Глава 862. Дарю тебе великую возможность!
«В эфире души в порошок стираю, я ведь Чжан Ян — учёный муж, каждый это знает».
В нынешней ситуации никто не осмеливался переходить дорогу Чжан Яну. Это напоминало начало второго этапа: после того как несколько участников с треском провалили свои испытания, желающих выходить вперёд и выставлять себя на посмешище поубавилось.
Хотя с Не Юи временно было покончено, дело на этом не закончилось. В историю было втянуто слишком много ниточек, так что визита в участок было не избежать.
Как раз в этот момент зазвонил телефон — это была Чжоу Сяосяо.
— Зайдёшь на чай?
— Буду через минуту!
Чжан Ян резко вывернул руль и направился прямиком в городское управление.
— Брат, мне тоже нужно ехать? — спросил Фэн Хан.
— Конечно. Не Юи и её дружка тоже пригласят. Будет лучше, если вы поставите точку в своих делах именно там.
Фэн Хан немного подумал и кивнул:
— А ведь верно! Вы всё предусмотрели!
Вскоре они прибыли в управление. Фэн Хан отправился в отдел уголовного розыска, а Чжан Ян в сопровождении Чжоу Сяосяо пошёл в отдел информационных технологий, чтобы передать цепочку улик.
Разумеется, помимо доказательств, касающихся нелегальных сайтов, там были и сведения о неком Ли, который нанял Не Юи для клеветы на Чжан Яна.
Выйдя из отдела, Чжоу Сяосяо удивлённо заметила:
— А ты хорош. За несколько минут закрепил все улики. Где ты так наловчился?
Чжан Ян усмехнулся:
— Герой не спрашивает о происхождении, аккумулятор — о прошлом. Пойдём лучше чай пить!
В точку! У зрелой дамочки не спрашивают возраст, у крепкой выпивки — градус.
Именно! У мастера массажа не спрашивают число клиентов, у сифилиса — откуда он взялся.
Всё так! У жены не спрашивают, где была, у ребёнка — кто настоящий папа.
Стоило Чжан Яну задать ритм, как зрители тут же пустились в состязание остроумия.
Прямо во время эфира Чжоу Сяосяо подхватила:
— Решил в рифму заговорить? Тогда и я попробую: аккумулятор не спрашивает о прошлом, а срок — о возрасте.
— Э-э, если ты так рифмуешь, то твоё слово — закон. Так что не воруйте аккумуляторы, а то рука правосудия вас настигнет, — Чжан Ян решил заодно провести небольшую правовую лекцию для масс.
Перекинувшись ещё парой фраз, Чжан Ян откланялся.
Однако он не спешил брать новый заказ. Вернувшись в машину, он продолжил стрим.
— Братья, заказов пока нет. Может, свяжемся с кем-нибудь из участников, поболтаем? — с этими словами Чжан Ян начал искать цель.
Вскоре его взгляд упал на Чан Чжэньюна, участника категории «Универсальная звезда».
Парень был молод, лет 24–25. Аккуратная стрижка с текстурной завивкой, мощные фильтры — на экране он выглядел белокожим красавчиком, производя впечатление чистого и благородного джентльмена.
— Выбираю тебя!
Чжан Ян отправил запрос на видеосвязь.
Чан Чжэньюн, будучи талант-стримером, в этот момент как раз пел для своих фанатов.
— А?
Когда всплыло уведомление о запросе, Чан Чжэньюн буквально остолбенел.
— Это он?
Не успел он прийти в себя, как число зрителей в его комнате взлетело с 3000 до 300 000. Такой чудовищный трафик заставил его старых подписчиков раскрыть рты от изумления.
Офигеть! Вот это поток хлынул!
Ха-ха-ха, испугался? Привыкай. Это как когда я скинул другу видео для взрослых, а его девушка случайно увидела. Сначала она была в шоке и спрашивала, не ошибся ли я, но после десятого раза привыкла и теперь иногда сама просит прислать что-нибудь новенькое.
Брат, лови шанс! Повернутся ли шестерни твоей судьбы, зависит от того, как ты себя сейчас покажешь.
Чат летел с бешеной скоростью.
Чан Чжэньюн дрожащей рукой принял вызов.
Когда они посмотрели друг на друга через экраны, повисла короткая пауза. Затем Чан Чжэньюн осторожно поздоровался:
— Брат Ян?
