Глава 680. Красотка слишком капризная Да ей до него далеко!
Э? Что этот пацан задумал?
Что ни день, то приключения: либо я кого-то спроваживаю, либо меня пытаются спровадить, а?
Чжан Ян тут же попытался всех успокоить:
— Тише-тише, малыш. Если уж совсем никак, давай я попрошу учителя Чжэн прилечь в багажнике?
Не дожидаясь ответа Лю Цзымина, учитель Чжэн с обиженным видом выпалила:
— Лю Цзымин, ты что имеешь в виду? Я тебя хоть раз наказывала? За что ты меня так невзлюбил? Будто я какая-то матушка Жун!
— Нет, что вы...
— Тогда к чему это всё? Я что, настолько уродливая, что тебе тошно на меня смотреть?
— Вовсе нет, учитель, вы прекрасны как небожительница...
— В этих словах есть капля совести, но только капля. Раз я не страшилище, то что тогда тебя так пугает? Я выгляжу слишком суровой?
— Тоже нет...
— И то нет, и это нет. Тогда почему ты боишься на меня смотреть? С самой встречи у ворот жилого комплекса ты либо голову опускаешь, либо ко мне спиной стоишь. Говори почему! Я жду разумного объяснения!
— Да нет никакой особой причины, просто я нервничаю, когда вижу вас!
— Чего тебе нервничать? Я же тебя не съем!
Услышав это, Чжан Ян тут же вставил свои 5 копеек:
— Не бойся, парень. Пусть твой учитель лучше съест меня!
Учитель Чжэн закатила глаза и отрезала:
— А ты не встревай!
Чжан Ян благоразумно отвернулся к окну.
— На самом деле я и сам не знаю почему, — заговорил Лю Цзымин. — Это как если дворняга никогда не видела тигра, но в тот миг, когда увидит, она всё равно почувствует страх!
— То есть ты хочешь сказать, что я — тигрица?
— Я просто привел пример.
— Примеры всегда идут из подсознания. Если бы ты не считал меня тигрицей, разве пришел бы тебе в голову такой пример? Почему бы не сказать: «Как простой смертный трепещет перед спустившейся с небес феей»?
— Я...
Учитель Чжэн покачала головой, не давая Лю Цзымину оправдаться:
— Что «я»? Никак не ожидала... Я тружусь не покладая рук, вкладываю в тебя знания, а ты называешь меня тигрицей. Слышишь этот звук?
— А? Какой звук?
— Звук моего разбитого сердца!
«Вот же блин!» — подумал Чжан Ян, и по его лицу пробежала тень.
Сначала он решил, что у пацана социофобия или просто благоговейный трепет перед учителем. Но теперь стало ясно: парень просто в ужасе от того, какая она капризная и драматичная!
— Кхм, позвольте вставить слово. Даже если это подсознание, он ведь назвал себя дворнягой!
— А тебя кто спрашивал? И что не так с дворнягой? Дворняги — милейшие создания! А тигрицы? Властные, свирепые, не знающие логики. Я что, по-твоему, из тех, кто не слушает голос разума? Ну, скажи!
Чжан Ян лишился дара речи. В этот момент ему больше всего на свете хотелось, чтобы пассажирское сиденье просто катапультировалось из машины.
Пока он мямлил, не зная, что ответить, Лю Цзымин быстро сообразил:
— Учитель, простите, я был неправ. Давайте я перескажу: это как если бы дворняга никогда не видела фею, и в тот миг, когда она встречает спустившуюся с небес нежную, прекрасную, благородную и во всех смыслах идеальную небожительницу вроде вас, она тоже начинает жутко нервничать. Так пойдет?
— Вот это уже другое дело. Ладно, скоро начало учебного года, ты все задания на каникулы выполнил?
— Почти...
— Ты хоть понимаешь, что «скоро» уже наступило? Столько времени прошло, а ты всё не закончил? Поторапливайся, ясно тебе?
— Ясно, — ответил Лю Цзымин, понурив голову.
После этой взбучки Чжан Ян больше не решался вставлять реплики и сосредоточился на дороге.
Вскоре, следуя указаниям учителя Чжэн, Чжан Ян припарковался у восточного входа на площадь Датан.
— Пока! Увидимся в школе!
Лю Цзымин с улыбкой махал рукой, но сквозь зубы процедил:
— Уезжай быстрее!
