Глава 224. Узумаки Нагато. Черный Зетсу в действии
Огромную родильную палату скрывали многочисленные печати. Отряд Анбу во главе с Какаши был рассредоточен по периметру, их настороженные взгляды прочесывали каждый подозрительный угол.
Внутри комнаты Узумаки Кушина лежала на центральной родильной кровати. Жена Третьего Хокаге, Сарутоби Бивако, успокаивала ее, готовая в любой момент принять роды.
— А-а-а-а! Больно-то как! — мучительно стонала Кушина, ее руки, на которых вздулись вены, мертвой хваткой вцепились в руку Минато.
Хватка Кушины была невероятно сильной. Минато морщился от боли, но продолжал утешать:
— Кушина, тужься! Уже почти все, тужься!
— Легко… говорить… Ты бы… сам попробовал… — прерывисто выдавила Кушина сквозь зубы.
— Кушина, ради Наруто, ты должна держаться! — вмешалась Бивако. Как опытная женщина, она одним словом попала в точку, пробудив в Кушине материнскую любовь.
Мысль о Наруто в ее животе придала Кушине сил. Ее сознание, почти помутневшее от боли, прояснилось. Она напрягла все тело. Слезы неудержимо текли по лицу, а лоб покрылся испариной.
Мую сидел, скрестив ноги, на крыше палатки. Он, никогда не боявшийся боли, невольно поморщился, услышав крики Кушины, и ощутил фантомную боль.
Внезапно его уши уловили что-то. Он повернул голову к лесу – оттуда приближалась странная вибрация. Он не чувствовал никакой души, но мощный всплеск чакры скрыть было невозможно.
— Кто там? — нахмурившись, спросил Мую и вскочил на ноги, принимая боевую стойку.
Стоявшие по периметру Анбу тут же напряглись, обнажив кунаи и короткие мечи и приготовившись к атаке.
Темный лес был тих, лишь шелест листьев на ветру нарушал тишину. Не было видно даже пробегающего зверька. Анбу не заметили ничего подозрительного и с недоумением посмотрели на Мую.
«Может, этот господин слишком нервничает, проявляя излишнюю бдительность?»
— Всепоглощающая Небесная Тяга!
Из леса хлынула неведомая сила притяжения. Присутствующие Анбу обнаружили, что их тела вышли из-под контроля. Невидимая сила схватила их и потащила прямиком в лес.
— Враг!
— Нападение, нападение!
— Что это за ниндзюцу?!
Анбу были в панике. Информация о Риннегане была строжайшей тайной, Минато и Цунаде не распространялись о ней, планируя в решающий момент застать врага врасплох.
— Клинок Асахи: сверхзвуковой удар!
Золотой летающий меч вырвался из-за спины Мую, оставив в воздухе золотистый след, пронесся мимо летящих Анбу и устремился в определенную точку в лесу.
Лишь после того, как золотой клинок пролетел, раздался с опозданием звуковой удар. Вибрация и ударная волна прогремели в ночной тишине.
— Всемогущее Притяжение!
Невидимое притяжение резко прекратилось, и тут же последовал мощнейший взрывной толчок. Огромная отталкивающая сила, превратившись в невидимый барьер, отбросила стремительно приближавшийся летающий меч.
Всемогущее Притяжение было атакой без разбора. Вместе с мечом отлетели обломки камней, деревья и несколько незадачливых Анбу, застрявших в воздухе.
— Стихия Земли: Техника Грязевой Стены!
Земля содрогнулась, и с грохотом поднялась огромная земляная стена, преградив путь обломкам и стволам деревьев. Другие Анбу, используя технику мгновенного перемещения, подхватили отброшенных товарищей.
— Действительно враг. И выбрал же время… проклятье! — седовласый Какаши, опустившись на одно колено, прикрыл собой всех остальных. Поднявшаяся стена защитила родильную палату. На стене были изображены четыре огромные, поразительно живые собачьи головы.
Поскольку бремя мангекё шарингана с него спало, чакры Какаши хватало на то, чтобы вылепить головы собак еще детальнее.
Мую посмотрел на собачьи головы на стене, затем перевел взгляд на Скалу Хокаге позади себя. Выражение его лица было очень красноречивым.
«Почему именно собачьи головы? Почему их количество совпадает с числом лиц на Скале Хокаге? Даже направление голов и их выражения так похожи. Какаши, парень, на кого это ты намекаешь?»
Вспыхнул желтый свет, и рядом с Мую появился Минато.
— Враг?
— Да, это Риннеган! — кивнул Мую, его взгляд скользнул поверх стены вглубь леса. Густые заросли были уничтожены одним ударом Всемогущего Притяжения. Лунный свет заливал землю, освещая таинственную фигуру в черном плаще с красными облаками.
У незнакомца были узкие глаза, светившиеся странным фиолетовым светом. Зрение у Мую было превосходным, и он разглядел на глазах противника странные круговые узоры, словно символизирующие шесть путей реинкарнации.
— Кто ты и зачем напал на Коноху? — Минато сделал вид, что ничего не знает, и, шагнув вперед, сурово спросил. Однако скрыть яростную жажду убийства в его глазах было невозможно. Враг выбрал для нападения именно этот момент, и его намерения были очевидны – он пришел за Девятихвостым.
Всем известно, что если из джинчурики извлечь хвостатого зверя, он умрет. Неважно, зачем врагу Девятихвостый, Кушина была обречена, а этого Минато допустить не мог.
«Темно-желтые волосы, рост меньше ста восьмидесяти, смерть в пятнадцать лет, судя по лицу… должно быть, это и есть тот самый Путь Дэвы, о котором говорил Мую», – мысленно заключил Минато, сверяя внешность противника с предоставленной ему информацией.
