Глава 171. Экстремальный Божественный Стиль Меча и Глаз Волны Темных Небес
Мую взмахнул Тёри. Его рейацу, подражая взрывной природе Силы Потока, всколыхнуло всё вокруг, ведь в основе вибраций любого рода лежит единый принцип. С кончика клинка хлынул бесконечный холод.
— Экстремальный Ледяной Волновой Меч!
Ледяные клинки поползли по земле, слой за слоем вырастая в огромную ледяную гору. Ее испещряли зловещие шипы, между которыми вспыхивали ослепительные сине-белые молнии.
— Что?
Халлибел застыла в изумлении. Казалось, за один этот день она удивлялась чаще, чем за всю предыдущую жизнь. Мую демонстрировал слишком много способностей. Кто бы мог подумать, что повелитель огня может одновременно владеть силой льда и молний? Причем, судя по всему, владел он ими в совершенстве.
Ледяная гора врезалась в цунами. Особые вибрации, порожденные рейацу, мгновенно разошлись по воде, и волна леденящего холода в одно мгновение заморозила бушующий поток, превратив его в гигантский ледяной пик.
По поверхности ледяной глыбы зазмеились сине-белые разряды. Халлибел торопливо выдернула свой вмерзший в лед меч – еще мгновение, и ее бы настигла молния.
Внезапно появился Улькиорра в своей полной форме, сжимая в руке Ланца дель Релампаго. Противники сошлись в молниеносном обмене ударами – за какие-то полсекунды Тёри и Копье Молнии столкнулись не меньше десяти раз. Полумесяцы ударных волн, проходя сквозь их тела, продолжали терзать и без того истерзанную землю.
Улькиорра прекрасно понимал старую истину: в бою нет ничего несокрушимого, лишь скорость не знает преград. И с каждым новым уровнем силы его скорость разительно возрастала.
Но по мере того, как темп боя нарастал, Барагган первым начал отставать. Даже среди сильнейших он не славился мастерством ближнего боя – вся его мощь заключалась в силе Старения. Однако, как бы он ни старался окутать ноги Мую своей черной дымкой, тот лишь вспыхивал ярко-красным пламенем, и на этом все заканчивалось. Его сила попросту поглощалась, обращаясь в пищу для противника.
Гнетущее чувство бессилия охватило Бараггана. По сравнению с ним, Халлибел держалась достойно.
— Ла Гота!
Из жаберных щелей на ее огромном клинке хлынули потоки воды. Стремительно вращаясь и уплотняясь, они превратились в снаряды, которые с ревом устремились к Мую.
Раздался оглушительный взрыв, оставивший на земле глубокую воронку. Мую и Улькиорра исчезли, чтобы в следующее мгновение появиться уже под самым куполом Пламени Тёри.
Прошла уже сотня обменов ударами. Тяжело дыша, Улькиорра взмахнул крыльями. Своим копьем он отсек собственную, наполовину отрубленную Мую руку, и после сверхбыстрой регенерации, схватив Ланца дель Релампаго обеими руками, вновь ринулся на врага.
Бой на таких скоростях стремительно выжигал и физические силы, и энергию. Каждое столкновение рейацу и силы Пустого, гасивших друг друга, заставляло Улькиорру дышать все тяжелее.
— Проклятье, откуда у этого синигами столько рейацу?!
Постепенно тело Улькиорры покрылось множеством мелких порезов. Сверхбыстрая регенерация требовала физической энергии, поэтому он перестал исцелять незначительные раны, сосредоточившись на восстановлении отрубленных конечностей.
С резким звуком рвущейся плоти клинок вошел в тело. В руке Мую вспыхнул свет меча, и копье Улькиорры разлетелось на куски. Память Мастера Клинка позволяла Мую выбирать идеальный момент для каждого удара. Тёри легко вспорхнула в его руке, и в воздухе расчертил дугу характерный для искусства иайдо росчерк клинка.
