Глава 295. Эпоха, принадлежащая только тебе
«Пришёл из будущего...»
Короткая фраза, обладавшая мощью разорвавшегося снаряда.
— Старший брат... — Седьмой брат хотел было что-то спросить, но, увидев, что тот не шутит, мгновенно прикусил язык.
Человек в бамбуковой шляпе перевёл взгляд на Ван Цзинъаня.
— Цзинъань, — произнёс он, — в великой битве первой жизни... мы потерпели поражение.
Услышав это, Ван Цзинъань тут же вспомнил слова Хаоса. В своей первой судьбе он хоть и сокрушил мириады рас, но в итоге оказался навечно заперт в Клетке Небесного Дао. Если соединить это с откровением незнакомца... Неужели временные потоки будущего и настоящего пересеклись?
Но если из будущего можно так просто прийти в настоящее, почему никто не явился, чтобы убить его прямо сейчас? От этой мысли у Ван Цзинъаня мурашки пробежали по коже.
Хаос когда-то упоминал, что законы времени искажены, и люди из будущего больше не могут возвращаться в прошлое. Значит, этот визит — нечто из ряда вон выходящее.
— В этой жизни у тебя всё ещё есть право стать Королем и Богом, — продолжал человек в бамбуковой шляпе. Он достал длинный меч и протянул его юноше.
Увидев клинок, Ван Цзинъань едва не потерял равновесие. Это был Танский меч... точно такой же, как тот, что висел на поясе у Циньи. Как могли существовать два абсолютно идентичных артефакта?
— Сегодня я возвращаю этот меч законному владельцу. Это дар от Ван Цзинъаня из будущего тебе нынешнему, — лицо незнакомца оставалось бесстрастным, словно он навсегда разучился улыбаться.
Когда Ван Цзинъань взял клинок, он почувствовал мощный резонанс. Оба Танских меча — новый и пришедший из будущего — начали вибрировать, стремясь слиться в единое целое. При ближайшем рассмотрении стало ясно: они не были близнецами.
Меч из будущего выглядел старым, его лезвие покрывали бесчисленные зазубрины и царапины — немые свидетели тысяч сражений и рек пролитой крови. От него исходила густая, почти осязаемая аура смерти. Меч Циньи на его фоне казался новенькой игрушкой.
Ван Цзинъань передал «будущий» клинок девушке.
— В прошлой жизни, — пояснил человек в бамбуковой шляпе, — ты пытался Одурачить мир, чтобы полностью вернуть душу Циньи, но потерпел неудачу. В этот раз всё будет иначе. С этим мечом твои шансы на успех равны ста процентам.
Ван Цзинъань не знал, что сказать. В горле застрял комок, и он лишь коротко кивнул:
— Спасибо.
Незнакомец помолчал, а затем добавил:
— Цзинъань, у меня есть к тебе просьба.
— Говори.
— Когда ты достигнешь царства Божественного алтаря, найди моё имя в Божественной гробнице... и сотри его.
Ван Цзинъань не стал спрашивать «зачем». Он просто ответил:
— Если я доберусь до тех высот, я найду твоё имя и вычеркну его.
После этих слов силуэт человека в бамбуковой шляпе начал бледнеть, словно растворяясь в утреннем тумане. В последнюю секунду тот, кто, казалось, забыл о чувствах, выдавил из себя слабую, неестественно застывшую улыбку:
— Отныне вся эта эпоха станет твоей сценой, Цзинъань... Я буду ждать тебя в будущем.
С этими словами он исчез, а вместе с ним испарилась и его изувеченная девятиярусная пагода. Всё произошедшее казалось сном — невероятным и в то же время пугающе реальным.
«Что же всё-таки случилось в будущем?» — спросил себя Ван Цзинъань. Ответ мог знать только Хаос, ведь именно Он повелевал Временем. Но объяснения Хаоса всегда были слишком туманными и абстрактными.
