Глава 450. Намиказе Наруто и Учиха Саске
— Свергнуть тирана Мую и защитить мир? — женщина-ниндзя несколько раз холодно усмехнулась, словно нехотя соглашаясь со словами Зетсу, и хрипло добавила:
— Задумать править миром… какая ужасающая и в то же время великая мысль.
— Это лишь способ потешить его непомерное эго, ничего великого в этом нет, — скривилась в усмешке черная половина Зетсу. — Уничтожение аристократов Страны Ветра, полное стирание с лица земли Деревни Скрытого Песка… Деяния тирана Мую уже не скрыть. Рано или поздно весь Мир Шиноби объединится против него.
Действия Мую заставили другие страны почувствовать угрозу. И хотя на словах все молчали, за кулисами плелось немало интриг. Полное поглощение Страны Ветра Страной Демонов посеяло панику: даймё всех земель от тревоги потеряли сон и аппетит и даже наложниц стали брать к себе пореже.
И виноват во всем, конечно же, Мую!
— Нынешний Мир Шиноби – это стоячее болото. Лишь в Стране Демонов есть на что посмотреть, — на губах женщины-ниндзя появилась зловещая усмешка. — Мне любопытно, как долго продержится этот ветер по имени Мую.
— Даже самый яростный ураган однажды стихает, — многозначительно произнес Черный Зетсу. — Орочимару, не забывай о нашей сделке. Если твои личные интересы помешают нашему плану, последствий тебе не снести.
Женщина-ниндзя из Деревни Скрытого Звука, в теле которой на самом деле скрывался Орочимару, холодно усмехнулась:
— Это всего лишь сделка. Следи за тоном.
Черная ядовитая змея незаметно подползла к Зетсу и, когда тот открыл рот, чтобы ответить, резко вонзила в него клыки. Яд проник сквозь одежду, впрыскивая в тело Зетсу смертельную дозу отравы.
— Орочимару, ты…
— Это предупреждение. Сотрудничая со змеей, следует опасаться ее клыков, — Орочимару, занимавший тело женщины-ниндзя, свысока смотрел на рухнувшего на землю отравленного Зетсу. Его золотые змеиные глаза не выражали никаких эмоций. Когда он говорил, мышцы на лице дернулись, и кусок бледной кожи отвалился, обнажив под собой свежую плоть.
— О, уже пора, — произнес Орочимару, прижимая руку к ране. Он развернулся и исчез в переулке за углом.
Отравленный Зетсу на земле дернулся пару раз. Черный Зетсу незаметно исчез, оставив Белого Зетсу в качестве разменной монеты. Его тело начало таять, впитываясь в землю и становясь удобрением для травы.
… …
Три дня спустя делегация Страны Демонов прибыла в Коноху. Милле, облаченная в роскошное, сшитое на заказ одеяние мико, выглядела одновременно величественно, изящно и строго. Под восторженные крики жителей Конохи она въехала в деревню на повозке, движимой чакрой.
Управлял повозкой Мую.
— Дорогой, а там стоят твои соклановцы? — Милле склонила голову, глядя в окно на выделявшуюся в толпе группу шиноби в форме Учиха.
Такую темно-синюю одежду с высоким воротом Милле уже видела: именно так были одеты те Учиха, что последовали за Мую в Страну Демонов.
— Да, и все знакомые лица, — Мую проследил за ее взглядом, встретившись глазами с несколькими людьми в толпе. — Как же быстро постарел Фугаку… Ого, да и Шисуи тоже, что-то он торопится взрослеть. А этот парень – Учиха Итачи? Откуда у него уже носогубные складки? А карапуз рядом с ним, должно быть, Саске.
Члены клана Учиха смотрели на Мую со сложной смесью чувств, в которой преобладало сожаление. Говорят, беда не в том, что мало, а в том, что неравно. Темная сторона человеческой натуры проявилась в этот миг во всей красе.
Раньше, когда все они жили в Конохе, то сообща терпели презрение и отторжение со стороны других жителей. Жить было тяжело, но все были в равных условиях.
Теперь все изменилось. Учиха, оставшиеся в деревне, стали жить немного лучше. Под руководством Минато враждебность других кланов к ним постепенно ослабевала, их стали принимать в тех сферах, куда раньше путь был заказан.
Но все познается в сравнении. Когда до Конохи дошли вести о жизни в Стране Демонов, оставшиеся Учиха не выдержали. Особенно когда Страна Демонов начала поглощать Страну Ветра – разница в качестве жизни стала просто колоссальной.
Так у оставшихся в Конохе Учиха зародилась странная ненависть. Радикалы даже отказывались признавать соклановниками тех, кто ушел в Страну Демонов. И Коноха стала единственной деревней, где так и не открылся «Зал Опыта Гендзюцу».
Даже в закрытой и консервативной Деревне Скрытого Тумана позволили пожилому Учиха открыть такой зал. Киригакуре была полна людей с подавленными желаниями, и спрос на иллюзии для взрослых оказался невероятно высок.
По личной статистике управляющего филиалом в Киригакуре, наибольшей популярностью пользовались гендзюцу, связанные с Пятой Мизукаге Теруми Мэй. Многие шиноби Тумана даже приходили со своими сценариями, избавляя владельца от необходимости что-либо выдумывать.
К сожалению, по законам Страны Демонов, Залы Опыта Гендзюцу не имели права использовать внешность реальных людей без их личного согласия, иначе им грозил суровый штраф.
