Глава 448. Приглашаю всех полюбоваться
— Стихия Дерева: Форма Гриба Разрушителя!
Летящий в небе древесный клон сложил руки в печать, и по воздуху разошлась странная волна чакры. Кожа Мую пошла буграми, словно под ней извивались мириады дождевых червей.
Под действием древесной чакры структура клона непрерывно менялась: кожа постепенно становилась черно-серой, а голова раздувалась, приобретая все более чудовищные размеры.
Внизу, в лагере мятежников, разрасталась суматоха. Хотя некоторые и заметили фигуру в небе, всеобщее внимание было приковано к маневрам Расы.
— Господин Казекаге, куда вы?
— Раса, я приказываю тебе немедленно остановиться! А ну спускайся!
— Что происходит? Раса, почему ты убегаешь?
— Неужели неясно? Этот ублюдок Раса нас предал! Бежим… то есть, производим тактическое отступление!
— Сбейте его!
Ниндзя, подконтрольные аристократам, тут же начали концентрировать чакру. Разнообразные техники обрушились на Расу одна за другой: огненные шары и клинки стихии Ветра со свистом устремились в небо.
Сбить цель в воздухе – задача не из легких, ведь для этого нужно предугадать траекторию полета. Тем более что Раса, летевший на облаке из золотого песка, подвластного его стихии Магнетизма, был невероятно проворен. Он с легкостью уклонялся от большинства атак, а те немногие, что все же достигали цели, разбивались о прочный золотой щит у него под ногами.
«Летать – одно удовольствие!»
Раса свысока смотрел на толпу. Глупые ниндзя, прикованные к земле, суетливо скачут внизу, пытаясь достать его своими техниками, и не подозревают, что катастрофа уже на пороге, а их жизни – на финишной прямой.
Внезапно воздух пронзила странная вибрация. Она бесшумно прошла сквозь Расу, и тот всем телом ощутил леденящее предчувствие неминуемой гибели. Он едва не потерял контроль над золотым песком и не рухнул вниз.
— Какое жуткое ощущение… Что это за техника? — пробормотал Раса, переводя взгляд на фигуру Мую в небе. Вспомнив его слова, он до предела выжал из клеток своего тела чакру, и облако золотого песка рвануло вперед с максимальной скоростью.
К этому моменту Мую уже превратился в трехметровый черно-бурый гриб, в точности соответствующий всем стереотипным представлениям о грибах. На его гигантской шляпке в перевернутых треугольных глазницах мерцал красный свет, словно сдерживая клокочущую внутри ярость.
Тело Гриба Разрушителя было до отказа наполнено чудовищной чакрой. Поток энергии и сдерживающая сила растительных клеток достигли хрупкого равновесия, но, судя по непрерывной дрожи, оно могло нарушиться в любую секунду.
Сжатая до предела энергия испускала необычные вибрации. Еще до взрыва вокруг гриба поднялся ураганный ветер, а само пространство начало искажаться, издавая скрежещущие звуки.
— Смотрите, что это там, в небе?!
Наконец-то кто-то обратил внимание на Мую. Сперва его приняли за ниндзя, посланного на подмогу Расе, но, приглядевшись, никто не смог понять, что это за существо. Из-за вихревых потоков воздуха и пространственных искажений фигура Мую была размытой, словно под цензурой, так что мятежников можно было простить за их недоумение.
— По-моему, это гриб.
— Хочешь сказать, Страна Демонов послала гриб, чтобы напасть на нас? Ты с ума сошел или я?
— А ты тогда скажи, что это?
— Немного похоже на рогатого господина. Кто это выкинул тренажер для куноичи?
— Ха-ха-ха, ну вы и затейники!
— Такой размер невозможен. Не влезет. Как ни крути, не влезет.
…..
Пока глупые аристократы предавались праздным спорам, умные уже бросали повозки и бежали прочь. Беглец должен знать свое место, а неуместное любопытство и слепая самоуверенность могут стоить жизни.
Мир не испытывает недостатка в умных людях. Будь это обычная внезапная атака, у этой группы аристократов, среагировавшей первой, был бы шанс спастись. Но сейчас им противостояла новая техника Мую.
Из-за ее колоссальной мощи Мую долго не мог найти подходящее место и цель для испытаний, и теперь мятежникам выпала «честь» стать первыми.
Попробовав эту бесплатную «глазунью», у них, возможно, даже появится шанс всем кланом попасть в Академию Ниндзя Страны Демонов – в виде строчки в учебнике истории.
Раса со свистом рассекал воздух. Долетев до Мую, он увидел, что тот машет ему рукой, знаками показывая лететь дальше – как можно дальше.
Раса потерял дар речи.
Не успел он и рта раскрыть, как мир перед его глазами померк. Из-за спины ударил ослепительный белый свет, отбросив его тень далеко на песок.
— Мощность превзошла ожидания! Времени нет, расслабься, я тебя вытащу!
Мую в темных очках мгновенно появился рядом с Расой, ловким движением прихватив из-под его ног изрядный ком золотого песка, и положил руку ему на плечо.
После нескольких десятков скачков сквозь пространство от резких пространственных искажений у Расы свело желудок. Едва его ноги коснулись земли, его тут же вырвало. Мир перед глазами плыл и вращался.
