Глава 316. Мы прикроем тылы
Глядя на Шестого в длинном черном плаще, из-под которого зловеще поблескивали восемь алых глаз, все признали: образ сложился. От него и впрямь веяло той самой жутью.
— Чего-то всё же не хватает, — Ван Цзинъань задумчиво потер подбородок.
— Не хватает реликвий Клана Восьми Глаз, — подсказала Большая Глупая Птица.
— Точно!
Ван Цзинъань вывалил из пространственного хранилища целую груду сокровищ, которые он в своё время выгреб из арсеналов катарактников. От этого изобилия у Шестого даже глаза округлились.
— Откуда у тебя столько добра? — выдохнул он.
— Старший, выбирайте любые, — махнул рукой Ван Цзинъань. — Во время боя притворитесь, что проигрываете, и «случайно» выроните пару-тройку штук на территории Культа Судьбы.
В этот раз Ван Цзинъань был полон решимости развязать войну между Красноглазым и культистами. Это был единственный способ удержать божественного сына от похода в девятое измерение. Там остались его родные, друзья, одноклассники… Ван Цзинъань не мог допустить, чтобы этот монстр добрался до них.
— А можно мне парочку себе оставить? — Шестой, глядя на гору реликвий, чувствовал себя как ребенок в лавке сладостей.
Седьмой, Восьмой и Линь Сянь смотрели на него как на неотесанного деревенщину. Это они-то знали, сколько сокровищ было на самом деле, когда они обчищали те склады…
— Да хоть десяток берите, — Ван Цзинъань подошел ближе. — Дело опасное, так что мы обеспечим вас всем необходимым.
Шестой, вновь вспомнив о «проклятой» Цветочной фее, решительно отобрал около десяти самых мощных артефактов. Казалось, он был готов к бою. Ван Цзинъань даже заботливо вручил ему карту расположения филиалов Культа Судьбы.
Подпитываемые божественной силой, восемь золотых глаз на лбу Шестого налились густым, багрово-красным светом… Глядя ему в спину, Большая Глупая Птица почувствовала неладное.
— Послушай, босс, этот старший кажется мне… немного простоватым. Ты уверен, что план сработает?
Линь Сянь усмехнулся:
— Если уж мой Шестой брат не справится, то никто не справится. На пике своего могущества он был близок к пятнадцатому рубежу царства Того берега. Даже сейчас, в виде духа, он обладает силой как минимум второго или третьего рубежа.
Тут до Большой Глупой Птицы наконец дошло, что именно её смущало:
— Погодите! Он же дух! Разве его маскировку под Красноглазого не раскусят в два счета?
Седьмой, Восьмой и Линь Сянь синхронно замолчали. А ведь и правда…
Прежде чем они успели что-то обсудить, Шестой вернулся:
— Не пойдёт. Я сейчас в форме духа. Стоит мне пропустить один серьезный удар, и моя душа может просто рассеяться. Мне нужен сосуд. Живое тело.
Ван Цзинъань тут же хлопнул Большую Глупую Птицу по плечу:
— Третий, пришло время послужить общему делу!
Птица в ужасе отпрянула, протестующе маша крыльями:
— Босс, я не потяну! Я всего лишь на третьем небе царства Горького моря, мне ещё расти и расти! К тому же, я живу только за счёт эссенции жизни Танского меча!
Шестой добродушно рассмеялся:
— Тело царства Горького моря вполне сойдет. Как только заберем жемчужину, сразу уйдем. Главное, чтобы сосуд не попал в руки Культа Судьбы, и тогда с тобой всё будет в порядке.
Птица готова была разрыдаться от несправедливости судьбы, но в итоге всё равно стала «домом» для Шестого. Не успела она войти в роль великого комбинатора, как сама же и влипла. Кому теперь жаловаться?
— Вперёд. Мы прикроем тылы, — Ван Цзинъань подхватил Пагоду с драконьим узором и растворился в ночной тени.
*
Той же ночью.
Из древней башни, где проходило Собрание тайн, прилетели свежие новости: красноглазый божественный сын вот-вот выйдет из затвора!
Из-за этого слуха в зале стало ещё жарче, чем в предыдущие дни. Представители многих божественных рас уже приготовили свои самые изощренные планы, чтобы выслужиться. Среди сверстников Красноглазый считался неоспоримым лидером, а достижение второго рубежа царства Того берега (и вероятный переход на третий) делало его настоящим «Юным Царем Богов». Для сравнения: большинство будущих Царей Богов в этом возрасте едва дотягивали до полушага к Тому берегу.
— Красноглазый выходит? — Линь Сянь, наблюдая из девятого яруса пагоды, нахмурился. — Это плохо. Ван, малец, сходи-ка на собрание, устрой там какой-нибудь переполох. Нельзя допустить, чтобы этот выскочка появился в башне сегодня ночью.
Ван Цзинъань и сам не был уверен в правдивости слухов. «Вот-вот выйдет» могло означать и через час, и через сутки. Ему нужно было всё проверить лично. Если настоящий Красноглазый явится сегодня, то затея Шестого с ограблением Культа Судьбы пойдет прахом.
Вернувшись в башню, Ван Цзинъань вновь столкнулся с вереницей легко одетых служанок. Цены здесь кусались, но, надо признать, сервис того стоил.
— Послушай, а что на четвертом этаже? — спросил Линь Сянь, заметив странный знак на указателе. Первый этаж — музыка, а на четвертом красовался лишь огромный восклицательный знак «!».
— Сейчас узнаем, — Ван Цзинъань подозвал одну из девушек в соблазнительном костюме лисички и поинтересовался, не предлагают ли на четвертом этаже какие-то особые услуги.
Служанка мило улыбнулась и ответила:
— Четвертый этаж закрыт для обычных гостей. Наша хозяйка зарезервировала его специально для Ван Цзинъаня. Но если господин тоже восхищается нашей госпожой, он может заплатить тысячу духовных плодов за право выпить с ней по чаше вина.
Поначалу Ван Цзинъань слушал её вполуха, но когда до него дошел смысл сказанного, он на добрую минуту лишился дара речи.