Глава 857. Степень отношений с противоположным полом
Ши Хоужэня, как он и «желал», наконец-то увели.
Толпа зевак постепенно начала расходиться. Сяо Инъин, не раздумывая, отправила в мусорный бак носки, которые успел обнюхать этот извращенец.
Когда всё закончилось и пришло время прощаться, Сян Нянь подошла к Чжан Яну и, потянув его за край одежды, спросила:
— Брат-чудотворец, а ты научишь меня иглоукалыванию? В следующий раз, когда маме понадобятся иголки, я смогу сделать это сама!
— Глупая девочка, маме больше не нужны иголки. Маме нужно совсем другое, — Сяо Инъин с покрасневшими глазами обняла дочь. Она твердо решила, что отныне будет окружать ребёнка только любовью и теплом.
Однако Сян Нянь покачала головой:
— Я не об этом!
— А о чём же?
— Ты ведь часто просишь папу по вечерам поставить тебе иголки? Я хочу научиться, чтобы помогать ему. Так я сниму с папы часть нагрузки. Кстати, мам, а что это за иголки такие?
Лицо Сяо Инъин мгновенно вспыхнуло:
— Это... это уколы красоты!
— О-о, тогда как научусь — буду сама тебе их ставить. Я видела, как брат-чудотворец колол, тебе совсем не было больно. А вот папа... ты после его уколов каждый раз так кричишь на весь дом...
Не успела девочка договорить, как Сяо Инъин резко зажала ей рот ладонью.
— Так, всё, нам пора! Домой!
Бедная Сян Нянь только глазами вращала — рука матери, которой та только что держала вонючие носки, едва не отправила ребёнка в глубокий нокаут.
— Эй-эй, полегче! — воскликнул Чжан Ян. — Рука-то ещё пахнет, дитя же сейчас сознание потеряет.
— Ничего-ничего, она у меня привычная, проветрится! Мы пошли, пока!
Сяо Инъин буквально уволокла Сян Нянь прочь.
Глядя им в спину, Чжан Ян лишь сокрушённо покачал головой:
— Надо же, ребёнок о матери печётся, а эта женщина себя совсем не жалеет. Если у мужика её руки из одного места, я бы и сам мог его поучить, как правильно «иголки ставить».
В этот момент к мусорному баку подошла пожилая уборщица с тележкой. Ещё не приблизившись, она начала ворчать:
— Ну и ну! Кто опять собачье дерьмо в бак кинул? Никакой культуры у людей, вонь на всю улицу!
— Ой? А это чьи такие носки хорошие выкинули?
Увидев, что старушка собирается их поднять, Чжан Ян тут же предостерёг её:
— Матушка, не трогайте. Это не носки, это то самое «собачье дерьмо», о котором вы говорили.
Старушка недоверчиво посмотрела сначала на Чжан Яна, потом на носки:
— Парень, не морочь мне голову. Это же чистый хлопок, вещь дорогая. Помню, в прошлом году старик Ван нашёл пару брендовых носков и за 50 юаней их перепродал. Ты, небось, сам на них глаз положил и хочешь у бабки добычу увести?
«Никакой благодарности за добрые намерения», — подумал Чжан Ян и тут же сменил тон:
— Эх, раскусили вы меня. Сразу видно — старый имбирь острее молодого!
Уборщица хмыкнула:
— Ещё бы! Я дорог прошла больше, чем ты мостов переехал!
— Ваша правда. Носки и впрямь отличные, выглядят как новые. Кажется, от них даже духами пахнет?
— А ну-ка, дай принюхаюсь! — Старушка схватила носок и жадно вдохнула полной грудью.
В следующую секунду она молча осела на землю, закатив глаза.
— Ой, матушка? Вы в порядке? Что, аромат так вскружил голову?
Старушка лишь слабо замахала рукой, отчаянно пытаясь глотнуть свежего воздуха.
— Понимаю, понимаю, — закивал Чжан Ян. — Этот жест означает не отказ, а просьбу не тратить слова попусту. Что ж, наслаждайтесь букетом, а я, пожалуй, поеду!
— Ты!.. — Старушка была в ярости. Знай она заранее, послушалась бы совета, а теперь перед глазами уже прабабушка покойная маячить начала.
Вернувшись в машину, Чжан Ян не стал сразу брать заказ, а решил поболтать со зрителями.
