Глава 64.2 Роща
Под лунным светом они, нацеловавшись, еще немного постояли в объятиях, а потом, прислонившись к дереву, стали смотреть на луну.
Разница в росте у них была большая. Чжоу Сыюэ и раньше считал, что эта девчонка невысокая, но не думал, что настолько. Целоваться с ней оказалось ужасно неудобно: ни обнять толком, ни встать нормально. В конце концов она просто повисла у него на шее так, что у него заныла шея, а спина вся изогнулась и затекла. Прошло уже какое-то время, а он так и не отошел.
Он опустил взгляд на Дин Сянь. Девчонка лежала у него на груди и успокаивала дыхание.
— Эй.
Дин Сянь подняла голову:
— А..?
Чжоу Сыюэ хмыкнул, снова поднял голову, и с высоты над ней донесся его поддразнивающий голос:
— Какой у тебя вообще рост?
— Метр шестьдесят, наверное.
Он усмехнулся, опустил взгляд и приподнял бровь:
— Наверное?
Дин Сянь ответила:
— Ладно. Метр пятьдесят восемь.
Дин Сянь знала, что еще в старшей школе он был метр восемьдесят пять. В университете она не спрашивала, но казалось, что теперь он стал еще выше.
— А у тебя?
— Метр восемьдесят восемь? — Чжоу Сыюэ и сам не был уверен. На первом курсе при поступлении измеряли — было метр восемьдесят восемь. За эти два года он вроде особо не вырос, так что примерно так.
Привалившись к дереву, он лениво поднял руку и потер шею.
— Теперь понятно, почему целоваться так утомительно, — сказав это, он опустил взгляд на ее голые ноги. — С твоими метром пятьдесят восемью лучше юбки не носить. Ноги у тебя короче юбки.
Дин Сянь фыркнула:
— А вот и буду носить, и буду! Через пару дней у нас конкурс косплея, я еще и на сцену в таком выйду!!!
Чжоу Сыюэ, услышав это, заинтересовался и искоса на нее посмотрел:
— Косплей?
— Это мероприятие клуба компьютерной анимации, что-то вроде аниме-фестиваля. В этом году решили все немного поменять, старшая сестра Син сказала, что хотят сделать что-то необычное, и попросили нас выступить в косплее. — Девушка с вызовом посмотрела на него. — А что, сестра Син тебе не говорила?
Он хмыкнул:
— Я вообще-то не из вашего клуба. И вообще, кто тебе разрешил вступать во все эти странные кружки?
— Ты что, не понимаешь, что надо чередовать работу и отдых?
— У здешних студентов нет понятия «чередовать работу и отдых». Они бы с радостью использовали один день как два, а ты мне про отдых. По-настоящему выдающихся по уму студентов не так уж много. И то, что заставляет их дойти до этого места, а потом и идти еще дальше... — тут Чжоу Сыюэ потрепал ее по голове, — это дух, готовый сжечь все мосты.
В Цинхуа, конечно, полно гениев, но и правда: в этом университете особенно остро чувствуешь, что в них есть какая-то пугающая внутренняя сила. Даже на велосипеде они мчатся так, будто бегут стометровку, словно боятся недоучить хотя бы десять секунд.
Обнимая его, Дин Сянь вдруг почувствовала, как ее саму переполняет жар и решимость:
— Я буду стараться!
Чжоу Сыюэ с усмешкой посмотрел на нее:
— Кто сказал, что тебе надо стараться? Стараться — это мужское дело. А ты стой в сторонке.
— Будешь меня содержать?
— Буду.
— Я дорого стою, — тихо сказала Дин Сянь, лежа у него на груди.
Чжоу Сыюэ вдруг наклонился и прикусил ее.
— Насколько дорого?
— Не знаю, не считала.
Он стал целовать ее сильнее:
— Тогда и не считай. Какой бы дорогой ты ни была, я все равно смогу тебя содержать.
Дин Сянь вдруг почувствовала, что все это было не зря.
Юношеская дерзость, бесстрашие перед будущим, неверие в судьбу.
Годы говорили: вы — боги будущего.
Тогда пусть весь мир сходит с ума вместе с нами.