Подняв голову и взглянув на простиравшуюся вдалеке пустыню, Раса замер. Его тело била неудержимая дрожь. Он вспомнил, как в детстве впервые попал в песчаную бурю.
Но по сравнению с яростью стихии, катастрофа, сотворенная руками Мую, была во сто крат ужаснее. Раса тщетно пытался подобрать слова, чтобы описать увиденное, и мог лишь молча запечатлеть эту кошмарную картину в своей памяти.
Далеко в сердце пустыни безмолвные дюны пронзила фиолетовая молния. По темно-бурой ножке гриба побежали трещины, сочащиеся призрачным голубым светом. Внутреннее равновесие было нарушено, и из каждой щели хлынули вязкие, как смола, потоки энергии, вспыхнув нестерпимо ярким светом.
Время, казалось, застыло. В тот миг, когда обрушился свет, фигуры всех – паникующих аристократов, глядящих в небо ниндзя, равнодушных самураев, решивших вздремнуть в тени, — навечно отпечатались на песчаном море под ними.
В первый момент взрыва не последовало грохота, которого ожидал Мую. Вместо этого невидимая сила вдавила песок в радиусе десяти километров. Дюны под ярким светом на мгновение стали прозрачными. В эпицентре температура за тысячную долю секунды подскочила до уровня, втрое превышающего температуру на поверхности солнца. Огненный шар в форме гриба начал расширяться со скоростью тысячи метров в секунду, и все на его пути мгновенно испарялось.
Вокруг бывшего лагеря мятежников образовалась вакуумная зона диаметром в несколько километров. Ниндзя, жрецы, аристократы – перед лицом взрыва все живые существа были равны. Не имея ни малейшего шанса на сопротивление, их души отправились в Чистую Землю.
Ударная волна, подобно незримому молоту, со сверхзвуковой скоростью пронеслась во все стороны, сравняв с землей дюны в радиусе тридцати километров. Песок в эпицентре под воздействием высокой температуры и давления сплавился в стекловидную массу, отливающую странным блеском, а поверхность земли пошла волнообразными складками.
Вакуум в центре взрыва продолжал расширяться, пока невидимая стена воздуха не обрушилась на него. Вторая ударная волна, подобно цунами, хлынула обратно, пропахав в пустыне бесчисленные борозды глубиной в тысячи метров.
Грибное облако росло с поразительной скоростью. Когда его верхушка коснулась стратосферы, основание уже поглотило сердце пустыни.
Золотые пески превратились в выжженную черную равнину, покрытую стекловидной коркой. Искривленные кристаллические узоры, словно вены гиганта, тянулись к горизонту. Треск ионизированного воздуха и гул инфразвука слились в апокалиптическую симфонию.
Гро-о-о-ом!
Лишь теперь до ушей Расы донесся запоздалый грохот. Бывший Казекаге стоял с открытым ртом, ошеломленно глядя на представшую перед ним картину конца света. Он даже не заметил, как горячий воздух опалил ему рот.
«Эта жалкая кучка мятежников?»
После взрыва такой мощи у них не было ни единого шанса выжить.
Последствия взрыва еще не утихли. Воздух, хлынувший в вакуумную зону, снова разошелся во все стороны. Раскаленные потоки подхватили в воздух переливающиеся кристаллы, образовав на большой высоте кольцевой Радужный Кристальный Шторм, будто надев на пустыню сверкающее ожерелье.
Когда энергия взрыва наконец рассеялась, в центре некогда бескрайней пустыни зиял гигантский кратер диаметром в несколько десятков километров. Его стенки покрывал застывший стекловидный песок, испещренный паутиной трещин.
Уцелевшие дюны за спинами Мую и Расы потеряли свои плавные очертания. Опаленные и оплавленные огненным вихрем, они напоминали искаженные мукой лица земли, безмолвно свидетельствуя о чудовищной силе этого взрыва.
Мую был очень доволен результатом – не зря он вложил в эту технику столько чакры. По сравнению с сегодняшним Грибом Разрушителем, тот «Малыш», которым он когда-то истребил Даймё Страны Огня и аристократов, был в лучшем случае просто огромным-преогромным Великим Огненным Шаром Ребекки.
— Заснял? — Мую повернулся к дюне позади.
— Что? — Раса все еще не пришел в себя от взрыва. В этот момент его представления о мире и о пределах разрушительной мощи ниндзя рушились и выстраивались заново.
— Господин обращался не к вам, — раздался голос у Расы за спиной. Песок взрыхлился, и из-под земли, отряхиваясь, выбрался Якуши Кабуто в униформе, сжимая в руках громоздкий прибор. Он прошел мимо Расы.
— Все заснято. Но из-за ударной волны картинка в конце может быть не очень хорошей, — доложил Якуши Кабуто.
В руках он держал новейшую модель камеры, разработанную технологическим отделом Страны Демонов и уже запущенную в серийное производство.
— Не страшно, главное, что все записано целиком, — кивнул Мую. — Сделай четыре копии и отправь их в остальные четыре великие страны. Скажи, что Государственный Наставник Мую приглашает всех полюбоваться.
— Слушаюсь, господин! — почтительно поклонился Якуши Кабуто и, забрав камеру, удалился.