Глава 446. Мататаби (Пейзажный Район)
Мую открыл письмо и, быстро пробежав его глазами, уловил суть.
— Что сказал Хокаге? — спросила Милле. Она привычно отодвинула стул и усадила Мую. Затем, встав сзади, она оперла его голову о себя и принялась мягко массировать ему виски.
— Минато хочет провести Экзамен на Чунина для всех стран Мира Шиноби. Спрашивает, будем ли мы участвовать.
На самом деле, в письме было не только это. Целые абзацы были посвящены благодарностям Минато в адрес Мую. По мере того как Страна Демонов поглощала земли Страны Ветра, положение Конохи в Стране Огня укреплялось, и уцелевшие аристократы стали куда охотнее выделять средства.
К настоящему времени Страна Демонов практически полностью поглотила Страну Ветра и отказалась от традиционного деления на регионы. По примеру Сейрейтея из Общества Душ, Мир Шиноби был разделен на четыре больших округа – Северный, Южный, Восточный и Западный, — каждый из которых, в свою очередь, делился на пронумерованные районы.
Страна Ветра отошла к Южному округу. Деревня Скрытого Песка, затерянная в пустыне, канула в лету, а на картах эта область получила новое название: 42-й Южный Район.
— Только Экзамен на Чунина? — Милле склонила голову набок. Она понимала, что ради простого приглашения на Объединенный Экзамен на Чунина Минато не стал бы отправлять письмо со своим личным отрядом Анбу.
— Еще Саммит Пяти Каге. Ничего особенного, опять, небось, будут нудеть со своими протестами. Можно не обращать внимания, — Мую сунул зашифрованное письмо Милле, чтобы та сама прочла.
После того как Мую сокрушил армию шиноби Страны Ветра, аристократы других стран будто лишились всей своей спеси. Честолюбцы, прежде плетущие интриги, мигом притихли и теперь отчаянно старались не отсвечивать. Немногие несогласные могли лишь, подобно крысам, затаиться в тени и исподтишка науськивать деревни шиноби на протесты и выражение крайнего недовольства.
Страна Демонов их попросту игнорировала. Она планомерно выстраивала собственную систему управления, и как только сил становилось достаточно – отхватывала очередной кусок Страны Ветра. Так, поглотив почти всю страну, она так и не дождалась от недовольных деревень и аристократов никаких реальных действий.
Пока Страна Демонов поглощала Страну Ветра, большинство мирных жителей и часть аристократов согласились принять новый порядок. Однако нашлись и упрямцы, решившие сопротивляться до конца. Используя обширные территории для отступления, они скрывались, мечтая однажды свергнуть Мую.
«Восстановить величие Страны Ветра – наш священный долг!»
Мую, разумеется, не мог целыми днями носиться повсюду на мече, играя в «ударь крота». Но тут в игру вступила пешка, которую он предусмотрительно расставил ранее: в самый тяжелый для Страны Ветра час вперед вышел Казекаге Раса.
Раса четко обозначил свою позицию: он будет до конца сражаться с Мую и Страной Демонов. Он заявил, что в Деревне Скрытого Песка нет трусов, и все ее жители давно готовы к смерти, чтобы пролить последнюю каплю крови ради интересов аристократов.
Не успели на это заявление отреагировать другие, как сами жители Деревни Скрытого Песка опешили: «Это еще что значит — „мы давно готовы к смерти“? Кто вообще захочет проливать кровь за аристократов? Совсем идиот, что ли?»
И такие идиоты действительно нашлись, причем в немалом количестве. Деревня раскололась на два лагеря. Противники Расы считали, что сила Учихи Мую давно превзошла мощь Пяти Великих Стран, а упрямое сопротивление – верный путь к гибели, поэтому следует принять веяния времени и присоединиться к Стране Демонов. Сторонниками же были традиционалисты и те, чьи интересы были тесно связаны с аристократией. Они твердо поддерживали Казекаге Расу и клеймили оппонентов трусами, цепляющимися за жизнь.
Разразилась междоусобица. В итоге противники Расы бежали из деревни и стали предателями, перейдя на сторону Страны Демонов. В деле уничтожения собственного дома они проявили больше рвения, чем кто-либо из захватчиков.
Раса же, будто обладая даром предвидения, точно предсказал дату и направление атаки Мую. Он спешно покинул деревню вместе со своими приспешниками, оставив несметные богатства, которые они не успели забрать. И хотя Страна Ветра считалась бедной, ее верхушка купалась в роскоши – многие вещи в их домах были сделаны из чистого золота и отличались редкой красотой.
Пока Мую занимался описью трофеев, Раса со своими сторонниками отыскал скрывавшихся аристократов. Объединив военную силу и богатство, они создали мощное сопротивление, которое кочевало по бескрайней пустыне, пользуясь преимуществом местности. Согласно донесению Расы, он уже собрал воедино все оппозиционные силы, и теперь они готовились провести в пустыне встречу, чтобы решить, кто возглавит движение.
Но даже в такой момент аристократы продолжали давить на Расу, считая, что ниндзя должны лишь служить знати и выполнять приказы. Так все тараканы, прятавшиеся по углам, были наконец собраны в одном месте. Оставалось лишь дождаться, когда начнется их съезд по разделу власти, и Мую сможет без труда накрыть всю шайку разом.
— Пока соглашайся, — обратился Мую к Милле. — Напиши Минато ответ, что на Объединенный Экзамен на Чунина мы приедем, а вот Саммит Пяти Каге можно немного отложить. Скоро ни Страны Ветра, ни Казекаге не останется.
