Глава 248. Начало великой чистки: добываем козыри для переговоров
После краткого, но весьма содержательного обмена «любезностями», оппоненты наконец перевели дух и перестали испепелять друг друга взглядами.
— Давай остынем, — Ван Цзинъань хмуро уставился на то место, где пучина поглотила останки маршала. — Есть хоть какой-то шанс их вернуть?
Линь Сянь безнадежно махнул рукой:
— Эту черепаху уже переварило так, что даже пыли не осталось. Эх…
Ван Цзинъань мысленно обратился к системе, не скупясь на выражения: «Система, ты же, зараза такая, говорила, что кости — самое ценное! Про сердце и словом не обмолвилась!»
[Не слушайте этого хвастуна. В эквиваленте очков престижа сердце почти ничего не стоит. Оно ценно лишь для практиков, так как с ним легче обрабатывать кости и панцирь]
«Правда?» — Ван Цзинъань почувствовал, как ярость и горечь утраты понемногу утихают. А то он уже успел нафантазировать себе убытки в сотню миллиардов!
Когда эта тема была закрыта, Ван Цзинъань решил уточнить другой момент:
— Тот голос из второго яруса Пагоды с драконьим узором … он назвал тебя Линь Сянем?
Он и раньше заприметил это имя, но в пылу битвы было как-то не до генеалогических изысканий.
Линь Сянь кивнул:
— Да. Все мои братья и сестры, живущие в пагоде, носят фамилию Линь.
Ван Цзинъань искренне удивился:
— Вас там девять братьев? — Он на мгновение задумался, а затем добавил:
— Знаете, старший Линь, ваше имя очень похоже на имя одного моего друга. Разница всего в один иероглиф.
Линь Сяньгуан был его лучшим другом с самого детства, но после Гаокао их пути разошлись. Однако сейчас, оглядываясь назад, Ван Цзинъань почувствовал некую странность. Эта пагода появилась слишком вовремя. Почему артефакт с таким количеством могущественных душ внутри оказался в руках какого-то рядового «катарактника»?
По логике вещей, такой пагодой должен был владеть как минимум лидер расы или Божественный сын. Но никак не обычный практик царства Горького моря. Чем больше Ван Цзинъань размышлял об этом, тем сильнее становилось ощущение, что за всеми этими событиями стоит чья-то невидимая рука, направляющая его путь…
Возможно, дело было в постоянном напряжении и столкновениях с противниками запредельного уровня, вот воображение и разыгралось.
— И что ты намерен делать дальше? — серьезным тоном прервал его мысли Линь Сянь.
Ван Цзинъань холодно усмехнулся:
— Жив мой «третий» или нет, настало время для серьезного разговора с катарактниками.
Линь Сянь посмотрел на него как на умалишенного:
— Ты вырезал столько их соплеменников и всерьез рассчитываешь на переговоры? Чем ты собираешься аргументировать свою позицию?
Вместо ответа Ван Цзинъань обвел взглядом бескрайний третий ярус [Океана Духа] . Спустя мгновение в его руках материализовался Солнечный лук .
Благо, черты Небесных Божественных Мышей, восьмиглазых катарактников и глупых слонов из Клана Божественного Хвоста были слишком узнаваемы даже в форме духовных тел.
Всего за одну минуту Ван Цзинъань хладнокровно расстрелял более сотни практиков. Перепуганные люди, прервав медитацию, в панике бросились разрывать связь с Горьким морем, стремясь вернуться в реальность.
Линь Сянь, наблюдая за этой бойней, невольно втянул голову в плечи. «Мать честная, ну и сорвиголова…» — пронеслось у него в голове.
— Парень, ты что, решил вырезать вообще всех на третьем небе? — выдавил он.
— Не только на третьем, — поправил его Ван Цзинъань. — Второе и первое тоже входят в план.
Лицо Линь Сяня перекосилось. Он уже представлял, какая буря поднимется в Высших Мирах в ближайшее время.
«…Что-то мне подсказывает, что если у тебя карма недостаточно крепкая, то рядом с этим пацаном ты и дня не протянешь — копыта откинешь».
*
Внешний мир.
Подножие гор у заставы Города Божественного Ока.
— Почему Великий маршал до сих пор не вернулся?
— Неужели что-то случилось?
— Да не суетись ты! Может, маршал решил сам пощупать козыри Ван Цзинъаня? У мальчишки их, говорят, полно.
— Дело не в козырях. Кто, кроме этого безумца, вообще способен пересекать Горькое море в физическом теле?
— И то верно. Обычного человека пучина за пару минут в пыль сотрет…
Среди собравшихся военачальников поползли тревожные слухи. Все ждали, что маршал решит вопрос за пять минут, но время шло, а вестей не было.
Кто-то ехидно вставил:
— Эй, ребята из Клана Божественного Пса, вы вроде обещали дерьма поесть, если он через пять минут не выйдет?
Представитель клана невозмутимо ответил:
— Мы только что пообедали. Позже поедим.
Окружающие лишились дара речи.
Шли часы, и беспокойство перерастало в панику. Гвардейцы из личной свиты маршала уже отправились во дворец с докладом к Монарху.
Прошел час — тишина. Три часа — военачальники начали строить самые дикие теории. Кто-то даже предположил, что маршал уже выпытал у парня секрет физического перемещения и теперь тренируется в одиночку.
Через шесть часов поползли слухи о предательстве.
Через семь часов Монарх Божественного Царства Небес получил известие от государственного наставника. Тот провел гадание, и результат шокировал всех.
Звезда жизни Великого маршала погасла!
Монарх пришел в неистовство:
— Великий маршал — наш первый Шэнь-цзян! На пике царства Горького моря у него почти нет равных! Как он мог сгинуть в [Океане Духа] ?!
Ван Цзинъань ведь был всего лишь на Первом Небе, верно?
Через десять часов весть о гибели маршала со скоростью лесного пожара разнеслась по всем Божественным городам. В чайных, трактирах и постоялых дворах только и обсуждали невероятные деяния Ван Цзинъаня.
И пока толпы ждали его появления у подножия гор, к полудню следующего дня грянула новая сенсация. Представители Клана Небесной Божественной Мыши официально объявили: за последние 24 часа более 41 их соплеменника во время медитации в Горьком море превратились в «живых мертвецов».
Это означало лишь одно: их духовные тела были полностью уничтожены в [Океане Духа] .