Световая дуга отсекла Улькиорре руки и ноги. Мурсьелаго, словно бумажный змей с оборванной нитью, начал падать с небес. Мую высоко поднял меч, и по мере того, как его рейацу нарастало, на теле падающего Улькиорры появилась лазурная метка-прицел.
И пока тот гадал, что это за знак, с неба хлынул дождь из бесчисленных клинков всех форм и размеров. Энергии каждого из них хватило бы, чтобы отрубить ему конечность. Этот ливень мечей, падающих, словно метеоры, накрыл Улькиорру, и землю сотряс непрерывный грохот.
— Улькиорра! — крикнула Халлибел, бросаясь к месту его падения. Его присутствие ослабло до предела. Когда она подбежала ближе, пробившись сквозь клубы белой пыли, то увидела, что все тело Улькиорры, за исключением головы, было утыкано мечами.
Если бы его сейчас взвесили, то вес вонзившихся в него клинков, пожалуй, превысил бы вес самого тела, возможно, даже вдвое.
На лезвиях мечей горело Пламя Тёри. Через раны в тело Улькиорры проникала незримая мощь Балды Феникса, пробуждая скрытую в нем силу. Теперь, когда его собственный уровень энергии упал до минимума, все условия были соблюдены.
— Проклятье, умри! — взревела Халлибел. В ней закипала ужасающая энергия. По бокам ее гигантского меча забили мощные струи воды, и по тяжелым вибрациям стало ясно – это ее сильнейший удар за все время битвы.
— Каскада!
С земли взметнулся огромный водяной столб. Вращаясь и уплотняясь, он, подобно разъяренному дракону, с неимоверной мощью устремился к парящему в небе Мую. Хоть в этой атаке и не было показной зрелищности, заключенная в ней сила намного превосходила Гран Рей Серо. Столб воды двигался быстрее обычного серо, оставляя за собой тонкие трещины в пространстве. На его острие поток закручивался в острый, холодно поблескивающий конус, готовый пронзить и сокрушить любую преграду.
Клинок Тёри вновь изверг лед. С неба посыпались цепи ледяных клинков, и безграничный холод окутал водяной столб Каскады. С характерным треском его поверхность начала замерзать.
Но разве можно так просто заморозить стремительно вращающийся поток? После короткой заминки ледяная глыба, озаренная молниями, с грохотом разлетелась вдребезги, и водяной столб, не сбавляя скорости, продолжил свой смертоносный полет.
...
Далеко отсюда, в руинах какого-то здания, Урахара с досадой чесал в затылке. В модификации устройства позиционирования оставалась последняя техническая загвоздка, но в имеющихся условиях он не мог придумать, как ее решить.
Будь он в Бюро Технологического Развития, с их высокоточными приборами он бы разобрался с этой мелочью за пару минут. Но здесь, в глуши, без нужных инструментов, работа встала.
Внезапно раздался взрыв. Далекая, ярко-красная огненная стена сильно заколебалась. Полукруглый барьер растянулся под действием неведомой силы, и с точки обзора Урахары стал похож на воткнутую в землю и указывающую в небо огненно-красную сосиску.
Затем колебания усилились, и вершину ярко-красной огненной стены прорвало. Бурный поток воды взмыл в небо, устремляясь к висящему в вышине полумесяцу. Пролетев какое-то расстояние, он иссяк и пролился на далекую бесплодную пустыню сильным дождем.
Урахара почесал в затылке. Увидев, как огненная стена вновь приняла форму полусферы, он понял, что Мую держит все под контролем и беспокоиться не о чем.
Эффектные росчерки меча прорезали пространство. Каждый удар Тёри был тяжел и мощен – тонкий клинок брал верх в поединке с гигантским мечом.
Халлибел отступала под его напором, и ее пышные холмы непрестанно дрожали. Но богатый опыт Ли Фаня позволял Мую сохранять в бою абсолютное хладнокровие. Даже когда противница сражалась в «униформе» с рейтингом откровенности «пять с плюсом», он оставался невозмутим.
Со звоном отразив удар гигантского меча Халлибел, Мую вновь вернул клинок в ножны, и его окутала аура меча.