— Как вы все видели, иногда доброе предупреждение принимают за злой умысел. Поэтому, выбирая путь доброты, будьте готовы к тому, что вас не поймут. Как говорится: «Кто может быть добрым и может быть жёстким — тот праведный человек; кто не ищет проблем, но и не боится их — у того в мире нет проблем».
— Однако... — Чжан Ян посерьёзнел. — Что касается таких, как этот Ши Хоужэнь... Неважно, действительно ли у него психическое расстройство или он просто прикидывается дурачком. Если встретите подобного — не советую провоцировать его, как это делал я. Просто вызывайте полицию.
Зрители отреагировали мгновенно, чат заполнился историями.
Это точно! Не так страшны те, кто косит под психов, как настоящие сумасшедшие. На днях сидел в торговом центре в туалете, так какой-то детина вышиб дверь, вырвал у меня из рук туалетную бумагу и убежал. Я потом руки раз 10 мыл от шока.
У нас в жилом комплексе есть один такой, ещё молодой, а уже шизофрения. Возвращаюсь я как-то домой, а он в одних трусах и с тесаком для мяса у меня в квартире стоит! У жены от страха аж штаны упали. Хорошо, что я вовремя пришёл. До сих пор в холодном поту просыпаюсь — задержись я на пару минут, точно бы до смертоубийства дошло.
А я как-то в кафе сидел, зашёл мужик — не знаю, псих или нет, — просто взял мою тарелку, из которой я только два раза откусил, упаковал в пакет и ушёл.
Ой, да извращенцев сейчас пруд пруди! Пошли мы как-то вечером с бывшим парнем в парк на свидание. Я только собралась его сосиской перекусить, как из кустов выскочил мужик и сам в эту сосиску вцепился зубами! Парень так орал от боли... Вот скажите, оно того стоило? Неужели так сложно было себе нормальный хот-дог купить? Мелочные люди пошли.
Было очевидно, что в вопросах столкновения с неадекватами все проявляли крайнюю осторожность.
— Ладно, работаем дальше!
Чжан Ян выехал с парковки океанариума.
Время летело быстро. Вскоре закат окрасил облака в янтарные тона, и Чжан Ян повернул к южному входу в бизнес-центр «Фанъюань».
Это офисное здание считалось одним из самых престижных в городе Дунцзян, здесь располагались офисы многих известных компаний. Но какими бы знаменитыми ни были фирмы, люди, выходившие оттуда после рабочего дня, выглядели одинаково измотанными.
К машине подошёл мужчина в очках и с сумкой для ноутбука. На вид ему было около 30, но в волосах уже проглядывала седина.
— Здравствуйте, номер телефона заканчивается на 5562?
— Да, всё верно.
Мужчина сел в салон. Чжан Ян решил завязать разговор:
— Выглядите уставшим. Программист?
Пассажир кивнул:
— Пашу как проклятый, чистый Нюма. Хотя вот так водить машину, как вы, тоже неплохо. Наверное, прилично зашибаете в месяц?
— Да нормально. В конце концов, все мы в какой-то степени Нюма.
— Вам проще, вы на фрилансе, вас так не назовешь.
— Ошибаетесь. В этом мире никто не избежит участи Нюма. Посудите сами: крутых спецов у нас зовут «быками», тех, кто внезапно вырвался вперёд — «тёмными лошадками». Смена работы — это «прыжок из стойла», а нытьё — «плевок в кормушку». Если мы не Нюма, то кто же мы тогда?
Мужчина понимающе улыбнулся:
— А ведь в этом что-то есть. Раз мы все в одной упряжке, мне как-то спокойнее стало. Не думал, что вы в таком юном возрасте так глубоко зрите в корень. Интересно, а в делах сердечных вы так же разбираетесь?
— Любовь я всегда изучал с особым пристрастием.
— Моя девушка только что задала мне вопрос... Поможете проанализировать?
— Валяйте, что за вопрос?
— Она спросила: если разделить её отношения с другими мужчинами на уровни, то какой минимум и какой максимум я готов принять? Как думаете, что это значит? Она меня разлюбила?
Чжан Ян успокоил его:
— Не берите в голову. Если бы разлюбила, зачем бы ей вообще об этом спрашивать?
— И то верно. Но к чему тогда такие вопросы?
Чжан Ян усмехнулся:
— Если думать о хорошем, то, скорее всего, она просто хочет выяснить, какой цвет вам больше к лицу — светло-зелёный или тёмно-зелёный, чтобы присмотреть вам подходящую шляпу.