Глава 1
Проклятый Сенджу Тобирама!
В одном из кабинетов госпиталя Конохи Учиха Ран стиснул зубы, ярость внутри него бушевала.
Стоило ему лишь вспомнить всё, что с ним произошло, — ненависть к Сенджу Тобираме вновь вспыхивала с небывалой силой, не давая покоя.
Он мечтал вырыть того из могилы, стереть в порошок и развеять по ветру.
Семь лет назад он погиб в автомобильной аварии и, толком не поняв как, перенёсся в мир Наруто, слившись с душой и воспоминаниями десятилетнего мальчишки из клана Учиха, став новым Учихой Раном.
В тот самый день, оправившись от шока, он с радостью вышел на улицы Конохи — и впервые увидел Сенджу Тобираму.
В тот самый миг в его голове раздался незнакомый голос:
[Динь! Система активирована. Хозяин получил все врождённые таланты Сенджу Тобирамы (доступны для прокачки)!]
Голос выдернул его из реальности — Ран вздрогнул, но следом его охватил восторг.
Однако когда он, не в силах сдержать радость, поднял голову — и встретился глазами с самим Тобирамой — холодный, колючий, пронизывающий до костей взгляд заставил его замереть.
Глаза того были полны подозрения. Он смотрел на Рана, как на нечто чуждое — как на монстра.
— Что ты, чёрт побери, так на меня уставился? Ты что, правда собрался меня прибить?! Из-за одного взгляда в толпе?! А законы у вас тут вообще работают?!
К счастью, тогда Тобирама спешил на перемирие с Деревней Облака и Вторым Райкаге.
Он лишь метнул в сторону Рана предостерегающий, ледяной взгляд и, в окружении учеников и охраны, быстро покинул деревню.
Лишь когда он скрылся из виду, Ран наконец облегчённо выдохнул.
Он уже догадывался, почему тот так на него уставился.
Сенджу Тобирама всегда был подозрителен к клану Учиха.
А тот безумный блеск, что на миг мелькнул в глазах Рана, был слишком знаком Тобираме — именно с таким взглядом он сам работал над своими экспериментами.
А в его глазах такой взгляд был настоящей угрозой.
— Такого нужно устранить! Немедленно!
Тобирама не из тех, кто испытывает жалость — даже к десятилетнему ребёнку. Он был слишком жесток для этого.
Так что в душе Ран взревел:
— Яссиярэ! (Сдохни, тварь!)
Он ведь знал, что Тобирама в тот день попадёт в засаду — его тяжело ранят во время предательства Золотого и Серебряного Рогов.
А чтобы спасти своих учеников, он отвлечёт врага и погибнет.
При мысли об этом на душе у Рана стало легче.
— Вот и получай. Пялился — и помер.
И точно — вскоре Коноху облетела весть о гибели Сенджу Тобирамы.
Деревня погрузилась в траур, а Ран — наконец выдохнул с облегчением.
Но стоило ему подумать, что теперь-то всё, можно жить спокойно… как начались настоящие беды.
Как только Сарутоби Хирузен, Третий Хокаге, вернулся в Коноху и занял пост, Ран сразу же оказался под наблюдением.
— Не просто наблюдением — за ним установили слежку.
Его без объяснений исключили из Академии, лишив шанса окончить её и стать генином.
Более того — ему строжайше запретили заниматься любыми тренировками.
Никакого обучения ниндзюцу. Никакой практики. Только жизнь обычного человека. И — под постоянным контролем.
— Чего вы так боитесь? Что я стану сильным? Или что сбегу? Решили просто сломать меня?! Я столько трудов прошёл, чтобы попасть в мир «Наруто», кто бы не мечтал стать сильнейшим, с Цунаде по левую руку, с Мэй по правую?.. А тут — даже начать не дали. Завалился ещё на старте. И всё — из-за одного взгляда Тобирамы в толпе. Да у меня, похоже, звание самого неудачливого попаданца.
И на этом беды не закончились.
Даже Учиха Кагами — старейшина клана, известный мягкостью, — на этот раз повёл себя крайне жёстко.
Он заявил, что Ран нарушил устав клана, и, вопреки всем ожиданиям, лично изгнал его из рода.
С тех пор любое движение Рана — и рядом тут же появлялась команда АНБУ.
Они сменяли друг друга, как часы. Следили круглосуточно.
