Глава 117. Жуткая босоногая дева
Градоначальник шел прямо по воздуху. Сила, исходящая от него, в десятки раз превосходила мощь любого практика того же уровня. Таков был дар Агента-представителя. Теперь становилось ясно, почему он так дорожил своим местом и пытался использовать Ван Цзинъаня, чтобы расшатать правила Турнира. Власть — самый сильный наркотик, вызывающий мгновенное привыкание.
— А давай лучше ты поможешь мне выбраться из города? — в тон ему отозвался Ван Цзинъань. — Обещаю: когда я стану одним из Десяти Святых Человечества, я дарую тебе жизнь в неге и роскоши.
— Значит, договориться не получится? — Градоначальник прищурился. — Те, кто идет против Воли Города Ланьмо, заканчивают плохо. В прошлый раз старик Гуань Жун ворвался сюда, заступаясь за своего ученика. Госпожа избила его до полусмерти и прогнала. Интересно, он уже подох или еще коптит небо?
— Будь Гуань Жун в своей лучшей форме, твоя «Госпожа» даже коснуться бы его не посмела, — ответил Ван Цзинъань, чувствуя, как ладони, сжимающие меч, начинают потеть.
Он видел, что в энергии Градоначальника примешано нечто иное, чуждое. Сила законов города. Конус Начальника стражи был создан из этой силы, и если простое оружие было так эффективно, то сам Градоначальник должен быть в разы опаснее.
— Может, позовёшь уже свою Госпожу? А то прибью тебя, и она вылезет. Будем тут играть в матрёшку: один за другим, как в дешёвых романах. Скучно же.
Ван Цзинъань направил клинок на врага, не уступая ему в решимости. Градоначальник промолчал. Он почувствовал, как после слов юноши в пространстве неподалеку начала сгущаться сама суть города.
В следующее мгновение все — и люди, и демоны — замерли. Позади Ван Цзинъаня бесшумно возникла фигура босоногой женщины. Давление, которое она источала, было в сотни, в тысячи раз тяжелее того, что исходило от Градоначальника.
Кха…
Ван Цзинъань даже не успел обернуться. На его плечи словно обрушились все горы мира. Ноги подогнулись, и он с глухим стуком рухнул на колени. Коленные чашечки раздробились в мгновение ока. Тело покрылось холодным потом, а дышать стало почти невозможно.
— Ты искал меня? — Раздался нежный голос. Белоснежная ладонь босоногой девы легко опустилась на плечо юноши.
От этого невесомого прикосновения Ван Цзинъаня буквально вмяло в землю, словно сломанную куклу.
— Твоя скорость роста поражает, — прошептала она, облизнув алые губы. — Но Шестое царство… это всё ещё слишком ничтожно.
На ней было простое чёрное платье, подол которого лениво колыхался на ветру, обнажая стройные, ослепительно белые ноги.
Кха-кха… — Ван Цзинъань отчаянно пытался подняться, но не мог даже пошевелиться.
— Знаешь, в чём величайшая трагедия этого мира? — Дева подняла ногу и наступила ему на спину. — В том, чтобы видеть, как разыгрывается драма, и быть не в силах ничего изменить.
Она мельком взглянула на городские ворота, где Ван Дахэ пытался пробить выход. Внезапно пространство вокруг него исказилось. Сила законов сжала его тело, ломая кости и разрывая сосуды. Изо всех отверстий на его лице хлынула кровь. Ван Дахэ, практик на пике Шестого царства, рухнул замертво лишь от одного её взгляда.
Хань Бин, стоявший рядом, застыл в немом ужасе. Сила Воли Города Ланьмо… Неужели она достигла уровня пика Девятого царства, уровня нынешних Десяти Святых?
Босоногая дева перевела взгляд на Вэй Гуана, всё ещё висевшего на стене. Она лишь слегка шевельнула пальцем — и его тело взорвалось. Кровавый дождь оросил мостовую, наполнив воздух тяжёлым запахом железа.
Ван Цзинъань смотрел, как эта женщина играет жизнями его товарищей, и в его груди закипала холодная ярость.
— Ты мог бы затаиться и спокойно расти, — продолжала она. — Вини лишь свою заносчивость. Ты сам убил своих друзей. Ты — их палач.
