Глава 10: «Отпечаток ладони»
Все присутствующие обернулись на голос и увидели стоявшую у входа в зал девушку с короткой стрижкой. Никто даже не заметил, когда она вошла.
На вид ей было около двадцати шести лет. Тонкое овальное лицо, безупречные черты и короткие волосы придавали ей образ утонченной, но строгой и недосягаемой красавицы.
На ней была простая сиреневая футболка с длинным рукавом, подчеркивающая ее стройную фигуру, мягкие хлопковые спортивные брюки и аккуратные белые кроссовки.
На ней не было ни единого дорогого украшения, она даже не пользовалась косметикой, но само ее появление мгновенно приковало к себе все взгляды.
Дело было не только в ее безупречной красоте, но и в той удивительной, глубокой уверенности, которую она излучала всем своим существом.
Особенно выделялись ее ясные, пронзительные глаза, смотреть в которые прямо решался далеко не каждый.
«Воин. Она определенно настоящий воин!», – сразу понял Хань Чэнь.
— Госпожа Вань Тао, — менеджер Ли Ян мгновенно переменился в лице и поспешил к ней навстречу с услужливой улыбкой.
Госпожа!
В эту эпоху подобного обращения удостаивались лишь те, кто действительно сдал экзамен на звание воина.
Хань Чэню имя Вань Тао показалось смутно знакомым. Немного подумав, он вспомнил: ее портрет висел на почетном стенде боевого зала среди выдающихся выпускников.
Вань Тао, двадцать шесть лет, официальная ученица Боевого Зала Пылающего Пламени, воин Земного Уровня среднего ранга. В свое время она заняла второе место на городском женском турнире Хайланя и лично уничтожила одного низшего Небесного Демона.
И пусть это был всего лишь низший демон, но во всем огромном городе Хайлань едва ли нашлась бы сотня воинов, способных похвастаться победой над подобной тварью в одиночку!
Одно это достижение говорило о ее силе лучше любых слов.
Не обращая внимания на шепотки вокруг, Вань Тао уверенно подошла к Хань Чэню. Ее тонкие губы тронула легкая улыбка.
— «Убивающий других сам от их рук погибнет» – хорошо сказано. Как тебя зовут?
— Хань Чэнь, — с почтением ответил юноша, понимая, кто стоит перед ним.
— Хань Чэнь, значит. Ты ведь учишься в старшей школе? — Поинтересовалась Вань Тао.
— Да, в выпускном классе. До гаокао осталось двенадцать дней, — подтвердил он.
— Выпускной класс, Хань Чэнь. Хорошо, я тебя запомню. Если покажешь достойные результаты на экзамене, я лично поспособствую твоему приему в наши ряды.
Вань Тао сощурила глаза в очаровательной улыбке.
Хань Чэнь из вежливости опустил взгляд:
— Благодарю вас, госпожа Вань Тао!
Вань Тао повернулась к лежащему на полу Самолету-голове, и ее лицо мгновенно заледенело, а в глазах вспыхнул опасный блеск:
— Ну а ты… Ты ведь изучаешь Кулак Свирепого Тига в их боевом зале? И пришел устраивать дебош к нам? Думал, в Боевом Зале Пылающего Пламени некому за себя постоять?
— Простите… умоляю, простите меня, я совершил глупость… — Самолет-голова, невзирая на боль в груди, принялся усердно бить поклоны, утыкаясь лбом в пол перед настоящим воином.
— Передай тем, кто тебя прислал: этот парень, Хань Чэнь, отныне под нашей опекой. Любая попытка навредить ему будет расценена как объявление войны нашему залу! — Отчеканила Вань Тао.
— Да-да, все передам… — запричитал тот, не смея даже поднять глаз от пола.
— Пошел вон, — бросила Вань Тао, скрестив руки на груди.
Парень поспешно вскочил и, пошатываясь, побежал к выходу. В присутствии Вань Тао он даже не решился оглянуться на Хань Чэня.
Его спутники тут же подхватили бесчувственную Лу Пяопяо и поспешили скрыться вслед за ним.
— Ну вот и все, инцидент исчерпан. Возвращайтесь к тренировкам, — буднично произнесла Вань Тао и направилась в сторону кабинета владельца зала Ли Шэна.
Как только она скрылась за дверью, инструкторы и спарринг-партнеры шумной гурьбой обступили Хань Чэня.
— Ну ты даешь, Сяо Хань! Не думал, что ты настолько силен!
— У этого парня точно было не меньше четырех единиц ци и крови, а ты его так уделал! Красавец!
— Силен, ничего не скажешь. Надо будет как-нибудь размяться вместе!
Те самые люди, которые еще утром косились на него с презрением и избегали общения, теперь наперебой пытались выразить свое дружелюбие. Спарринг-партнеры и вовсе рассыпались в лестных комплиментах.
