Глава 443. Ты, парень, действительно мастер слова
Чжан Ян, не отрываясь, гипнотизировал экран компьютера. Стоявший рядом Гэ Хань не выдержал и кашлянул:
— Тебе не кажется, что стоит... ну, отвернуться?
— А? — Чжан Ян вскинул брови, изображая крайнее удивление.
— Есть ли в этом смысл? Скажу тебе как на духу: я тоже мастер, причём высочайшего класса. Не веришь — у них спроси. Я смотрю не из праздного любопытства, а исключительно с профессиональной точки зрения. Хочу понять, почему после стольких сеансов нет результата. То ли дело в отсутствии накопительного эффекта, то ли техника массажа в корне неверна. Впрочем, если настаиваешь, я могу и не смотреть.
Фан Сюй, опустив голову, едва слышно прошептала:
— Можешь смотреть.
— Вот и славно. Мы здесь ради лечения, а для настоящего мастера нет разницы между мужчиной и женщиной, — отчеканил Чжан Ян и снова прилип к монитору.
Зрители, которые не видели картинки, буквально закипали от негодования в комментариях.
Ах ты, бесстыжий старый лис! Быстро поверни камеру! Я тоже мастер, давайте анализировать вместе!
Я вообще гермафродит, мне в этом плане всё равно, на кого смотреть!
Я уже и салфетки приготовил, а ты заставляешь меня смотреть в стену?
Народ негодовал, но поделать ничего не мог.
Тем временем Чэнь Цзыюань включил одну из записей. Чтобы не упустить ни единой детали, Чжан Ян подался вперёд.
На видео Фан Сюй и Чжао Лидун один за другим зашли в кабинет.
— Сначала переоденьтесь, а я пока всё подготовлю, — произнёс Чжао Лидун, приступая к приготовлениям.
Фан Сюй скрылась в раздевалке в углу комнаты. Спустя мгновение она вышла в специальной одежде для процедур — очень свободном одеянии, напоминающем ночную сорочку, с молниями спереди и сзади.
Она легла на массажный стол.
— Начинаем, — сказал Чжао Лидун, расстегнул молнию на груди и положил сверху горячее полотенце.
Прошло 10 минут. Чжан Ян наконец отвёл взгляд от монитора.
Всё это время — от прогревания до самого массажа — он внимательно следил за процессом. Оставив в стороне технику, он не мог не признать: одежда была продумана гениально. Когда массировали верх, низ оставался надёжно прикрыт, и наоборот. Весь процесс Фан Сюй выглядела так, будто на ней просто платье с глубоким декольте. Приватность соблюдалась безукоризненно.
Как говорится, знаток смотрит на суть, а дилетант — на обёртку. Заметив, что Чжан Ян, кажется, пришёл к какому-то выводу, Фан Сюй с надеждой спросила:
— Ну как? Что скажете?
— Профессионально. Очень профессионально. Лучшее, что я видел.
Услышав это, Чжао Лидун самодовольно выпятил грудь:
— Ещё бы! Я золотой мастер нашего салона, моя техника безупречна!
Чжан Ян одарил его холодным, полным безразличия взглядом:
— А я разве о тебе говорил?
Чжао Лидун осекся и пробормотал:
— В комнате из мастеров был только я. О ком ещё могла идти речь?
— Я говорил об одежде. Эти молнии спереди и сзади... Куда бы ты ни полез, всё лишнее скрыто от глаз. Я 10 минут пялился в экран, и у меня было чувство, будто там всё замазано цензурой. Вот это я называю профессиональным подходом к защите клиентки.
— Э-э... — Чжао Лидун замер, чувствуя себя униженным. Оказалось, он в глазах эксперта ценился меньше, чем кусок ткани. — Я вообще не понимаю, чем вы занимались эти 10 минут? Просто на тряпки смотрели? А как же техника?
— Я бы и рад на неё посмотреть, да только смотреть там не на что. Техника у тебя паршивая. На точки не давишь, силы в руках нет. Например, когда делаешь подтяжку — ты просто поглаживаешь кожу. А нужно подхватывать и тянуть вверх всю массу груди. Понимаешь ты, бестолочь?
