Глава 485. Замени проводить на спать , и я подумаю!
Голос Чжан Яна звучал звонко и уверенно. Глядя на остолбеневшего Цянь Сяоцзя, Цзяо Мэй чувствовала небывалый подъем.
— Так тебе и надо! Будешь знать, как пытаться усидеть на двух стулках. Теперь всё, твоя птица счастья улетела! — злорадствовала она.
Чжан Ян усмехнулся:
— Глупая ты, улетела не птица, а целое гнездо.
— А? — Цзяо Мэй не сразу поняла, на что он намекает.
— Куда едем дальше? — спросил Чжан Ян.
— В жилой комплекс «Сэнши Хаотин», — ответила девушка и тут же набрала номер. — Инъин, ты дома?
— Дома, — раздался голос из трубки. — С чего это ты вдруг решила мне позвонить? По идее, женщина, у которой есть парень, в такое время должна вовсю наслаждаться романтикой!
— Ой, и не говори... Мы только что расстались!
— Ты шутишь? Сегодня же не 1 апреля!
— Какие уж тут шутки. Можно я у тебя поживу какое-то время?
— Конечно! Ты сейчас приедешь?
— Уже в пути, на месте всё обсудим.
Через 15 минут они были у 8-го корпуса «Сэнши Хаотин». Чжан Ян подхватил по чемодану в каждую руку и поднялся на нужный этаж.
Когда Цзяо Мэй постучала, дверь открыла молодая женщина с длинными прямыми черными волосами, одетая в бежевый топ на бретельках. С первого взгляда она производила впечатление спокойной, искренней и скромной натуры — из тех «соседских девчонок», в которых за внешней простотой скрывается глубокий внутренний мир.
Женщина мгновенно обратила внимание на спутника подруги:
— А это что за красавчик-атлет?
— Водитель такси, — пояснила Цзяо Мэй. — Сегодня он меня здорово выручил.
Хозяйка дома с облегчением выдохнула:
— Фух, напугала. Я уж думала, это твой новый парень.
— О чем ты только думаешь? Я что, похожа на такую ветреную особу? Я даже когда он болел, его не бросала, так что об измене и речи быть не могло.
— Цянь Сяоцзя? И чем же он болел?
— Ревматизмом ног... Из-за него у меня через день губы и язык немели...
Девушки зацепились языками, обсуждая всё подряд: от встречи с Чжан Яном и покупки кольца до того, как Цянь Сяоцзя поймали на месте преступления и как он в итоге остался у разбитого корыта.
Видя, что их беседа может затянуться до утра, Чжан Ян подал голос:
— Раз вопросов больше нет, я, пожалуй, пойду. Может, рассчитаемся за поездку?
— Ой, извините! Совсем заболтались. Сейчас переведу деньги.
— Куда вы так спешите? Отдохните немного, я сейчас фрукты помою, — хозяйка дома проявила неожиданное рвение. После рассказа Цзяо Мэй её симпатия к Чжан Яну резко возросла.
Пока Цзяо Мэй переводила оплату, Лян Ин принесла тарелку с виноградом и с улыбкой спросила:
— Мастер, а вы ведь симпатичный. Девушки, небось, нет?
— Как вы догадались?
— Сегодня же праздник Циси. У кого есть пара, тот в такой день заказы не возит.
— И то верно!
— Как говорится, вы один, я одна... Зачем зря время тратить? Назови меня «милой», позови в жены, и каждый следующий Циси я буду проводить с тобой.
У Цзяо Мэй от такого напора глаза на лоб полезли:
— Ты это серьезно?!
Однако Чжан Ян остался невозмутим:
— Проводить Циси — скука смертная. Вечно эти покупки... Вот если ты одно слово в предложении заменишь, я, может, и подумаю.
— Какое слово?
— Замени «проводить» на «спать». Ты спишь одна, я сплю один — зачем зря время тратить? Назови меня «милым», позови мужем, и каждую следующую ночь я буду спать с тобой.
— Вот же наглец! Решил на халяву всё получить? Мечтать не вредно!
— Ну, тогда нам не о чем договариваться. Поеду я дальше баранку крутить. Бывайте! — Чжан Ян помахал рукой и вышел.
Цзяо Мэй проводила его до двери. Когда он ушел, Лян Ин задумчиво произнесла:
— Погоди-ка... Давай вернемся к твоему Цянь Сяоцзя. Что-то мне подсказывает, что никакой это не ревматизм.
— А что тогда?
— Обычная импотенция или преждевременный финиш. Тот анестезирующий спрей он, может, и брызгал на «ногу», но явно не на ту, на которой ходят.