— Хорошо, — кивнула Милле. — Объединенный Экзамен на Чунина – это, скорее всего, способ Конохи продемонстрировать силу, чтобы успокоить новых спонсоров и аристократов. Они хотят получить больше заказов, но нам-то это зачем?
— Просто окажу услугу Минато, раз уж он попросил. Да и нашей молодежи не хватает боевого опыта, пусть съездят, посмотрят мир. Я в их силах уверен.
— Услугу Минато, значит? — протянула Милле и, обхватив Мую за шею своими пышными руками, заперла его голову между пиками своих грудей. — Или все-таки Цунаде?
— Конечно, Минато! — моргнул Мую с самым невинным видом. — О какой ревности может идти речь? Имя Цунаде в письме даже не упоминалось.
— Ах, значит, я тебя напрасно обидела, — с деланым испугом проговорила Милле, изобразив трогательную беззащитность. — Сегодня ночью я обязательно как следует извинюсь перед маленьким Мую.
— Кхм-кхм, полегче, здесь ребенок, — бросил Мую, строго взглянув на расшалившуюся Милле.
Стоявшая рядом Карин невинно захлопала глазами, будто совсем не поняла намека в словах Милле.
Милле вложила письмо обратно в руку Мую и, покачивая бедрами, удалилась.
Карин вновь принялась тренировать древесные техники, а Мую, сев рядом, еще дважды от начала до конца перечитал донесение. Убедившись, что ничего не упустил, он сосредоточил взгляд на бумаге, и его ментальная сила пришла в движение.
Мощный духовный импульс, почти осязаемый, снова и снова бил в письмо. Внезапно вспыхнул огонек – в точке, где сходился взгляд Мую, родилось пламя и охватило бумагу.
— Хм, способность так себе. Супербюджетная версия Аматэрасу, — Мую потер переносицу. Усилие, затраченное на то, чтобы «выкрутить» пламя из ментальной силы, совершенно не окупалось.
Эту новую способность Мую получил прошлой ночью, войдя в таинственное пространство. Она позволяла силой мысли создавать огонь в точке фокуса зрения. Мощность была невелика, но главным козырем была внезапность, хотя для самого Мую она была не слишком полезна.
За то время, что он не заходил в систему, Мую (вариант Святилища) и впрямь умудрился поймать троих новичков: американского пехотинца из оригинальной Red Alert 2, призывника из Red Alert 3: Uprising и Рядового Юрия из Red Alert 2: Yuri’s Revenge.
Первые двое почти никак не усиливали армию Мую – даже закаленные в боях солдаты оставались в пределах человеческих возможностей. Однако технологическое древо их миров представляло немалую ценность, особенно супероружие разных фракций и мобильные строительные дворы.
История Рядового Юрия была проста и трагична. С детства подвергавшийся физической и химической обработке мозга, он превратился в безумного, но фанатично преданного воина. По первому же приказу своего вождя Юрия он безропотно стал бы наблюдателем ядерного взрыва с близкого расстояния.
Рядовой Юрий шел в бой без оружия: его оружием был усилитель пси-волн на странном шлеме, позволявший выпускать ментальное пламя и мгновенно сжигать врагов. Попасть в пространство души стало для этого Мую величайшей удачей в жизни. После Обмена воспоминаниями и силой он вновь обрел себя и решил, что первым делом по возвращении прикончит этого лысого ублюдка.
Когда донесение окончательно обратилось в пепел, Мую отогнал лишние мысли и, поднявшись, подошел к Карин.
— Смотри внимательно, малышка. Растение, которое я сейчас покажу, очень опасно, с ним нужно быть предельно осторожной. Давай, повторяй за мной печати.
— Высвобождение дерева: Огненный перец!
...
— Уважаемые пассажиры, поезд прибывает на станцию «Мататаби (Пейзажный Район)». Просим вас соблюдать законы и правила Страны Демонов. Не высовывайте голову, руки и другие части тела из окон. Не кормите животных ничем, кроме специально предоставленного корма. Не используйте чакру самостоятельно. Не...
На севере Страны Демонов, среди высоких гор и хребтов, по дну ущелья вилась современная эстакада, по которой медленно двигался Чакра-поезд.
Потенциал масс, как оказалось, был безграничен. С распространением образования и техник управления чакрой в Стране Демонов один за другим появлялись выдающиеся таланты в самых разных областях – люди, которых не было в оригинальной истории.
Мую лишь вскользь упомянул об индустрии, основанной на чакре, и высказал идею о Чакра-поезде, а всего через несколько лет кто-то не только воплотил эту мысль в жизнь, но и активно развил ее.
— Пиво, напитки, вода, арахис, семечки, каша! Эй, господин, уберите, пожалуйста, ногу!
Тележка остановилась рядом. Джирайя, услышав замечание, смущенно убрал правую ногу из прохода и проводил взглядом продавщицу в униформе, толкавшую свою тележку все дальше.
— Ну и дела в этой Стране Демонов... Этот Мую вечно выдумает что-нибудь новенькое, — почесал в затылке Джирайя и посмотрел в окно, мельком взглянув на патрульных по обоим концам вагона.
Он чувствовал, что проходившая мимо продавщица была обычным человеком. Большинство пассажиров в Чакра-поезде оказались мирными жителями, и только патрульные в особой форме были ниндзя.
А ведь этот поезд проезжает через место обитания Мататаби, Двухвостого! Неужели Мую не боится, что дикий хвостатый зверь может рассвирепеть, напасть на людей и устроить геноцид?