Глава 122.2. Отпуск Цинь Тяня
Радостная суета, вызванная столетним юбилеем, словно развеяла ту тяжелую, гнетущую тоску, что опустилась на человеческий мир после его ухода в криосон. И уже после этого все общество медленно, но верно вернулось к своему привычному ритму. Люди снова начали просто жить, дышать полной грудью, строя свое будущее.
Находясь в оковах гибернации, Цинь Тянь вновь перевел свое внимание на две особые способности «Эволюции и контроля цивилизаций». Его незримый палец коснулся иконки «Озарение».
В груди шевельнулось знакомое чувство. Как и прежде, он мог мгновенно, за долю секунды, выбрать любую цель для применения способности — любого человека, кроме себя самого. В этот краткий миг казалось, что судьба и разум каждого живущего на Земле существа открыты ему, как страницы прочитанной книги.
Выбрав подходящую цель, Цинь Тянь покрутил интерфейс «Эволюции и контроля цивилизаций», увеличил масштаб, подстроил ракурс и вгляделся в лицо своего избранника.
Это была лаборатория одной из исследовательских групп Института глубокого космоса, расположенная на Луне, в Городе Лунной гавани. Ведущий научный сотрудник, сгорбившись над голограммами отфильтрованных данных, мучительно тер виски, пытаясь разгадать какую-то неуловимую загадку.
Цинь Тянь обрушил на него «Озарение».
В ту же секунду ученый резко замер, словно пораженный ударом невидимой молнии. А затем кровь прилила к его лицу, окрасив щеки в багровый цвет. В глазах вспыхнул дикий, почти фанатичный восторг.
Мучившая его долгими бессонными ночами неразрешимая проблема внезапно рассыпалась прахом перед ослепительной вспышкой гениальной догадки. В его разуме взорвалась настоящая сверхновая из идей, гипотез и формул. Задыхаясь от возбуждения, исследователь дрожащими руками активировал интеллектуальную программу на терминале и начал захлебывающимся голосом надиктовывать лавину мыслей, рожденных этим чудесным прозрением.
Наблюдая за этой метаморфозой, Цинь Тянь бросил беглый взгляд на интерфейс, где отобразилась цена этого чуда: более восьмисот Очков процветания. Теперь, взирая на происходящее с высоты своего положения, он чувствовал себя игроком в грандиозную, до жути реалистичную игру по эволюции цивилизации, где судьбы людей были лишь фишками на невидимой доске.
Для Цинь Тяня, скованного льдами гибернации, время летело с невообразимой скоростью. В мгновение ока наступил 29-й год эры ОЧ. Немного поразмыслив, он активировал «Сошествие».
В ту же долю секунды система, повинуясь его тайным желаниям и требованиям, соткала из небытия идеальную личность — нового «персонажа» в этой масштабной игре, в чье тело он мог бы вселиться.
Как и во время предыдущих опытов с «Сошествием», его сознание раздвоилось, позволяя одновременно воспринимать реальность с двух совершенно разных точек зрения. Но теперь, поскольку одно из его тел находилось в глубоком криосне и не требовало сознательного контроля, Цинь Тяню было куда проще полностью погрузиться в жизнь своего нового аватара.
Это было самое обычное, типовое жилье нынешней эпохи. Шестьдесят квадратных метров полезной площади. Спальня, крохотная кладовка, компактная гостиная, ванная, кухня и небольшой балкон. Внутри — минималистичная обстановка, только самая необходимая мебель.
Именно так выглядели стандартные квартиры этого времени в момент заселения, до того как жильцы начинали переделывать их под свой вкус. Это была базовая жилплощадь, полагавшаяся каждому человеку бесплатно, без необходимости тратить дополнительные квоты.
И, разумеется, личность, созданная Цинь Тянем с помощью «Сошествия», не выделялась ровным счетом ничем. Абсолютно рядовой гражданин, получивший стандартное всеобщее образование, а не гениальный исследователь из Института глубокого космоса. Его ежемесячный доход составлял ровно пять тысяч базовых квот — стандартный прожиточный минимум, гарантированный каждому жителю ОЧ. Никаких запутанных социальных связей, никаких выдающихся талантов или темных пятен в биографии.
Создание и внедрение в такого неприметного персонажа обошлось в минимально возможную сумму: тысячу Очков процветания за сам факт «Сошествия», плюс менее тысячи очков на поддержание существования этого аватара в течение весьма длительного срока.
И теперь Цинь Тянь преследовал лишь одну цель: исполнить свое давнее, заветное желание. Кризис Судного дня остался позади. Ему просто хотелось найти тихое место, лечь и не делать вообще ничего.
Опустив взгляд и осмотрев свое новое, ничем не примечательное тело, Цинь Тянь вытащил из гостиной одноместный диванчик, перетащил его на балкон и, с размаху плюхнувшись на мягкие подушки, растекся по ним неподвижной, ленивой лужей.
В последующие дни Цинь Тянь со всей страстью отдался своей изначальной задумке: он категорически отказывался заниматься хоть чем-то полезным. Его совершенно не волновали глобальные процессы, происходящие в ОЧ. Он ушел в гибернацию, и по его меркам это был заслуженный, невероятно длинный отпуск. И сейчас, по крайней мере в первые годы своего криосна, он желал лишь одного: полноценно отдохнуть.
Стоит признать, жизнь самого обычного человека в эту эпоху была более чем комфортной. Если у тебя не было амбиций и желаний, ты мог позволить себе роскошь абсолютного безделья. Каждый человек от рождения получал право на базовую квоту ресурсов и стандартную жилплощадь. Пяти тысяч квот с лихвой хватало на сытую жизнь, а шестидесяти квадратных метров — для уединения. Причем жить можно было в любой точке Земли, где только душа пожелает.
Единственное ограничение: до совершеннолетия все квоты урезались вдвое, и лишь по достижении зрелости выплачивались в полном объеме. А жилищные нормы для семей суммировались. Семья из трех человек — двое взрослых и ребенок — получала в свое распоряжение шикарные сто пятьдесят квадратных метров. Даже когда чадо вырастало и вылетало из гнезда, за пожилой парой сохранялись их законные сто двадцать метров.