Глава 168. Один против шестерых
Из рук Мую вырвались двадцать четыре самых разных клинка. Сотворенные из чистой рейацу, они вспыхивали ярко-красным светом и, повинуясь его воле, разлетались во все стороны. Двенадцать вонзились в белый песок, остальные двенадцать взмыли ввысь, соединившись невидимыми нитями. Огромный световой круг окутал весь Лас Ночес, и созданный мечами Клинок Барьера накрыл группу Менос Гранде. От Мую исходила столь чудовищная рейацу, что все невольно обернулись.
— Что это с ним? — в ужасе выдохнул Гриммджоу. Как прирожденный боец, он острее других чувствовал подобные изменения. Нынешний Мую казался совершенно другим человеком – его чудовищная мощь напрочь отбивала всякое желание сопротивляться. Если бы он высвободил такую силу раньше, Гриммджоу и близко бы не подошел. Любить хороший бой и искать смерти – совершенно разные вещи.
— Время вышло, — произнес Мую. Он шагнул вперед, небрежно схватил один из огромных мечей рейацу, парящих в Клинке Барьера, и его фигура, обратившись потоком света, исчезла, чтобы в следующее мгновение появиться за спиной Гриммджоу.
Раздался оглушительный треск. Прочная костяная маска не выдержала. В миг столкновения с мечом чудовищная ударная волна прошла по всему телу Гриммджоу, раскалывая и маску, и костяной доспех. Уникальная для Менос Гранде Железная Кожа и Стальные Кости заскрипели и поддались, словно сминаемая в руке бумага.
Невидимая сила намертво сковала всех Менос Гранде. Даже получая удары, они не могли сдвинуться с места. Их сила Пустого рвалась наружу в тщетной попытке пробить контроль рейацу Мую, но разница в мощи была слишком велика. Словно рыба на разделочной доске, они были совершенно беззащитны.
Второй удар. Мую выхватил парящий рядом тати, и его силуэт вновь мелькнул в пределах барьера. Костяная юбка на доспехе Тии Халлибел разлетелась вдребезги.
Третий удар. Черная аура вокруг Бараггана мгновенно рассеялась под натиском бессмертного намерения меча.
Четвертый удар. Сияющий Световой Меч из рейацу пронзил руку Ннойтры, и конечность, усиленная множеством битв, вновь была отсечена.
Пятый удар, шестой, седьмой…
Скорость Мую все возрастала. Скованные Менос Гранде отчаянно вращали глазами, пытаясь уследить за его фигурой, но тщетно. К десятому удару они окончательно потеряли его из виду.
Лишь свист рассекаемого воздуха и ослепительные вспышки света, что появлялись и тут же гасли. Огромные мечи, тати, короткие клинки, Световые Мечи – любое оружие в руках Мую казалось невесомым. Его небрежные взмахи выглядели обманчиво простыми, и лишь тот, кто принимал удар на себя, мог ощутить заключенную в них сокрушительную мощь.
Бесчисленные осколки зловещей белой брони посыпались с неба. Мую взялся за рукоять Тёри, нанося последний удар. Восходящий поток рейацу нес в себе мириады острейших лезвий. Боль, подобная казни линчи, пронзила всех Менос Гранде – их тела покрылись бесчисленными мелкими порезами, и их отбросило назад.
Над Лас Ночес прогремела серия оглушительных ударов. Шестеро Менос Гранде, стоящих на вершине пищевой цепи Уэко Мундо, были отшвырнуты, словно тряпичные куклы, и рухнули в песчаные дюны.
В Лас Ночес воцарилась недолгая тишина. Спустя мгновение из дюны резко сел трехметровый верзила. Половина его костяной маски была разбита, по лицу струилась кровь.
— Какого черта?! За что меня-то? Я же даже не нападал! — взревел Менос Гранде по имени Ямми Льярго. Он был в ярости: все это время он стоял в стороне, не проронив ни слова, так почему же досталось и ему?
— Не притворяйся. Твой взгляд тебя давно выдал, — Мую легонько провел пальцем по лезвию Тёри. Собрав столько разной силы Пустого за раз, его меч был в настоящем восторге.
— Вспыльчивость, жажда убийства, повадки разбойника… Ты все это время выискивал в моей обороне брешь, не так ли? — слова Мую попали точно в цель. — Впрочем, это нормально. Почти все Пустые кровожадны. Спокойствие и миролюбие – слишком редкие черты для существ, лишенных человечности.
— Заткнись, ублюдок! — взревел Ямми и, сжав кулаки, бросился на Мую. Но не успел он сделать и двух шагов, как все его тело внезапно охватило ярко-красное пламя.
— Что это такое?! — вскрикнул он и попытался сбить пламя своими огромными руками. Но Пламя Тёри было неугасимым. Сколько бы силы он ни высвобождал, огонь разгорался вновь, впиваясь в него, словно трупные черви.
Более того, чем больше силы высвобождал Ямми, тем яростнее бушевало Пламя Тёри, ведь оно питалось силой Пустого. Его действия были сродни тушению пожара охапкой дров – совершенно бесполезны.
— Не сопротивляйся. Это твой шанс эволюционировать, — обыденным тоном произнес Мую, словно говорил о чем-то незначительном. — Пламя Тёри поможет силе внутри тебя саморазвиться, преодолеть врожденные пределы твоего таланта и подняться на новую ступень.
— Хм, с чего бы шинигами быть таким добрым? — хмыкнул Барагган. Он медленно поднялся на ноги, лишившись одной руки, и впился в Мую злобным взглядом, будто собираясь сожрать его заживо.
— Эту способность я освоил совсем недавно. Точнее, применяю ее впервые. Теоретически эффект должен быть именно таким, как я сказал, но что будет на самом деле – никто не знает, — терпеливо объяснил Мую.