Даже менеджер Ли Ян подошел и одобрительно похлопал его по плечу:
— А я уж грешным делом подумал, что тебе несдобровать. Молодец, удивил! Теперь ты официально станешь лицом нашего зала.
— Мне просто повезло, он слишком недооценил меня, — скромно ответил Хань Чэнь.
— Ладно тебе скромничать. Вечером соберу всех наших инструкторов, посидим где-нибудь, поближе познакомимся, — улыбнулся Ли Ян.
Хань Чэнь неловко улыбнулся в ответ:
— Простите, а можно в другой раз? У меня сегодня вечером срочные дела.
— Да без проблем, как скажешь, дело хозяйское, — мягко согласился менеджер.
Такая резкая перемена в отношении коллег объяснялась не только признанием его силы, но и явным расположением со стороны Вань Тао. И хотя ее слова могли быть лишь дежурным жестом ради защиты репутации зала, игнорировать это никто не смел.
Вежливо откланявшись, Хань Чэнь вернулся к тренировке своей подопечной.
— Инструктор… я буду тренироваться изо всех сил! Обещаю, наступит день, когда я тоже смогу защитить честь и жизнь своих близких так же, как вы сегодня! — Этот бой окончательно зажег огонь решимости в глазах Вэнь Цзинъюй.
— Верю, у тебя все получится, — улыбнулся Хань Чэнь.
Занятия Вэнь Цзинъюй длились только до обеда, а поскольку других учеников у Хань Чэня пока не было, вторая половина дня осталась свободной.
Чтобы точно определить свои нынешние показатели, после обеда он сразу направился к силовому тренажеру.
Бах!
Он вложил всю силу в один точный удар.
Цифры на электронном табло побежали вверх и замерли на отметке в 312 килограммов.
«Действительно перешагнул порог в триста килограммов», – удовлетворенно подумал он. Для обычной школы это был бы великолепный результат, но для элитного учебного заведения – пока лишь нижняя граница нормы.
Его школа стабильно входила в тройку лучших в городе, поэтому планка для учеников там была крайне высока.
У лучших учеников, вроде Лю Юэ, уровень ци и крови составлял около 5 единиц, а сила удара давно превышала планку почти-воина в 500 килограммов.
Ученики хорошего уровня держались в пределах 3–4 единиц ци и крови с силой удара от 300 до 490 килограммов.
Показатели средних учеников колебались в районе 1–2 единиц, без особого разделения.
Те же, у кого этот показатель был ниже единицы, считались безнадежными аутсайдерами, которым после окончания школы была уготовлена лишь тяжелая низкооплачиваемая работа.
Закончив замеры, Хань Чэнь провел еще несколько часов на различных тренажерах и ровно в шесть тридцать вечера поспешил домой, даже не поужинав. Сестра обычно приносила ему еду между половиной седьмого и семью часами.
Добравшись до своей съемной комнаты, он быстро ополоснулся под душем, после чего предупредил хозяина о расторжении договора и принялся собирать свои нехитрые пожитки.
Время близилось к половине восьмого, но сестры все еще не было.
Глядя на сгущающиеся за окном сумерки, он почувствовал, как в груди нарастает смутная тревога.
Но тут в дверь тихо постучали.
— А-Чэнь.
— Сестра! — Хань Чэнь с облегчением распахнул дверь.
На пороге стояла невысокая девушка с длинными темными волосами, черты лица которой неуловимо напоминали его собственные. В ее мягком взгляде сквозила привычная доброта, но за ней угадывался сильный, закаленный трудностями характер.
В свои двадцать три года Хань Нуаньи должна была цвести и радоваться жизни, но на ней было надето скромное, заметно поношенное платье простых тонов.
Из всех украшений на ней красовались лишь скромные золотые серьги, подаренные мужем на свадьбу.
Простая, аккуратная и домашняя – по одному ее виду было понятно, что она прекрасная хозяйка и заботливая жена.
— А я уж подумала, что ты опять решишь запереться от меня, — тепло улыбнулась она.
— Ну что ты, заходи скорее, — Хань Чэнь отступил, освобождая проход.
— Да я ненадолго, дома еще куча дел. Вот, держи обед. Сегодня приготовила тушеные баклажаны, тебе понравится!
Она протянула ему теплый контейнер с едой.
Хань Чэнь нахмурился, уловив в ее поведении нечто странное.
Обычно сестра любила задержаться, расспросить его обо всем и дать кучу бытовых советов, а тут вдруг так спешила уйти.
Он промолчал, пристально вглядываясь в ее лицо.
— Что… что-то не так? — Занервничала она и поспешно поправила прядь волос у щеки.
Именно это движение и выдало ее с головой.
Хань Чэнь осторожно протянул руку и отвел волосы от ее лица.
На нежной коже щеки отчетливо виднелся красный, опухший след от сильного удара ладонью.