Она не собиралась щадить никого из мятежников. Дева давно знала, что Хозяин башни — агент Павильона Истребления Демонов. Пока он не нарушал порядок, ей было плевать. Но теперь…
Один за другим бойцы отряда 515 превращались в кровавый туман под действием её силы. В окне одного из домов мелькнула вспышка — это Сунь И, отвечавшая за связь, была убита щелчком пальцев. Кровь забрызгала стекло.
Ван Цзинъань был в оцепенении. Так вот какова мощь Девятого царства? Или это предел, за которым начинается нечто большее?
Градоначальник уже спустился на землю и почтительно стоял в стороне. Демоны вокруг облегченно вздыхали и скалились в издевательских ухмылках, глядя на поверженного Ван Цзинъаня. Чем хуже ему было, тем легче им становилось — его страдания смывали позор, который он нанёс их роду.
— Ха-ха… Ха-ха-ха-ха!
Ван Цзинъань внезапно зашёлся в безумном смехе.
— А я-то думал, ты создала этот город из-за утраченной любви. Но теперь я вижу… Этот город для тебя — лишь способ сбежать. Ты отчаянно пытаешься удержать свой собственный порядок, а этот Турнир — лишь отражение твоего внутреннего страха. Наверное, тебя гнали и люди, и демоны, раз ты забилась на этот остров? Твой прежний хозяин сдох во время побега, и ты пытаешься скрыть тень собственного ничтожества.
Босоногая дева не разозлилась. Она лишь холодно усмехнулась:
— И что с того?
— Скажи мне, кто именно тебя гнал? — Ван Цзинъань понимал, что шансов на спасение почти нет, поэтому бил по самому больному.
— Твои уловки на меня не действуют. И ты ошибся. Моим прежним хозяином был один из Десяти Святых Человечества. Если подумать, он был из поколения твоего прадеда.
С этими словами она вновь щелкнула пальцами. Все оставшиеся у ворот бойцы отряда 515 взорвались, превратившись в бесформенное месиво. Никто не уцелел. Никто не сохранил даже костей. Из тридцати пяти человек в живых осталось едва ли семеро.
— Больно смотреть на это, не так ли? — Дева соткала нити законов, которые повисли над головами последних восьми выживших. Одной её мысли было достаточно, чтобы оборвать их жизни.
Вдалеке Большая Глупая Птица поспешно притворилась мёртвой. Против такой силы не попрёшь. Лучше лежать тихо.
— У тебя есть два пути. Первый: ты подчиняешься мне. Со временем я помогу тебе возглавить всё человечество, а затем ты приведешь свой род к полному уничтожению. Второй: ты сдохнешь прямо сейчас.
— Ха… — Ван Цзинъань чувствовал, как жизнь уходит из него. — Восемь врат испытаний — это лишь зеркало твоей гнилой души. Ты всего лишь Дух оружия, и ты хочешь, чтобы я тебе подчинился?
Дева прищурилась. Её пальцы дрогнули, готовясь обрушить смерть на восьмерых заложников. Но в этот миг нефритовая флейта на поясе Ван Цзинъаня внезапно налилась силой. У него не было времени играть на ней — он просто влил в артефакт всю свою энергию, призывая призрачный облик Святого Меча.
«Только бы он смог её задержать и выбить ворота…»
Ван Цзинъань догадывался, что эта дева — Дух артефакта девятого ранга, и она прячется здесь, потому что боится внешнего мира. Её ненависть к людям была безгранична, но она не смела мстить открыто. Значит, сила Девятого царства снаружи всё ещё была для неё угрозой.
«Отец, не подведи!»
В момент вспышки дева почувствовала смертельную угрозу и мгновенно исчезла с того места, где стояла. В то же время с крыши ближайшего дома спрыгнул Хозяин башни, чья демоническая сила была полностью восстановлена. Он подхватил Ван Цзинъаня, одновременно активируя три великих массива:
Массив Иллюзий Десяти Направлений! Массив Восьми Очей Жизни и Смерти! Массив Пленения Демонов!
— Хань Бин, уводи его! — проревел Хозяин башни.