На этот раз Чжан Ян не стал ждать конца фразы и с силой вдавил педаль газа. Машина рванула с места.
— Ого! Шеф! Вы меня прямо на тот свет отправить решили! — Лю Цзымин вцепился в поручень.
Чжан Ян усмехнулся:
— А ты, я погляжу, не такой уж и социофоб. Почему ты так боялся учителя? Из-за того, что она слишком любит драму?
— А? Вы про учителя Чжэн?
— А про кого же еще!
— Да нормально всё. Ей до моего отца — как до Луны пешком!
— Чего? Твоего отца? — Чжан Ян округлил глаза, сомневаясь, не ослышался ли он.
Лю Цзымин очень серьезно кивнул:
— Ага. Перед моим батей все капризы учителя Чжэн — это просто детский лепет.
Чжан Ян проникся к пацану глубочайшим уважением:
— Не ожидал... В таком юном возрасте ты уже прошел столь суровую школу жизни?
Зрители в чате тоже не остались равнодушными.
Сильно, ничего не скажешь. Нынешние дети настолько суровы? Если бы меня так воспитывали в детстве, я бы сейчас не страдал от выкидонов своей девушки.
Мой парень такой же, как этот малый — прошел домашнюю закалку. Однажды я спросила его: «Тебе не кажется, что я слишком много капризничаю?». А он ответил, что мне до его матери еще расти и расти.
Где выдают таких парней? Или их надо бронировать заранее?
Тем временем в машине Лю Цзымин с видом человека, познавшего жизнь, философски заметил:
— Это еще цветочки. Иногда мне хочется, чтобы родители родили еще одного ребенка. Одному мне с этими двумя справляться уже не под силу!
Глядя в полные тоски глаза Лю Цзымина, Чжан Ян тяжело вздохнул:
— Братишка, по лицу вижу — судьба у тебя горькая. Но не переживай: ко всему привыкаешь, даже к горечи.
Чжан Ян подъехал к южному входу площади Датан. Лю Цзымин указал пальцем:
— Тот мужчина в белой футболке и синих джинсах — мой папа.
Чжан Ян присмотрелся: мужчина увлеченно листал что-то в телефоне. Только когда машина остановилась прямо перед ним, он поднял взгляд.
Лю Цзымин вышел из машины. Глядя на приближающегося отца, он хотел о многом его спросить.
— Пап!
Едва он открыл рот, как лицо мужчины преобразилось:
— Сколько раз тебе повторять? Называй меня «Красавчик»!
— Хорошо-хорошо, Красавчик. Можно мне кое-что спросить?
— Спрашивай!
— Это ты подговорил учителя Чжэн прийти и напомнить мне про уроки? Я только из дома вышел, как наткнулся на неё. И она тоже ехала на площадь Датан, да еще и подсела в такси, которое ты мне вызвал. Ты хоть знаешь, что я всю дорогу был под «жестким контролем»?
Мужчина на мгновение задумался, а затем выдал:
— То есть вы встретились, и ты теперь подозреваешь, что я подстроил тебе ловушку?
— Во-первых, учитель Чжэн не живет в нашем комплексе. Во-вторых, время, когда ты вызвал мне машину, подозрительно совпало с её появлением. Слишком много случайностей, вот я и уточняю.
— Ну и что, что случайности? Что с того, что встретились? Да, машину вызвал я. И ты на этом основании смеешь подозревать невинного Красавчика? Тем более что этот Красавчик — твой отец!
Лю Цзымин вздохнул:
— Прости, Красавчик!
— И это всё? Просто «прости»? Ты только вышел из машины и сразу начал меня обвинять. А еще твердил, что любишь меня! Вот так ты меня любишь?! За что мне всё это, горе мне горемычному!
Глаза мужчины покраснели, и он демонстративно отвернулся.
Лю Цзымин тут же подскочил к нему:
— Красавчик, я виноват! Я просто спросил, ничего такого не имел в виду...
— Если ничего не имел в виду, зачем тогда спрашивал? Лю Цзымин, я тебе так скажу: ты меня глубоко ранил. Я тебя растил, чтобы ты мне нервы мотал? Погоди, я сейчас всё матери расскажу! Раз ты меня обвиняешь, сегодня тебе придется за это поплатиться!
Лю Цзымин простонал:
— Я просто чудовище!
В это время в машине у Чжан Яна дернулся уголок рта:
«Твою мать... Какой там учитель? Перед его папашей я — просто зеленый новобранец!»