Глава 13. Водил стариков пить суп, обеспечил больнице годовую подписку
Видя, что Цзян Юань, несмотря на внезапное благоговение со стороны всех этих стариков, относится к ней всё с тем же уважением, бабушка Ван прониклась к нему ещё большей симпатией.
Хороший парень! