Глава 508. Верность истокам любовь способна на всё!
Чжан Ян с невозмутимым видом произнёс:
— Чего ты паникуешь? В рисовании важна техника. Как говорится, сначала рисуешь кости, потом плоть, а в самом конце — одежду.
Про «сначала рисуешь кости» слышали многие.
Но вот про «одежду в самом конце» — это было что-то новенькое.
Чжоу Сяосяо посмотрела на него с сомнением:
— Я в искусстве не сильна, так что не вздумай меня дурить!
— Зачем мне тебя дурить? Все великие мастера так пишут. А те, кто делают иначе, звания мастера не достойны.
Репутация: +1 +1 +1 +1...
Я занимаюсь живописью 20 лет и подтверждаю: Стример говорит правду. У этой техники даже есть свои школы. Я вот из «Школы Хулиганов», интересно, к какой принадлежит Стример?
Я из «Школы Бесстыдников»!
Да плевать на школы, покажите уже рисунок! Я хочу взглянуть, нет ли там каких изъянов. Ученье — свет, давайте учиться друг у друга и вместе прогрессировать.
Точно-точно, нужно обмениваться опытом. В портрете главное — это взгляд. Я хочу посмотреть ей в глаза, и больше никуда. Честно-честно.
Зрители изгалялись как могли, надеясь хоть краем глаза увидеть шедевр.
Но разве Чжан Ян мог этого не понимать?
Чжоу Сяосяо всё ещё терзали смутные сомнения:
— По-моему, ты только что рисовал совсем не так. Разве ты не начал с базового тона?
— Верно!
— Ну вот. Сначала тон, потом кости, а потом уже человек.
— Но ты, кажется, кости не рисовал...
— В смысле? Не веришь мне? Ладно, тогда вообще рисовать не буду! — Чжан Ян демонстративно свернул набросок, чувствуя небывалое удовлетворение.
— Эй! — Чжоу Сяосяо опешила. — Погоди, ты должен дорисовать одежду. Нельзя просто так это унести.
— Мне-то что, я не против.
— А ты не против, зато я против!
— Раз ты против, признаёшь свою ошибку?
Глядя на рисунок в руках Чжан Яна, Чжоу Сяосяо окончательно сдалась:
— Я... я была неправа...
— В чём именно?
— Ах ты, паршивец... — Чжоу Сяосяо невозмутимо достала наручники. — Моя ошибка в том, что я не вытащила это раньше.
Чжан Ян даже бровью не повёл:
— Даже если ты их достанешь, я всё равно не буду рисовать.
— Не нарисуешь — не подам рапорт на твою премию!
— Не подашь рапорт — я точно не пририсую одежду! А если я её нарисую, ты просто обязана выхлопотать мне награду! — Вот всё и вернулось на круги своя. С этими словами Чжан Ян снова взял в руки карандаш.
— Вот это другой разговор, — Чжоу Сяосяо убрала наручники.
Снова взглянув на набросок, она почувствовала, как сердце забилось чаще, а к щекам прилил жар.
— Давай быстрее, или отдавай бумагу мне.
— Куда ты спешишь? Тут нужна тонкая работа. Нужно, чтобы размер идеально подошёл. Кстати, какого цвета и фасона должно быть бельё?
— Что?! Ты, блин, собрался одежду по одному слою накладывать?! — Чжоу Сяосяо, не говоря ни слова, выхватила рисунок и разорвала его в клочья. — Всё, обойдёшься!
— Ну вот, опять ты разнервничалась. А ведь это было моё выстраданное творение. И не вздумай бросать обрывки в корзину. Твои коллеги вернутся и наверняка попытаются их склеить.
Чжоу Сяосяо призадумалась, поняла, что он прав, и скрылась в туалете. Вскоре оттуда донёсся шум сливного бачка.
Шутки шутками, а дело делом.
Как только с уликами было покончено, в кабинет зашёл офицер с хорошими новостями.
— Капитан Чжоу, подозреваемый задержан! На первом же допросе во всём сознался. Это действительно тот подонок!
— Отлично!
Чжоу Сяосяо просияла. Камень, давивший на сердце больше недели, наконец-то исчез.
— В раскрытии этого дела твоя заслуга огромна. Завтра же подам рапорт на твою премию.
— Благодарю. Как-нибудь выберу время и дорисовываю твой портрет, а пока мне пора, — видя, что в отделе началась суматоха, Чжан Ян решил ретироваться.
— Хорошо, провожать не буду!
— Идёт. Только не забудь, что обещала!
— Не волнуйся, завтра же с утра займусь рапортом.
— Я не про это. Ты же сама только что согласилась: в другой раз я продолжу тебя рисовать!
— Ладно! Ловлю на слове! — Чжоу Сяосяо не стала отказываться. В конце концов, это было в её власти.
Получив подтверждение, Чжан Ян вышел на улицу. Ночной ветерок приятно холодил кожу. На ходу он просматривал чат — зрители в один голос твердили, что Чжоу Сяосяо снова поймала его на крючок, как глупую рыбешку.
— Ребята, верьте или нет, но в любой профессии важно не забывать о своих истоках. Вот я, хоть и стал мастером, всё равно иногда хочу глубокой ночью взять кисть и, как робкий первокурсник на первом уроке натуры, запечатлеть каждую улыбку и взгляд на бумаге... а потом хорошенько выспаться.
Ха-ха-ха, «хорошенько выспаться» — вот она, ключевая фраза!
Стример прав. Я тоже никогда не забываю о своих истоках. В юности я по глупости просто хотел бабу. Теперь я вырос и хочу только денег. Потому что жизнь научила: только когда есть деньги, можно найти бабу.
А мне кажется, женщины вообще не уважают чужие принципы. Взять мою бывшую. Как-то она спросила: если бы у меня было 100 юаней, сколько бы я ей отдал? Я сказал — 99. Она спросила: а если бы у меня был 1 миллион? Я ответил — всё те же 99. И она со мной рассталась! Вот пойми их: я верен своим принципам, а ей всё мало?
Жиза. Когда нам было по 18, она мне отказала. Теперь нам по 30, она нашла меня и говорит, что готова быть вместе. Смешно. Мои вкусы не изменились: мне всё так же нравятся 18-летние.
Закрыв приложение для заказов, Чжан Ян вернулся в свои апартаменты и продолжил общаться со зрителями.
Время пролетело незаметно, наступила глубокая ночь.
Чжан Ян зевнул:
— Последний гость на сегодня. Прошу.
Экран разделился, и в кадре появилась девушка с покрасневшими глазами. Благодаря фильтрам она выглядела как настоящая лесная фея.
— Привет, красавица.
— Стример, а любовь правда может превратиться во что угодно?
Чжан Ян на мгновение растерялся:
— В каком смысле?
— Сегодня я была на свадьбе подруги. Она рассказала, что накануне написала сообщение в мессенджер своей покойной бабушке. Попросила её, если та всё видит, обернуться бабочкой и прилететь на церемонию. И представляете, сегодня во время свадьбы действительно появилась бабочка! Она даже села ей на голову. В тот миг я почувствовала, что бабушка действительно пришла. Это так чудесно!
Как человек, обладающий навыком свадебного ведущего, Чжан Ян прекрасно знал, как это делается. Немного аттрактанта для насекомых — и любая бабочка сделает то, что нужно.
Но он не хотел разрушать сказку. Он считал, что каждому человеку нужна вера в любовь.
Задумавшись, Чжан Ян отрешённо посмотрел в окно:
— Я верю. Всегда верил. Дедуля, если ты по мне соскучишься, обернись «Майбахом» и приедь ко мне, ладно? Спасибо.
Хех, а ты вежливый. Дедушка, а ты можешь обернуться «Роллс-Ройсом» и навестить меня? Заранее благодарю.
Брат выше, я-то верю, но боюсь, у твоего деда в карманах пустовато для таких превращений.
Бабуля, если соскучишься, превратись в 100 миллионов наличными и явись мне.
Бабушка: «Внучок мой дорогой, я бы рада, я ведь прямо за твоей спиной стою. Но явиться боюсь — принесу тебе ритуальных денег из преисподней, ты же их потратить не сможешь. А другого у меня ничего и нет».
У меня друг женился, так в день свадьбы вокруг него шершень кружил. В итоге так отделал, что лицо как у свиньи стало. Интересно, в кого это предок превратился, раз такой злой был?