Одно было ясно наверняка: впереди ждёт битва не на жизнь, а на смерть. Пагода за спиной незнакомца была разрушена, хотя даже теневой практик царства Превращения в Бога не смог оставить на Пагоде с драконьим узором ни царапины. Это значило, что в будущем Ван Цзинъаню предстоит столкнуться с силой, далеко превосходящей всё, что он видел до сих пор.
Братья Линь стояли с разинутыми ртами.
«Старший брат знает этого мальчишку? Да что здесь, чёрт возьми, происходит?!» — эта загадка была слишком велика для их понимания.
— Погодите, я что-то совсем запутался, — Седьмой брат потер виски.
— Я тоже... — эхом отозвался Линь Сянь.
— У меня аж в животе закрутило от напряжения, — буркнул Восьмой брат.
Седьмой брат размышлял несколько минут, прежде чем спросить:
— Почему Старший просил тебя стереть его имя из Божественной гробницы?
— А что это вообще такое — Божественная гробница? — поинтересовался Ван Цзинъань.
— Это одна из восьми великих запретных зон, — пояснил Седьмой. — Если царству Горького моря соответствует Океан Духа, то царству Божественного алтаря — Божественная гробница. Но вот в чём загвоздка: только оставив там своё имя, ты получаешь «Божественный статус» и становишься истинным мастером этого царства.
— Вот именно! — подхватил Линь Сянь, который ещё не осознавал истинного масштаба силы будущего Ван Цзинъаня. — Зачем Старшему просить тебя об этом? Неужели он верит, что твой потенциал позволит тебе не просто достичь царства Божественного алтаря, но и диктовать там свои правила?
Присутствующие дружно выдохнули, едва не поперхнувшись воздухом. Похоже, чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Каждая новая крупица правды лишь множила вопросы, превращая их жизнь в сплошной клубок тайн.
Спустя какое-то время Седьмой брат спохватился:
— Кстати, парень, ты обещал помочь нам с телами. Смотри не вздумай обмануть! Я уже присмотрел в сокровищнице этих глазозадых кое-какие материалы. Кое-чего не хватает, но для начала сойдёт любое приличное тело.
Ван Цзинъань мысленно обратился к Системе: «Система, как мне воссоздать их тела?»
[Ты даже этого не знаешь, а уже взялся облапошивать этих троих бедолаг?] — съязвила Система.
«Ближе к делу», — отрезал юноша.
[Всё просто. Когда достигнешь пика царства Горького моря и совершишь прорыв в царство Того берега, ты сможешь воссоздать их плоть в Землях Смерти] .
«Моя культивация сейчас разрушена. У тебя ведь есть способ её вернуть?»
[Есть. Процесс восстановления займёт месяц и обойдётся тебе в сто миллиардов] .
Ван Цзинъань удовлетворенно кивнул. Опасность миновала, и месяц — не такой уж большой срок. Он дал добро на запуск процедуры восстановления. После чего объяснил братьям, что для успеха им нужно будет отправиться в Земли Смерти.
Троица в свои лучшие годы достигала царства Того берега, поэтому они прекрасно знали об особенностях Земель Смерти. Их удивило лишь одно: как Ван Цзинъань собирается туда идти без капли внутренней силы?
Линь Сянь в итоге махнул рукой:
— Если этот парень умудряется втаптывать в грязь божественных практиков, то уж с культивацией он как-нибудь разберётся. Нечего нам за него переживать.
Ван Цзинъань решил, что пока его слава ещё гремит, нужно нанести визит в Божественное Царство Небес и забрать «дверную ручку». Дух артефакта Чжао Синьлянь, запертая в ней, была практиком царства Того берега, и у неё был потенциал для роста.
Теперь, когда Большая Глупая Птица пришла в себя и была связана с Танским мечом и жизненной эссенцией Циньи, его отряд становился грозной силой. Если Циньи и птица раскроют свой потенциал, они станут непобедимы среди сверстников.
План Ван Цзинъаня был прост: вернуть ручку и начать Одурачивать мир...