Зрачки Халлибел резко сузились. За время боя она уже научилась распознавать некоторые его приемы. Всякий раз, когда Мую принимал эту стойку, убирая меч в ножны, он готовился применить какую-то невероятно мощную технику. Халлибел поспешно отступила. Из жаберных щелей на ее мече вырвался раскаленный пар, который тут же окутал ее со всех сторон.
— Шарк Кёррент!
Температура была так высока, что могла мгновенно испарить лед. Это была сильнейшая защита Халлибел, ее последняя надежда. Если и этот прием не выдержит удара Мую, то можно будет задуматься о капитуляции. Она еще не стала арранкаром по своей воле, и в ней было сильно животное начало. Для самки не было позора в том, чтобы сдаться на милость сокрушительно сильного самца.
Вокруг Мую поднялся незримый вихрь – то его аура меча всколыхнула воздух. Тёри мелькнула в его руке и в то же мгновение вернулась в ножны, словно и не двигалась с места.
— Экстремальный Божественный Стиль Меча!
После короткой паузы тело Халлибел сотряс невидимый удар. Менос Гранде, и без того бывшая на исходе сил, не смогла ничего противопоставить. Рейацу сокрушило силу Пустого, ее стальная кожа рассыпалась, гигантский меч разлетелся на куски, костяная маска раскололась пополам. Издав пронзительный крик, Халлибел, вся в крови, рухнула с небес.
Тёри вонзилась в тело Халлибел, и Мую принялся непрерывно вливать в нее свою энергию, пока не наполнил до краев.
— Осталось двое, — Мую взглянул в сторону Ямми и увидел, что два Менос Гранде увлеченно сражаются. Он решил пока не портить Ямми веселье.
Он перевел взгляд наверх. С самого начала боя Барагган парил у самой вершины огненной стены Тёри, лишь изредка применяя Старение в поддержку атак двух других Менос Гранде, но явно работая вполсилы.
— Барагган, остались только ты и Гриммджоу. Ты ведь знаешь поговорку: не станет губ – замерзнут зубы. Почему ты не сражался в полную силу?
— Хе-хе-хе, синигами, ты задаешь очевидный вопрос, — Барагган парил рядом с огненной стеной, окруженный клубами черной дымки. Когда Старение коснулось барьера, ярко-красное пламя на миг поддалось, и в нем образовалась брешь.
— Хоть моя сила на тебя и не действует, но если я захочу уйти, меня никто не остановит! — Барагган медленно поднимался все выше. — За бесчисленные годы ты – первое существо, заставившее меня ощутить угрозу. Незнакомый синигами, назови свое имя. Ты достоин того, чтобы я его запомнил.
— Какой пафос, — Мую прикрыл лицо рукой. — Послушать тебя, так можно подумать, что это ты победил.
Он взмахнул Тёри и поднял ее над головой.
— А у меня нет привычки отпускать добычу. Раз уж мы встретились, то останешься здесь!
— Синигами, тебе меня не удержать! — уверенно заявил Барагган. — Пусть ты и неуязвим для моей силы, но Старение делает меня непобедимым. Достаточно мне окутать себя Респирой, и никакое твое искусство меча не пробьет мою защиту.
— Это мы еще посмотрим.
Сила Бараггана в защите и впрямь была невероятна, но даже у самых могущественных способностей есть уязвимости. Тот факт, что Мастер Кидо смог пробить его оборону с помощью пространственного кидо, был тому лучшим подтверждением.
И так уж совпало, что у Мую в арсенале была не одна способность, позволяющая сокрушать пространство.
— Барагган, у меня нет ни малейшего желания принимать к себе на службу мятежников. Так что давай покончим с этим. Этот удар станет концом для тебя – достойным концом для того, кто был королем Уэко Мундо.
Едва он договорил, как от его тела разошлась таинственная волна.
— Глаз Волны Темных Небес!
Незримое поле накрыло Лас Ночес. Барагган огляделся и понял, что все вокруг необъяснимым образом погрузилось во тьму. Исчез даже полумесяц в небе.