***
Когда Дин Сянь вернулась в комнату, там царили тишина и темнота. Она опустила взгляд на время — было не так уж поздно. Почему же сегодня все легли так рано?
Тихонько умывшись, она взяла телефон и забралась в кровать.
Стоило закрыть глаза, как перед ней снова вставали картины того, как они целовались в роще.
Только расстались, а она уже снова скучала по нему.
А сердце-то только что... колотилось так, что сил не было.
Кун Шади снова прислала сообщение с расспросами:
[Свидание закончилось?]
[Угу].
[Сделала, как я говорила].
Боясь разбудить остальных, Дин Сянь забралась под одеяло и прикрыла свет мобильного телефона. Подумав, она написала:
[Мне кажется, он меня полностью держит в руках.]
[Бесхребетная. Тогда придется переходить ко второму плану.]
[Какие у тебя еще дурацкие идеи? Только не говори опять про постель. Он сразу поймет, что это ты насоветовала.]
[И что, если поймет? Он увел мою лучшую подругу, так мне еще и нельзя подкинуть пару приемов, чтобы его помучить].
Дин Сянь: «...»
[Он слишком крепко тебя прихватил. Если так и дальше пойдет, потом пострадаешь только ты. Если сейчас не начнешь отбиваться, потом не говори, что я тебя не предупреждала. Еще успеешь хлебнуть.]
[Сестра, мы встречаемся, а не деремся. Что еще за «отбиваться»?]
[О, встречаетесь? А до этого он с тобой не связывался, ждал, пока ты поступишь в Цинхуа, и только тогда пришел? А если бы ты не поступила — ты об этом думала?]
[Ты специально мне настроение портишь, да?! Кун Шади
.]
[Видишь? Попала в больное место, да? Мы же обе женщины, я разве могу тебя не понимать? В любви женщины все мелочные. Сейчас ты можешь сколько угодно замазывать трещины, но надолго ли тебя хватит? Как только пройдет этот период влюбленности, все проблемы вылезут наружу. Сестра говорит тебе это на горьком опыте.]
[Тогда, великая гадалка, позволь мне сначала пережить этот период влюбленности.]
Кун Шади и правда перестала ее донимать, и у Дин Сянь наконец-то выдался мирный отрезок.
Только вот атмосфера в комнате в последнее время казалась ей очень странной.
Сюй Шаша всегда ходила одна, не дожидаясь ее, и просто уходила. Иногда, когда Дин Сянь с ней заговаривала, та только холодно мычала в ответ.
Дин Сянь растерянно посмотрела на двух других.
Бань Цзяюй развела руками, а Лоу Фэн сделала вид, что уткнулась в книгу.
Такая атмосфера держалась целую неделю. Однажды за обедом с Чжоу Сыюэ Дин Сянь наконец пожаловалась. Чжоу Сыюэ уже доел и, сидя напротив, чистил для нее креветки. Очистив, он кидал их в ее миску, поднимал на нее взгляд и принимался за следующую.
— Не разговаривает с тобой?
Дин Сянь кивнула, макнула креветку в уксус, съела и, обиженно тыкая палочками в рис, сказала:
— Угу. Даже не знаю, когда я ее успела обидеть.
Чжоу Сыюэ дочистил последнюю креветку, откинулся на спинку стула и вытер руки. Время от времени поглядывая на нее, он сказал:
— Если тебе там неуютно, переезжай.
— Переезжать? Куда?
— Ко мне. — Он скрестил руки на груди и с улыбкой, в которой сквозила насмешка, посмотрел на нее.
— А как же Лу Хуайчжэн?
— Пусть съезжает.
— Нет-нет-нет. Если ты выгонишь брата Лу, он же тебя своим кнутиком отхлещет, да?
Чжоу Сыюэ рассмеялся.
— Ладно, потерпи еще немного. На втором курсе я найду другую квартиру.
— Снимать, наверное, дорого?
Чжоу Сыюэ взглянул на нее:
— Разве дороже, чем ты? И ничего, справляюсь.
— Хочешь вернуть товар?
Он уставился на нее, чуть приподнял бровь и лениво усмехнулся:
— Я, кажется, его еще даже не проверял?
Тьфу, тьфу, тьфу.