— Твою мать! Теперь я поняла! Вот почему у меня рот немел!
Двери лифта плавно закрылись, и голоса подруг стихли.
Вернувшись в машину, Чжан Ян снова запустил приложение. Заказов пока не было, и он решил пообщаться со зрителями своего стрима.
— Заказов нет, так что давайте немного поболтаем. Поговорим о тех самых спреях для местной анестезии. На рынке полно подобных штук: и кремы, и мази. Как бы они ни выглядели, эффект онемения у них неплохой, но они лишь маскируют симптомы, не решая проблему.
Чжан Ян сделал паузу и продолжил:
— Более того, при длительном использовании возникают побочные эффекты: головокружение, аритмия, мышечный тремор и прочее. Поэтому, если в постели что-то идет не так, нужно во-первых, признать проблему, а во-вторых, вовремя обратиться к врачу. Нельзя заниматься самолечением — так вы одурманиваете и себя, и свою девушку.
Стример дело говорит! Если есть проблемы — идите в больницу. У моего мужа был легкий геморрой, он купил какую-то мазь в интернете. Мазал несколько дней — толку ноль. Пошел ругаться в поддержку, а ему говорят: «Ваш заказ еще в пути». Он посмотрел на тюбик, а это крем для обуви! Три дня задницу гуталином мазал!
Сестра, ты же главное пропустила! Надо было еще щеткой пройтись для блеска!
У меня соседка тоже хороша. У внука простуда была, так она сама решила его лечить. Хорошо, вовремя заметили, а то она бы его долечила до конца...
Бип-бип!
Пришел новый заказ.
— Всё, заканчиваем разговоры. По коням! — объявил Чжан Ян.
Время шло. Чжан Ян колесил по улицам и переулкам, и незаметно наступил вечер. Однако жара и не думала спадать — земля дышала зноем, словно огромная пароварка.
— Здравствуйте, мы приехали в ЖК «Сыцзи Юньдин». Пожалуйста, не забывайте свои вещи, — Чжан Ян плавно остановил машину у обочины.
— Спасибо! — пассажир вышел.
Еще один заказ выполнен.
Чжан Ян отхлебнул воды. Пока он ждал следующего вызова, его взгляд упал на худого, изможденного старика вдалеке. Тот стоял у дороги с потерянным видом. Его черная футболка насквозь пропиталась потом. Старик то и дело робко махал проезжающим машинам, пытаясь поймать такси.
Увидев это, Чжан Ян закрыл приложение и подъехал к нему.
— Отец, вам такси нужно?
Старик с глубоко запавшими глазами неловко кивнул:
— Сынок, не подскажешь, где тут у вас ядохимикаты продают? Ну, от насекомых?
— На улице Чжэнъян есть магазин. Садитесь, я вас подброшу.
— Спасибо тебе! — старик вытащил измятую купюру в 100 юаней. — Сколько с меня?
— Да там выйдет юаней 15–16. Спрячьте пока деньги, на месте разберемся, — ответил Чжан Ян.
Старик кивнул.
Когда машина тронулась, Чжан Ян завел непринужденный разговор:
— А зачем вам отрава?
— Да дома дерево фруктовое вредители поели, надо бы опрыскать.
— Понятно. Только вот выглядите вы неважно... Тяжело, небось, за садом-то ухаживать?
— Не могу без дела сидеть. Пока живу — надо работать.
— Вам, наверное, и в еде приходится ограничивать себя?
Старик снова кивнул:
— Нельзя острое, раздражающее... Жирное тоже не идет, плохо переваривается. Старость — она такая, то одно болит, то другое.
— У всех так. Кто к старости без болячек доживает?
Так, за разговорами, они быстро доехали до магазина семян и удобрений на улице Чжэнъян.
— Отец, приехали. Вот он, магазин.
— Сколько я должен?
— У меня сдачи не будет с такой крупной бумажки. Давайте я с вами зайду, они разменяют, и тогда отдадите.
— Хорошо.
Они вошли внутрь. В помещении гудел напольный вентилятор, но прохлады от него почти не чувствовалось.
Хозяйка магазина, женщина средних лет, сидела за прилавком и листала ленту в телефоне.
— Здравствуйте. Что подсказать? — спросила она, не отрываясь от экрана.
— Мне бутылку дихлофоса, — глухо произнес старик.
— Хорошо, с вас 20 юаней, — женщина обернулась и сняла с полки флакон с ядом.
Чжан Ян мельком взглянул на этикетку, а затем внезапно спросил:
— А он на вкус не слишком острый? Хорошо переваривается?