Жители Конохи, конечно, тоже нуждались в подобных развлечениях. Говорили даже, что одним из главных сторонников открытия зала был сам Джирайя, один из легендарных Саннинов. Однако, к удивлению верхушки Конохи, любое сотрудничество со Страной Демонов наталкивалось на яростное сопротивление клана Учиха, так что от этой идеи пришлось отказаться.
— Так вот где ты раньше жил, — произнесла Милле, с любопытством разглядывая улицы Конохи.
— Может, посетим святилище на землях клана Учиха?
— Не нужно, — Мую отвел взгляд от семьи Фугаку. — Это место больше не имеет значения. Теперь мой дом – покои Мико.
Слова Мую обрадовали Милле. Она придвинулась ближе и, коснувшись губами его уха, прошептала так, что горячее дыхание коснулось его шеи:
— Я привезла с собой несколько очень сексуальных комплектов белья, самые новые модели.
— Хм, дерзкая искусительница! Решила смутить мой дух? — Мую сурово нахмурился, глядя на нее с показным негодованием и праведным гневом, ничем не выдав своих истинных чувств.
«Это уже не просто злая мико, тут нужны решительные меры», — решил Мую. Сегодня ночью он снова покажет Милле, на что способен.
Ночь прошла в изнурительной битве.
На следующее утро мико Милле, сославшись на недомогание, отклонила приглашение Минато на встречу. Тот, впрочем, не расстроился: в последнее время в деревню прибывало столько важных гостей, что он тут же переключился на только что приехавшего Райкаге.
Мую был уверен в силах нового поколения Страны Демонов, поэтому не видел смысла в каких-то экстренных тренировках перед экзаменом. Отдав несколько общих распоряжений, он поручил присмотр за детьми Якуши Кабуто, а сам отделился от группы и отправился бродить по Конохе.
На самом же деле Мую уже активировал духовное восприятие, намереваясь выяснить, какая нечисть решит проявить себя на этом Объединенном Экзамене на Чунина.
Главным боссом в Мире Шиноби на данный момент была лишь Кагуя Ооцуцуки. Историю Боруто, которую в расчет можно было не брать, он отбрасывал, а следов других Ооцуцуки пока не нашел. Кагуя, без сомнения, была существом уровня Шести Путей, а количество чакры в ее теле равнялось суммарному запасу всех шиноби мира. Однако боевого опыта у этой дамы было крайне мало, иначе ее бы не запечатали дважды собственные сыновья и их потомки. Учитывая разрушительную мощь его техник и богатый боевой опыт, Мую скромно предполагал, что сможет не только выдержать натиск Кагуи, но и одержать над ней победу.
Мир Шиноби таил в себе множество загадок, и лучше всех о делах клана Ооцуцуки знала сама Кагуя. На данном этапе Мую был не против, чтобы Черный Зетсу освободил ее, но хотел, чтобы процесс распечатывания находился под его контролем. В оригинальной истории Черный Зетсу сначала заставил Нагато собрать девять хвостатых зверей, чтобы с помощью их чакры наполнить Демоническую Статую Внешнего Пути и призвать Десятихвостого. Затем он подтолкнул Учиху Мадару стать джинчурики Десятихвостого и, наконец, успешно активировал Бесконечное Цукуёми, выполнив главное условие для снятия печати с Кагуи.
В тот самый момент, когда Учиха Мадара решил, что мир спасен и он может уходить на покой, почтительный сынок Черный Зетсу нанес ему удар в спину, захватил контроль над его телом и полностью освободил Кагую. Мую прокручивал в голове весь этот процесс, размышляя, нельзя ли его как-то упростить. Контролировать все человечество с помощью Бесконечного Цукуёми – слишком уж мудреная схема. Нет ли способа попроще?
Скорее всего, есть.
Техника «Шесть Путей: Чибаку Тенсей», по сути, была лишь усиленной версией обычной Чибаку Тенсей, а созданная ею луна – намного меньше настоящей. Если бы Мую, наплевав на последствия для Мира Шиноби, просто разнес эту луну вдребезги, он, вероятно, тоже смог бы освободить Кагую.
— Эй, дядя…
Пока Мую размышлял, до его слуха донесся звонкий мальчишеский голос. Сначала он не обратил внимания, но голос позвал снова:
— Дядя, который под ноги не смотрит! Да, ты…
Мую огляделся по сторонам – вокруг почти не было прохожих. Повернув голову, он увидел на соседней тренировочной площадке двух мальчишек, смотревших прямо на него.
— Вы это мне? — уточнил Мую, указывая на себя.
Дядя? Неужели он так старо выглядит? И что за невоспитанные дети?
Присмотревшись, он увидел слева энергичного желтоволосого мальчишку с голубыми глазами и жизнерадостной улыбкой. Его оранжевая куртка была небрежно повязана на поясе, а черный облегающий костюм порван в нескольких местах. Именно он махал ему рукой.
Справа стоял ребенок с классической для Учиха прической «ежиком», челка закрывала один глаз. Черный тренировочный костюм плотно облегал тело, а сумка ниндзя на ноге была уже расстегнута. Его красивое личико было предельно серьезным.
Намиказе Наруто и Учиха Саске!
— Конечно! — с улыбкой воскликнул Намиказе Наруто. Он тут же подскочил к Мую, схватил его за левую руку и без лишних слов потащил на тренировочную площадку.
— Дядя, ты ведь тоже шиноби? Можешь побыть нашим судьей?