Чжао Лидун окончательно сник. Он хотел было съязвить, но понял, что нарвался на настоящего эксперта.
Фан Сюй, услышав столь точный и профессиональный разбор, тут же загорелась:
— А вы могли бы сделать мне массаж? Я хочу записаться именно к вам!
Глядя в её полные надежды глаза, Чжан Ян вздохнул:
— Дело не в том, что я не хочу. Просто в твоём случае результат будет, мягко говоря, скромным, да и времени потребуется уйма. Если честно, если не считать этих двух моментов, ты почти идеальна. Считай, что твоя нынешняя форма — это такая природная маскировка.
Зрители, которые только что сочувствовали, теперь покатывались со смеху.
Ха-ха, посмотрите на его лицо!
Стример, ты, я смотрю, в совершенстве овладел великим и могучим. Умеешь «похвалить»!
Простите, я отвлекся. О каких двух моментах он сказал? Эффект не тот и времени много надо? Есть тут знатоки, расшифруйте подтекст?
Фан Сюй немного расстроилась, но высокая оценка Чжан Яна всё равно польстила её женскому самолюбию.
Через полчаса все видео были просмотрены на перемотке. Действия Чжао Лидуна были абсолютно законными и пристойными. Никаких намёков на то, о чём он хвастался Гэ Ханю в сообщениях, не обнаружилось.
Закончив просмотр, Гэ Хань бросил на Чжао Лидуна свирепый взгляд, а затем с бесконечным раскаянием повернулся к Фан Сюй:
— Прости меня... Я был идиотом.
— Ладно, кино закончилось. Теперь пройдёмте с нами, — Чэнь Цзыюань достал наручники.
Гэ Хань готов был локти кусать от досады. Он рухнул на колени перед Чжан Яном, обливаясь слезами:
— Брат, я виноват! Бес попутал, клянусь! У-у-у...
Чжан Ян остался холоден:
— Ты взрослый человек и должен был понимать последствия своих действий. К тому же ты пытался втянуть невиновного. Тебе повезло, что я успел увернуться и никто не пострадал. Это квалифицируется как покушение на причинение тяжкого вреда здоровью. Для неоконченного преступления предусмотрено смягчение наказания, так что признавай вину, и проблем будет меньше.
— Спасибо! Спасибо большое! Я во всём признаюсь! — Гэ Хань рыдал от благодарности.
— Уводите, — скомандовал Чэнь Цзыюань.
Полицейские покинули здание, Фан Сюй тоже отправилась в участок для дачи показаний. Чжан Ян вернулся в машину. Вспоминая произошедшее, он невольно вздохнул.
— Ну что, народ, видели? Никогда не рубите с плеча. Сначала во всём разберитесь, не позволяйте недопониманию разрушить вашу жизнь. Как говорится: встретил красавицу — не спеши в кровать, сначала проясни всё — для здоровья полезней!
Золотые слова! В прошлом месяце встретил в баре грустную красотку. Подсел, разговорились, выпили... Слово за слово, поехали в отель. И вот, когда мы уже перешли к «глубокому анализу», я возьми и спроси: «А ты свободна?». Она будто протрезвела в миг, оттолкнула меня, буркнула «извини», оделась и ушла. До сих пор локти кусаю. Ну почему я не мог спросить об этом ПОСЛЕ?!
Брат сверху, забудь уже, столько времени прошло. Даже если бы у вас всё случилось, не факт, что это к добру. Вот я тоже в баре познакомился, всё прошло гладко, в отель попали... Но та ночь была такой изматывающей, что я только на следующий день к вечеру встать смог.
Эх, недопонимания — это зло. У меня была девушка, всё было супер, пока мы не переспали. После первой же ночи она назвала меня извращенцем и бросила. Я вообще не понял, за что. Спросил — не говорит. Понял всё только со следующей подругой. Когда я попытался повторить тот маневр, она меня оттолкнула и как заорёт: «Ты что, дерьма там ищешь?!». Вот тогда-то до меня и дошло, что я просто входом ошибся...