Глава 28. Прийти поесть и перевернуть чужой стол — в этом весь Цзян Юань!
【Братцы, до меня дошло! Эта палатка с шашлычками — явно непростое место!】
【Это видно и без твоих комментариев, любой зрячий поймёт.】
【Нет, я всё равно не понимаю, как какая-то шашлычка могла до такой степени напугать этих стариков?】
【А я вот недавно ездил в пансионат, хотел забрать деда домой, так он наотрез отказался. Глядя на всё это, кажется, я начинаю понимать почему…】
【Просто нет слов! Я-то думал, что в пансионатах живут одинокие и несчастные старички, а оказывается, их жизнь куда насыщеннее, чем мы можем себе представить.】
【Бедность ограничивает наше воображение. Забавный факт: мы пашем как проклятые, но наши зарплаты могут быть меньше, чем пенсии этих дедушек и бабушек…】
【Прямо в сердце ранил, брат!】
• • •
Санитарка заботливо укрыла ноги Цзян Юаня пледом.
Когда они проезжали мимо поста дежурных, оттуда как раз вышла старшая медсестра, закончившая вечерний обход. Она собиралась домой, уже взяла сумочку и зашла в лифт. Следом за ней в кабину закатилось инвалидное кресло. Увидев в нём молодое и симпатичное лицо, старшая медсестра сразу помрачнела. Она отлично помнила Цзян Юаня. Это же новый главный скандалист их пансионата!
Цзян Юань не проронил ни слова. Он лишь молча откинул плед, укрывавший его ноги.
Под ним оказался целый ящик «бульона».
Глаза старшей медсестры полезли на лоб. Вспомнив, как днём Хэ Мяо и Цзян Юань заговаривали зубы другой медсестре, она заставила себя промолчать. Да ладно. Цзян Юань — молодой и крепкий парень.
Даже если он любит выпить «бульончика», у пансионата нет никакого права ему запрещать. Старшая медсестра сделала глубокий вдох и подавила рвущееся наружу раздражение. Как ни крути, Цзян Юань — их клиент. Она не может просто так срывать на нём злость.
— Старшая медсестра, тут только что произошло кое-что очень странное… Дело вот в чём…
Компания вышла из лифта. Санитарка, вспоминая сцену массового бегства стариков, никак не могла отделаться от ощущения, что что-то не так. Она доверчиво пересказала старшей медсестре всё, что случилось.
Не успела она закончить, как лицо старшей медсестры почернело! В отличие от молодых девчонок, старшая медсестра имела богатый и выдающийся опыт работы во многих домах престарелых. Другими словами, все стандартные уловки и хитрости дедов и бабок она знала как свои пять пальцев.
И хотя она пока не знала, что именно не так с этой палаткой с шашлычками… Но раз реакция стариков была такой бурной, значит, там точно кроется какой-то секрет, который они ни за что не хотели бы раскрывать персоналу пансионата.
Подумав об этом, старшая медсестра глубоко вздохнула. Добровольная переработка!
— Палатка с шашлычками, говорите? Я схожу с вами…
Санитарка не поняла, с чего вдруг начальница приняла такое решение, но, заметив её мрачное лицо, серьёзно кивнула:
— Хорошо, я знаю, где она находится. Я покажу дорогу.
Она покатила кресло Цзян Юаня вперёд. Старшая медсестра с хмурым лицом последовала за ними.
Однако… В объективе камеры высокого разрешения от съёмочной группы было отчётливо видно: услышав решение старшей медсестры, Цзян Юань улыбнулся ещё шире!
【Братцы, опираясь на свой опыт наблюдения за этим типом, скажу: Цзян Юань точно задумал какую-то пакость!】
【Разве это не его обычный стиль? Когда это он жалел дедушек и бабушек?】
【Цок, даже если у дедов есть какой-то секрет, пансионат им это запрещает ради их же здоровья. Цзян Юань всё правильно сделал, что сдал их!】
【Столько стариков ему доверяли, а этот пёс вообще ничего человеческого не делает.】
【Вы что, до сих пор не поняли? Этот пёс злопамятный. Его напугала толпа стариков, и он решил немедленно им отомстить.】
【Ещё бы! Дедушка Хэ всего-то ляпнул в коридоре, что у Цзян Юаня деликатный недуг, а тот в ответ приволок ему ящики с китайским лекарством. Бедный дед!】
【И что самое жалкое, дед до сих пор думает, что в бутылках «бульон»…】
【Как жаль… На старости лет так повестись на развод молодого сопляка…】
Примерно через три-пять минут, когда Цзян Юань и его сопровождающие приблизились к выбранной палатке…
Они увидели, что в шашлычной полным-полно дедушек и бабушек в униформе дома престарелых «Красный закат». С невытертым маслом на губах они ошарашенно уставились на Цзян Юаня и стоящую за ним старшую медсестру, чьё лицо было чернее котелка.
Спустя несколько секунд старики в панике повскакивали с мест, бросая стоюаневые купюры, и бросились врассыпную.
Жаль только… ноги у многих были ни к чёрту. Не успели колясочники отъехать и на пару метров, как старшая медсестра их настигла.
В воздухе звонко разносились имена стариков, которые выкрикивала старшая медсестра. Глядя на опустевшую за одну минуту шашлычную, Цзян Юань удовлетворённо кивнул:
— Я так и знал! Обожаю это чувство: платишь копейки, а выкупаешь всё заведение целиком! В такой тишине даже в шашлычной можно почувствовать себя как в пятизвёздочном ресторане.
Санитарка: «…»
Оператор съёмочной группы: «…»
【???】
【!!!】
【Погодите, какой наивный старик вообще сдал этому псу их секретную базу?】
【Тебя позвали поесть, а не столы старикам переворачивать!】
【Мне даже жаль этих пожилых людей стало. Говорят, старый имбирь острее, но Цзян Юань уделал их всех.】
【Самое свинское — это его последняя фраза. Просто не хотел есть в толпе, вот и лишил владельца бизнеса клиентов…】
【ХА-ХА-ХА-ХА! Я вижу хозяина шашлычной!】
【Хозяин: огромный, жирный и абсолютно беспомощный!】
【Братан, жирным его называть было не обязательно…】
С помощью санитарки Цзян Юань заехал на территорию шашлычной. Игнорируя убийственный взгляд владельца, он громко крикнул:
— Хозяин! Пятьдесят шампуров баранины, и чтобы жирка было побольше, обожаю жирное мясо!