Глава 27. Убьют за такие разговоры во сне — сам будешь виноват!
— Один лотерейный билет принёс всего миллион… Цок! Вот бы выиграть сто миллионов, тогда бы я мог лежать в доме престарелых до самой смерти!
Спящий мужчина перевернулся на кровати и, нахмурившись, забормотал во сне.
Миллиона тебе мало?! Ты ещё и сто миллионов хочешь!
Все собравшиеся у 206-й палаты, от мала до велика, услышав это бормотание, невольно сжали кулаки. Да вашу ж мать! Что это вообще за человек? Как можно напрашиваться на кирпич, даже когда спишь?!
Человек на кровати пнул одеяло ногой.
— Встреча выпускников? — пробормотал он и растянул губы в идиотской улыбке. — Хе-хе-хе, никуда я не пойду… Вы все идите вкалывать на работу, а я буду в пансионате курить благовония и пить супчик. Мы с вами больше не люди одного круга…
Санитарка скрипнула зубами. Она подошла, чтобы снова укрыть его одеялом и подоткнуть края, с ненавистью глядя на своего нанимателя. Впервые за все годы работы она почувствовала, что… эта работа вызывает у неё тошноту! Почему в должностных обязанностях сиделки нет пункта «избиение клиента»?! Если бы был, она бы отдубасила дедушку Цзяна так, что родная мать бы не узнала!
Санитарка: «…»
Хэ Мяо и дедушка Хэ: «…»
Деды и бабки за дверью: «!!!»
Они, пенсионеры, горбатились всю жизнь, чтобы заработать свою пенсию. С какого перепугу этот двадцатилетний сопляк разлёгся вместе с ними в доме престарелых?! Почему ему не нужно рвать жилы в молодости, как всем остальным?!
【Братцы, я больше не могу! Я реально хочу поехать в этот пансионат и втащить ему!】
【Братан, езжай! Если поедешь, все зрители трансляции будут тебе свидетелями, что это был несчастный случай, и ты Цзян Юаня пальцем не тронул!】
【Хоть мне тоже хочется ему врезать… но вы не думали, что если кто-то реально придёт его бить, он с радостью подставится, чтобы потом стрясти с обидчика огромную компенсацию?】
【И тогда… этот пёс заживёт ещё слаще, а ударивший его братан погрязнет в долгах…】
【???】
【Всё, я отказываюсь это слушать!】
• • •
Около десяти часов вечера.
Цзян Юань сонно приоткрыл глаза. Погладив урчащий от голода живот, он уже собирался позвать санитарку, чтобы она принесла ему чего-нибудь поесть, как вдруг…
Ему показалось, что его окутала какая-то мрачная, зловещая аура. Он сфокусировал взгляд и увидел, что прямо за дверью палаты сидит целая толпа дедов и бабок. И каждый смотрит на него взглядом, полным жажды крови! В комнате тоже всё было не слава богу. Хэ Мяо сидела рядом с дедом, и оба сверлили его такими же яростными, выпученными глазами.
А санитарка… хоть она и нацепила профессиональную улыбку, как только увидела, что он проснулся, Цзян Юань отчётливо разглядел, как под этой улыбкой скрипят её зубы!
«!!!»
Цзян Юань, так и не выбравшись из-под одеяла, плотно в него замотался. С неподдельным испугом глядя на этих внезапно ополчившихся на него людей, он ткнул пальцем в сторону камеры в углу комнаты и завопил:
— Вы… Вы что задумали?!
Крича, он попятился ближе к объективу. Но вот странность: по мере приближения к камере это мрачное ощущение не только не ослабло, а наоборот, стало ещё сильнее! Цзян Юань с подозрением покосился на оператора. Кроме парня с камерой, у которого лицо тоже почему-то было чернее тучи, никаких других источников негативной энергии вроде бы не наблюдалось.
Спрятавшись за камеру, чтобы оператор точно снял его бедственное положение, Цзян Юань громко заявил:
— Я предупреждаю! Я вообще-то в шоу снимаюсь! На трансляции полно зрителей, и если вы со мной что-то сделаете, каждый из них будет моим свидетелем! Поняли?!
Он оскалился. Хоть он и молодой, крепкий парень, если дело реально дойдёт до драки, он вряд ли справится с такой оравой стариков. Тем более… Цзян Юань с опаской покосился на свою санитарку, которая, как назло, тоже была с ними заодно!
【Не-не-не! Мы тебе ничего подтверждать не будем!】
【Если бы нам не надо было пахать на работе, желающих поколотить тебя в пансионате было бы куда больше!】
【Даже санитарочка с её ангельским терпением уже не выдерживает! Насколько же он пёс!】
【Оказывается, этот бесстыжий тип тоже умеет поджимать хвост!】
Санитарка первой вспомнила о реальности. Этот невыносимо раздражающий тип перед ней — её наниматель. Если она действительно с ним что-то сделает, пансионат её уволит. После увольнения она временно останется без работы.
А если в кратчайшие сроки не найдёт новую, то без каких-либо сбережений вряд ли сможет выплачивать ипотеку. А если не сможет платить ипотеку, банк заберёт квартиру. Все её многолетние старания пойдут прахом из-за того, что она подняла руку на этого пса.
Подумав об этом, санитарка почувствовала, как на душе стало ещё тоскливее. Но внешне она всё же заставила себя расплыться в ласковой улыбке. Взяв заранее приготовленную плотную куртку, она помогла Цзян Юаню одеться. Затем подкатила к нему инвалидное кресло.
— Дедушка Цзян, вы планируете поужинать в палате или поедете в столовую? Сегодняшний ужин для вас уже отложили.
Цзян Юань погладил урчащий живот. Его взгляд невольно скользнул к десяти ящикам «бульона», стоящим в стороне. Кое-что знали только он и Хэ Мяо. В этих коробках было не только китайское лекарство. Ровно половина запасов действительно являлась настоящим «бульоном».
Вспомнив об этом, Цзян Юань вытащил один ящик, обнял его и уселся обратно в инвалидное кресло. «Бульон» на его коленях немедленно привлёк пристальное внимание всех собравшихся дедушек и бабушек.
Цзян Юань сделал жест «вперёд» и громко заявил:
— Пару дней назад, болтая с дедушками и бабушками, я узнал, что тут в соседнем переулке есть палатка с шашлычками, где отлично готовят. Сегодня не пойду в столовую, хочу поесть шашлычков!
Для санитарки эта фраза прозвучала как самая обычная, ничем не примечательная реплика. Но! Стоило Цзян Юаню это произнести, как деды и бабки за дверью, которые ещё секунду назад мечтали намять ему бока, вдруг как по команде развернули свои коляски и бросились наутёк.
Камера скользнула по лицам. Старина Хэ, который только что пыхтел от ярости, после слов Цзян Юаня мгновенно побледнел.