Глава 115 - Отчёт об антикоррупционной чистке
Вторник. Утро.
Ночь прошла в тревоге. Цзян Чэню снились виселицы Хайчэна и застывшие глаза казнённых.
Едва часы показали шесть утра, он вынырнул из сна.
— Уф… — Цзян Чэнь потёр гудящий висок и достал смартфон.
Вчерашний гнев утих, и теперь ему хотелось трезво оценить последствия бури.
Запустив «Гонку цивилизаций», он открыл свежий [Отчёт об антикоррупционной чистке] .
К его удивлению, всё оказалось не так плачевно, как он опасался.
[Регионы Застава Чжэньнань, Суйчэн, Юг и Запад:]
Здесь правят суровые военные. Поскольку края граничат с дикарями, чиновники там всё больше из солдат. На руку они нечисты бывали редко — суровый быт не располагал к роскоши.
[Чжучэн:]
Попалась лишь горстка лесничих да бумажников. Взятки были мелкими.
[Бассейн Великой Реки (Хэчэн и Донань):]
А вот тут развернулась истинная беда. Через эти города шли главные торговые пути из Хайчэна. Местные чинуши с радостью берли откупы от хайчэнских купцов. Зачистка выгребла сотни мелких и средних казнокрадов. Даже повара из усадьбы Донаня арестовали за то, что тот за серебро шептал градоначальнику нужные слова.
— Ну, тут хотя бы обошлось без убийств и борделей в школах, — пробормотал Цзян Чэнь.
Приятно удивил Инспекционный приказ и сама система храмов. Жречество оказалось удивитьльно чистым на руку.
«Логично. Если сгниет вера — сгниет всё сразу».
Единственным нарушением у жрецов числились [Самовольные ритуалы] .
Запись №1: Жрец на Заставе Чжэньнань из-за затянувшихся дождей самовольно провёл умилостивительный обряд, обозвав в молитве Отец-Бога «слишком мокрым владыкой»…
Запись №2: Молодой жрец из столицы, не сумев решить задачу по высшей математике из нового учебника Академии, трое суток простоял на коленях, сжигая черновики в жертвеннике и умоляя дать ему озарение…
— Ну и дурни, — Цзян Чэнь не удержался от смешка. — Нашли себе гадательную машину.
Наконец, его взгляд зацепился за имя бывшего короля — Чэн Линя.
Он открыл профиль [Историческая справка: Чэн Линь] .
В игре шёл уже [2326 год Эры Священного Огня] . Прошло шесть лет с момента великого суда. Для Цзян Чэня это была лишь ночь сна.
Чэн Линь правил сорок лет.
Первые тридцать лет он был безупречен. Внедрил железные плуги, отстроил Академию, утроил население.
А что он делал в те десять лет, когда Хайчэн начал гнить?
2305 год: Нападение тридцатитысячной орды северных дикарей. Чэн Линь лично возглавил поход и три года жил в шатрах.
2308 год: Восстание южных племён. Чэн Линь ещё два года провел в джунглях, укрощая бунт.
Десять лет старик не вылезал из доспехов! Он физически не мог контролировать внутренние дела. А возвращаясь, видел лишь идеальные отчёты и сундуки с золотом, присылаемые из Хайчэна.
Более того, лишившись права на погребение на Горе Павших Героев, этот семидесятилетний старик не сломался.
Шесть лет он, больной и немощный, ездил по стране на старом коне в качестве простого ревизора. Он лично отправил на плаху сотни взяточников, пытаясь смыть свой позор перед Отец-Богом!
«Да уж… — подумал Цзян Чэнь, глядя на портрет седого старца, плачущего на коленях во дворе. — Недоглядел — да. Но назвать его предателем… Я перегнул палку».
В том обществе с его гонцами и отсутствием связи скрыть правду было проще простого. Чэн Линь сделал всё, что мог.
То же касалось и бывшего Верховного священника — тот был заперт в столице, занимаясь снабжением армии.
— Все мы люди, — вздохнул Цзян Чэнь. — Они отдали жизнь этой стране.
Казни в Хайчэне и так навечно въелись в память потомков. Нет смысла мучить стариков после смерти.
Он снова открыл поле ввода Знамений:
[Ошибка понята, искупление принято. Ранее речённое отменяется: позволено погребение на Горе Павших Героев, рядом с великими предками.]
Отправить!
***
[2326 год (Начало зимы)]
Во дворце для престарелых правителей падали сухие листья.
Восьмидесятиоднолетний Чэн Линь стоял на коленях на ледяных плитах.
И вдруг тучи рассеялись. Теплый золотой луч упал на его седину, и в его разуме прозвучал милосердный голос Владыки.
Старик задрожал всем телом:
— Отец-Бог… простил меня? Я… я могу вернуться домой?
Слёзы застряли в глубоких морщинах.
— Быстрее… Поднимите меня… — прохрипел он.
Слуги бережно подхватили старика. Чэн Линь выпрямился. Его спина снова стала прямой, как у молодого воина.
Он поправил корону и отвесил низкий поклон в сторону Горы Павших Героев:
— Благодарю, Отец-Бог! Теперь… я могу умереть спокойно!
***
А на окраине столицы, на скромном кладбище, где покоился бывший Верховный священник, его родные внезапно услышали глас небес.
Плач сменился ликующими криками:
— Отец! Вы слышите?! Отец-Бог сменил гнев на милость! Вы возвращаетесь к предкам!
Сын умершего упал на колени перед могильной плитой, обнимая холодный камень:
— Готовьте пышную колесницу! Мы переносим прах отца на Гору Павших Героев!
***
Смотря, как старый король с улыбкой смотрит на священные вершины, Цзян Чэнь тоже улыбнулся.
— Ну вот и ладушки. Кто старое помянет — тому глаз вон. Пора вставать и идти на пару.