— Такой охраны позавидовал бы и сам Данзо.
И не нужно было гадать — и так ясно: перед смертью Сенджу Тобирама что-то оставил своим ученикам.
Так за что же ты на меня обозлился, Сенджу Тобирама?
Какой у нас с тобой счёт, какая вражда?
Ты ведь даже сдохнуть нормально не можешь — всё равно продолжаешь лезть мне в жизнь!
Просто из-за одного взгляда? Ты, чёрт бы тебя побрал, совсем поехал?
Всё больше погружаясь в ненависть к Сенджу Тобираме, Учиха Ран ощущал, как в груди поднимается волна бессилия.
Его приёмные родители погибли, когда он был ещё ребёнком — в той затянувшейся и кровопролитной Первой Мировой Войне Шиноби.
Поэтому Учиха Ран так и не получил настоящего воспитания в духе клана Учиха. Все знания он черпал исключительно в Академии ниндзя.
У него не было выдающегося таланта — и на момент десятилетия он был лишь немного сильнее новоиспечённого генина.
В такой ситуации он мог только кричать в пустоту — ни Небо, ни Земля не отзывались.
И что с того, что у него есть все врождённые таланты Сенджу Тобирамы, да ещё и с возможностью прокачки?
Он что, смеет их изучать? Смеет практиковать?!
Когда за каждым его шагом следят десятки глаз, стоит сделать хоть что-то подозрительное — и последствия нетрудно представить.
А ведь Хирузен Сарутоби, только став Третьим Хокаге, слыл человеком, что не колеблется в решениях.
Так что последние семь лет Ран мог лишь день за днём погружаться в теоретические размышления.
Разбирать логику действия различных ниндзюцу, анализировать, как можно усовершенствовать те или иные техники, мысленно просчитывать пути создания нестандартных, редких искусств.
Но до практики дело не доходило. Пока — ничего.
К счастью, семья, что приютила Рана, оказалась людьми добрыми — за эти семь лет они начали относиться к нему почти как к родному сыну.
Особенно — после того, как в нём неожиданно проявился поразительный талант к медицине.
Не зная всей правды, его приёмный отец, Намиказе Сяжин, воспользовался связями и устроил его учеником в госпиталь Конохи.
Видимо, Хирузен решил, что от врача — даже если тот станет медицинским ниндзя — не исходит никакой угрозы, и потому не стал вмешиваться.
Так Ран и стал медиком... Нет, не медиком-ниндзя, ведь у него не было титула ниндзя вовсе. Даже несмотря на то, что он уже освоил немало медицинских техник.
— Доктор Ран, срочно! Один из раненых нуждается в операции!
В тот момент, когда Ран в душе продолжал проклинать Сенджу Тобираму, в кабинет ворвалась медсестра, взволнованно выкрикивая.
— Ниндзя или гражданский? — спросил Ран, как обычно, строго по процедуре.
Все в больнице давно знали: при лечении ниндзя и простых людей Ран использует совершенно разные подходы. Так что подобный вопрос никого не удивил.
— Ниндзя! — без тени сомнений ответила медсестра.
— Я сейчас, готовьте операционную! — кивнул Ран, одновременно собирая свою медицинскую сумку.
Операционная.
Учиха Ран быстро обработал жуткую рану на руке пострадавшего — зашил, наложил повязку.
— Как самочувствие? — мягко спросил он пациента.
— Гораздо лучше, доктор Ран, — облегчённо выдохнул шиноби, радуясь, что ему удалось сохранить руку.
— Сейчас я проведу дополнительную процедуру, она поможет ускорить восстановление, — кивнул Ран и, открыв аптечку, начал доставать серебряные иглы.
— Попробуй активировать технику, которую ты знаешь лучше всего. Не используй её полностью, просто воспроизведи внутри себя траекторию циркуляции чакры. Главное — делай это как можно медленнее.
— Эм... доктор, а зачем это? — озадаченно переспросил раненый ниндзя.
— Не хочешь быстрее выздороветь? — Ран нахмурился, как бы недовольно.
— Я понял! Сейчас попробую! — тут же отозвался ниндзя.
Он поднял сильно пострадавшую руку и начал медленно складывать печати вместе с невредимой.
Ран в это время положил руку ему на живот, сосредоточенно чувствуя потоки чакры.