Чжан Ян слегка кивнул:
— Привет, привет. Я Чжан Ян!
Услышав ответ, Чан Чжэньюн заметно расслабился:
— И правда вы. Я уж думал, что сплю. Тест-драйв на 300 000 зрителей — это нечто. В мгновение ока я стал топовым стримером.
Чжан Ян рассмеялся:
— Спокойнее, спокойнее. Быть «топом» — это мелочь, вот стать «главарём» — это по-настоящему круто. И у тебя есть потенциал!
— Спасибо за поддержку, Брат Ян! Я буду очень стараться!
— Слышал фразу? Выбор важнее стараний, мысли определяют путь, а действия — судьбу. Я тут глянул твои старые видео — в основном любовные баллады. Мне кажется, твой тембр не совсем подходит для таких песен. Если сменишь стиль, возможно, станешь куда популярнее.
Хотя Чжан Ян не был певцом, все знали о его вокальных данных. Поэтому, услышав такой анализ, Чан Чжэньюн заинтересовался.
— Прошу, Брат Ян, просвети меня!
— Скажу прямо: тебе больше подойдёт тюремный шансон. Что-нибудь вроде «Слёз за решёткой» или «Срок ещё не вышел».
Стоило этим словам прозвучать, как фанаты Чан Чжэньюна тут же взвились.
Что за бред? Он больной? Парень не преступник, с чего ему петь тюремные песни? Сам и пой!
Вот именно! Что за дурацкий совет? По-моему, это полная чушь. Тебе бы самому такой стиль подошёл.
Брат Ян просто предложил, а не заставлял. Чего вы развопились?
Волна критики захлестнула чат, но фанаты Чжан Яна стеной встали на защиту своего кумира.
Чан Чжэньюн горько усмехнулся:
— Брат Ян, вы ведь шутите? С моим имиджем и голосом — и тюремный шансон? Как это вообще вяжется?
— С имиджем всё просто: побреешься налысо, и будешь как влитой. А что касается голоса... по-моему, отлично. В конце концов, искренние чувства — это высшая техника пения.
После этих слов Чан Чжэньюну захотелось выругаться, но он сдержался, сохраняя маску скромности:
— Если говорить о чувствах, то тем более не выйдет. Я в тюрьме не сидел, откуда мне взять эту «искренность»?
— Какое совпадение! — тон Чжан Яна внезапно изменился. — Я тут как раз раскинул на тебя карты. Похоже, сегодня тебя ждёт казенный дом!
Чан Чжэньюн, который до этого терпел, сорвался:
— Что за чушь ты несёшь? Нарываешься?
— Эй-эй, не кипятись. Это не я говорю, это предсказание такое.
— Ой, брось. Все знают твои «способности» гадалки. Дождик капает, земля мокрая, как папу звали — так и меня зовут?
Чжан Ян посерьёзнел и заговорил совершенно официальным тоном:
— Это всё в прошлом. Каждый имеет право на рост. Сейчас я — настоящий мастер прорицания.
— Ну, скажи тогда что-нибудь дельное.
— Без проблем. Давай про твоих родителей. Отец жив, мать ушла первой.
Чан Чжэньюн вскинул брови. Всё верно: отец был жив, а матери не стало давно. Неужели он и правда стал великим мастером? Неужели он уже...
Сердце Чан Чжэньюна ёкнуло, но в этот момент паники он заметил одно сообщение в чате.
«Стример, не слушай его развод! Это же фраза с двойным смыслом!»
В одно мгновение Чан Чжэньюн всё понял.
— А я-то думал, ты и впрямь мастером стал. Давай, заливай дальше!
Чжан Ян продолжил:
— Никакого обмана. Не веришь — вот тебе ещё одно: пол не выше табуретки, ты не смеешь обнимать свою тётушку за талию.
Чан Чжэньюн фыркнул:
— Это ещё почему?
Не успел он договорить, как в дверь постучали. Тук-тук-тук.
— Доставка еды!
Чан Чжэньюн встал и открыл дверь.
На пороге стояли люди в полицейской форме.
— Чан Чжэньюн? Вы подозреваетесь в ложном доносе и клевете. Пройдёмте с нами.
Чан Чжэньюн пошатнулся, и двое полицейских тут же подхватили его под руки.
— Ну, что я говорил? Будет тебе тюремный срок. Найди там себе «старшего брата» и как следует проникнись искренними чувствами!