— Зачем напал на Коноху? — Контролировавший Путь Дэвы Нагато счел этот вопрос забавным. — Этот вопрос бессмыслен. Почему великие державы воюют на территории малых стран? Почему сильные издеваются над слабыми? Убийца в итоге сам будет убит. Война несет смерть и страдания обеим сторонам. Ненависть связывает тех, кто не имел друг к другу никакого отношения, и этому нет конца…
— Понятно. Значит, это месть, — фигура Минато на мгновение исчезла и тут же появилась вновь, уже в Плаще Хокаге. Полы плаща развевались на ветру.
— У тебя свои причины, а у меня, как у мужа и Хокаге Конохи, есть долг остановить тебя. Слова излишни, — едва Минато закончил говорить и собрался атаковать, как со всех сторон деревни донеслись сильные толчки.
Бум! Бум! Бум! Бум! Бум!
Огромные клубы белого дыма от Техники Призыва рассеялись, и в деревне Коноха появилось множество гигантских призванных зверей. Круглосуточно дежуривший отряд барьера поднял тревогу, и сирены разнеслись по всей деревне.
Цербер, Ятагарасу, Хамелеон, Адский Краб, Боевой Бык, Каменная Панда, Сороконожка, Носорог…
Бог знает, где Нагато нашел столько огромных призванных зверей. От хищников до насекомых, все были здесь, словно жившие в древние времена, когда кислорода было в избытке, и каждый из них был увеличен в сотни, если не в тысячи раз.
Их гигантские размеры, заслонявшие небо, внушали ужас. Один их перекат мог привести к бесчисленным жертвам. Люди перед ними были словно муравьи. Особенно пугали их глаза с Риннеганом – фиолетовые зрачки бесстрастно взирали на мирных жителей внизу.
Анбу и Военная Полиция немедленно пришли в движение. Следуя указаниям отряда барьера, они быстро направились к полю боя. По всей деревне раздавались крики и беготня. В Конохе было много ниндзя, и многие из них самоорганизовались для сопротивления.
В квартале клана Учиха Фугаку, вернувшийся в деревню на лечение, первым выбежал из дома и направил Военную Полицию на бушующих зверей.
— Итачи, защищай маму и брата. Я скоро вернусь, — перед уходом Фугаку обернулся к стоявшему позади Учихе Итачи.
— Да, отец.
После ухода Фугаку Микото, с Саске на руках, вернулась в спальню. Итачи закрыл дверь, вышел на веранду и посмотрел на ясный лунный свет.
В углу веранды шевелилась темная тень, отчаянно пытаясь забиться в щель в стене, словно стараясь скрыть свое присутствие.
— Не прячься, Черный Зетсу. Я тебя вижу, — Итачи с недобрым выражением лица уставился на темную тень.
— Не зря тебя так хвалят, Итачи. А я-то думал, что хорошо спрятался, — усмехнулся Черный Зетсу, выныривая из угла. Чернильная тень медленно трансформировалась, и из нее появилась абсолютно черная голова.
Если бы Черный Зетсу захотел, Итачи бы его ни за что не нашел. Сделав вид, что его обнаружили, он мог легко усыпить бдительность Итачи.
— Я говорил тебе не приходить в Коноху, — нахмурился Итачи. — Если тебя кто-нибудь обнаружит, я за тебя не заступлюсь.
— Хе-хе-хе, кто, кроме тебя, может меня обнаружить? Не все так проницательны, как ты, — зловеще усмехнулся Черный Зетсу и поспешно добавил:
— Итачи, я рискнул жизнью, чтобы проникнуть сюда и предупредить тебя. Быстрее веди свою семью в убежище. Это нападение – нечто из ряда вон выходящее.
— Что ты знаешь? — Итачи пристально посмотрел на Черного Зетсу.
— Нападавшего зовут Нагато. У него с вашей Конохой кровная вражда. Его родители и друзья погибли от рук ниндзя Конохи. Цель этого внезапного нападения – заставить Коноху почувствовать боль! — быстро проговорил Черный Зетсу. — Видишь глаза этих призванных зверей? Это Риннеган, легендарные глаза мудреца. Никто не сможет ему противостоять.
Услышав слова Черного Зетсу, Итачи поднял голову и посмотрел на бушующих вокруг призванных ниндзя-зверей. В это время Сарутоби Хирузен в полном боевом облачении вел группу джонинов в бой. Сражение мгновенно достигло точки кипения.
Видя, что Итачи молчит, Черный Зетсу изобразил на лице вселенскую скорбь и протяжно вздохнул:
— Ненависть порождает лишь ненависть. После этого нападения Нагато, конечно, отомстит, но новая ненависть намертво свяжет его с Конохой. Таков уж Мир Шиноби. За столько лет ничего не изменилось.
«Ненависти нет конца, и Мир Шиноби никогда не менялся…» — тихо пробормотал Итачи, нахмурившись.
Говоря это, Черный Зетсу искоса наблюдал за Итачи. Увидев его задумчивое выражение, он тайно обрадовался.
Главное, чтобы он прислушался к его словам. Медленно направлять людей по ложному пути было любимым занятием Черного Зетсу. Это требовало много времени, но, к счастью, времени у него было в избытке.
Над Скалой Хокаге, вокруг родильной палаты, царила напряженная атмосфера.
Какаши и другие Анбу по приказу Минато уже отправились в деревню на подмогу. На месте остались лишь марионетка Пути Дэвы, Мую и Минато, стоявшие друг против друга.