее сорта и качества.
Сначала нужно закрыть этот норматив, а уж потом думать обо всем остальном. Если раз-другой провалишь план, тебя просто снимут с должности.
Во-вторых, после вчерашнего распределения очков в системе и восстановления Хань Чэнь чувствовал, как в теле бурлят ци и кровь. Это был верный знак скорого прорыва.
А поскольку в недрах, где залегает драгоценная руда, духовная энергия буквально била ключом, лучшего момента для укрепления сил трудно было и пожелать.
Дзынь, клац, дзынь, клац!!
Хань Чэнь сидел, скрестив ноги, на огромном валуне. Окинув ленивым взглядом обливающихся потом заключенных-шахтеров, он медленно прикрыл глаза и погрузился в созерцание Звездной Карты «Пылающее Пламя».
Прошло около полудня. Вдруг лицо Хань Чэня, доселе неподвижно сидевшего на камне, напряглось, а в теле раздался частый сухой треск, похожий на лопающиеся на сковороде бобы.
За несколько мгновений его костяк словно раздался вширь, грудные мышцы налились силой, а волокна мускулов проступили под кожей жесткими стальными канатами.
Если раньше его можно было назвать просто крепким, то теперь он выглядел по-настоящему могучим.
Даже дыхание по мере притока ци и крови становилось все глубже и ровнее – вдох и выдох теперь разделяли долгие секунды.
Полчаса спустя веки Хань Чэня дрогнули, и он открыл глаза.
В самой глубине его зрачков промелькнул и угас темный холодный блеск. Взгляд стал заметно острее и чище.
Он сжал кулак и резко выбросил руку в пустоту перед собой.
Бах!!
От одного лишь физического усилия воздух взорвался оглушительным хлопком.
Многие заключенные-шахтеры испуганно обернулись на этот звук, глядя на него с трепетом и благоговением.
В полночь, как и всегда, система выдала новые очки. Случайный выбор снова пал на единицы ци и крови.
Возможно, сказалась недавняя яростная схватка с Сяо Чжэнем: хотя тело при росте характеристик по-прежнему ломило, боль была уже не такой невыносимой.
С двадцати четырех до двадцати пяти единиц. Силы прибывали, и Хань Чэнь пребывал в отличном расположении духа.
Несмотря на вечный полумрак подземелья, обитатели шахты придерживались обычного суточного ритма.
Около часа ночи две женщины с соблазнительными изгибами и бледной кожей бесшумно взобрались на валун, где сидел Хань Чэнь.
— Господин бригадир, пора отдыхать, — пропели они.
Хань Чэнь равнодушно скользнул по ним взглядом.
Даже в тусклом свете было видно, как лоснится их белая, словно светящаяся кожа. Лица у них были заурядными, но фигуры – поистине выдающимися.
У воинов с их бурлящими ци и кровью плотские желания обычно обострены до предела.
Однако Хань Чэнь вспомнил, что совсем недавно эти женщины ублажали Сяо Чжэня, и вспыхнувшее было вожделение мгновенно угасло, оставив лишь брезгливость.
— Пошли вон!! — Хань Чэнь смерил их ледяным, безжалостным взглядом.
— Да… слушаемся, — растерянно пролепетали женщины и с поникшим видом сползли с валуна.
Хань Чэнь глубоко вздохнул, успокаивая мысли, и снова закрыл глаза, возвращаясь к созерцанию.
Первый день прошел спокойно. Добыли 0,9 тонны.
На второй день, не успели отработать и двух часов, как в дальнем углу выработки раздались удивленные возгласы.
Хань Чэнь еще не успел подняться, чтобы проверить, в чем дело, как к нему, сияя от радости, подбежал Хуанмао, следивший за работой. В руках он бережно нес кусок руды, отливающий чистым белым светом.
— Босс, это же белый кристалл! Редчайшая штука! Если сделать из него подвеску и носить на теле, он отлично развивает ментальную силу.
Хань Чэнь одобрительно кивнул.
За такую ценную находку бригадиру полагалось открыть новое месторождение руды в личное пользование.
— Внеси того, кто откопал, в списки для начальства. И от меня лично выпиши ему премию в шесть тысяч!
— Спасибо, бригадир! Спасибо вам огромное! — Изнуренный работой шахтер так и расплылся в счастливой улыбке.
Услышав о щедрой награде, остальные рабочие завистливо зашушукались и тут же принялись крушить породу с удвоенной силой.
Едва Хань Чэнь разобрался с этим делом, как к нему спешно подошел Чжоу Вань, охранявший один из переходов.
— Братец Чэнь, беда!!
— Говори.
Лицо Хань Чэня оставалось непроницаемым. Его темные глаза, глубокие, как колодец с отражением луны, смотрели твердо и зорко, а исходящая от него аура невольно подавляла и в то же время внушала уверенность.
Чжоу Вань, едва встретившись с ним взглядом, тут же отвел глаза.
«Всего одна ночь прошла, а кажется, будто он стал еще сильнее…»
— Я отошел буквально на минуту воды глотнуть, а парня, что дежурил со мной в паре, и след простыл, — доложил Чжоу Вань. — Вглубь прохода тянутся кровавые следы, но я один не рискнул соваться далеко.
— Человек или зверь? — Спросил Хань Чэнь.
— На стенах глубокие борозды от когтей. Похоже, тварь какая-то порезвилась!
— Веди, глянем!!
Хань Чэнь поднялся, поправив висящий на поясе клинок.
Чжоу Вань развернулся и пошел впереди.
Пропажа одного человека под землей – дело житейское, но нужно было точно выяснить, кто за этим стоит. Иначе, если люди начнут пропадать регулярно, шахтеры со страху вообще откажутся работать.
Минуты через три они углубились в узкий штрек. Под ногами действительно темнели пятна крови, а на стенах виднелись следы когтей.
Хань Чэнь присел и коснулся пальцем бурого пятна. Кровь еще не успела свернуться, значит, бедолагу утащили совсем недавно.
— Идем дальше!!
Уверенный в своих силах, Хань Чэнь первым двинулся вглубь темного прохода, держа руку на рукояти меча. Чжоу Вань послушно следовал за ним.
Вскоре штрек разделился на четыре рукава. Сверившись со следами крови, Хань Чэнь свернул в левое ответвление.
Они шли около десяти минут, пока не вышли в просторную заброшенную выработку.
Здесь не было ночных кремней, и вокруг царила кромешная тьма.
Чжоу Вань поднял свой ночной кремень повыше, стараясь разогнать мрак хотя бы немного.
Хань Чэнь сразу заметил лежащее посреди пещеры окровавленное тело.
— Вон он!!
Хань Чэнь быстро подошел к лежащему. Но стоило ему наклониться, чтобы проверить пульс, как раненый резко перевернулся и ударил ножом прямо ему в лицо.
Бах!!
Хань Чэнь нахмурился и легким движением перехватил запястье нападавшего.
Но почти в ту же секунду свет от ночного кремня в руке Чжоу Ваня погас, погрузив пещеру в абсолютную темноту.
Дзынь!
Гулко звякнула тетива.
Тяжелая стрела с яростным свистом полетела прямо в затылок Хань Чэню.
Уловив движение воздуха ухом, Хань Чэнь резко уклонился – наконечник прошел в волоске от лица, оставив на щеке тонкую кровавую царапину.
Хлоп, хлоп, хлоп!!
В темноте раздались неторопливые аплодисменты.
— Поразительно! — Произнес насмешливый голос. — И это тебя не убило!