— Так ты просто используешь нас как подопытных кроликов? — помрачнел Гриммджоу. Большая часть его брони пантеры была разбита, а кровь окрасила песок под ним в красный.
— Верно, вы – подопытные. Но не всякий удостоится такой чести. На обычных Менос Гранде я бы и смотреть не стал, — Мую покачал головой и вздохнул, словно упрекая их в неблагодарности.
Во время своих атак он незаметно внедрил в тело Ямми силу созданного им хогёку, смешанную с рейацу шинигами. Эффект был налицо: Ямми, объятый пламенем, терял остатки костяной маски, его тело начало поглощать окружающую энергию, а сам он – увеличиваться в размерах. Мую выбрал Ямми потому, что из всех присутствующих Менос Гранде тот был слабейшим. Хоть по канону он и мог стать сильнейшим, нереализованный талант – пустой звук. Важна лишь текущая сила.
— Этот шинигами вообще не считает нас за людей! — Ннойтра стер кровь с уголка губ. Его шесть отрубленных рук отрасли заново. Он с негодованием сплюнул кровью на песок.
— С биологической точки зрения мы и вправду не люди, — спокойно заметил Улькиорра, чем мгновенно вывел Ннойтру из себя.
— Я разве это имел в виду?! Ты прекрасно понял, о чем я! Нашел время спорить!
— Я лишь констатирую факт. И кроме того… — из руки Улькиорры хлынула чернильно-черная жидкость, мгновенно восстанавливая отсеченную кисть. Он тоже обладал сверхбыстрой регенерацией.
— А теперь я буду драться в полную силу. Будьте осторожны. Не вините меня, если вас убьет шальной атакой, — не успел договорить Улькиорра, как его фигура исчезла из виду.
Лишь когда в небе мелькнул темный силуэт, до земли донесся звуковой удар. Арранкар Улькиорра, самостоятельно высвободивший свою силу, был чудовищно могуществен.
— Ланца дель Релампаго!
В руке Улькиорры сгустилась колоссальная энергия. Он сжал в ладони зеленую зловещую силу, и сквозь пальцы пробились пугающие всполохи. Затем энергия вытянулась, обратившись в ослепительно сияющее копье.
— Я нечасто использую эту технику. Убедительно прошу вас не двигаться, — донесся до Мую холодный голос Улькиорры. — Если я промахнусь, то могу задеть ваших товарищей.
Тон был вежливым, но слова сочились безграничной уверенностью и высокомерием.
С последним словом Улькиорра метнул зеленое громовое копье. Ярко-зеленая линия прочертила небо и в мгновение ока достигла Мую.
Навстречу смертоносной атаке тот лишь слегка качнулся в сторону и выставил левую руку.
Дзынь!
Изящная бледная ладонь остановила Ланца дель Релампаго!
— Что?! — глаза Улькиорры расширились так, что две слезные дорожки, пересекающие его щеки, натянулись, выдавая крайнее потрясение.
— Он… он поймал Ланца дель Релампаго… одной рукой!
Пульсирующее копье отчаянно билось в руке Мую, заключенная в нем чудовищная мощь рвалась на свободу, готовая в любой миг вызвать взрыв невиданной силы.
Но с ладони Мую сорвалось Пламя Тёри. Как только ярко-красный огонь окутал копье, сила Пустого Улькиорры мгновенно ослабла, усмиренная пламенем и поглощенная им без остатка.
— Этот тип… он что, охотится на нас? — помрачнела Тиа Халлибел. Впервые в жизни она ощутила такую беспомощность. Она ведь всего лишь пришла на шум, посмотреть, что происходит. Как все дошло до такого?
— Верно, вы – добыча, — кивнул Мую, охотно соглашаясь. — На самом деле, это ловушка, которую мы устроили с Барагганом. Цель – поймать таких Менос Гранде, как вы. Не ожидал, что улов будет таким богатым.
Остальные Менос Гранде тут же отпрянули от Бараггана, глядя на него с подозрением.
— Эй-эй, проклятый шинигами, не неси чушь! — поспешно возразил Барагган. — Я, Король Уэко Мундо, стал бы сотрудничать с шинигами?!
Мую моргнул:
— Разве не ты говорил, что я могу забрать всех, кроме Халлибел? А ее ты, кажется, собирался забрать себе в постель…
— Это клевета!
После этих слов подозрения Тии Халлибел по отношению к Бараггану, наоборот, утихли. Она знала, что тот давно хотел сделать ее своей подчиненной, но в его желании никогда не было и намека на плотскую страсть. Слова Мую были очевидной попыткой посеять между ними раздор.
— Он тянет время! — воскликнул Ннойтра, решив, что разгадал замысел. — Такую атаку, как вначале, он точно не сможет повторить! Все вместе, навались! Убьем его!
Остальные сочли его слова разумными. Даже Мую согласно кивнул:
— Я действительно тяну время, но ты, похоже, кое-что не так понял.
Он взмахнул Тёри и, подхватив язычок ярко-красного пламени, стал задумчиво его разглядывать.
— Я просто жду, когда ваши тела привыкнут к этому. В отличие от того верзилы, в вас слишком много силы Пустого. Ее нужно преобразовывать медленно, постепенно.
Меч в его руке описал дугу. Пламя у его ног стало разрастаться, словно из-под земли выросла огненно-красная стена, и в мгновение ока устремилось в обе стороны до самого горизонта.
Пламя Тёри очертило на земле гигантский круг, настолько огромный, что он полностью накрыл весь Лас Ночес. В него вливалась нескончаемая рейацу, и ярко-красные языки пламени, разгораясь все яростнее, устремились в небо.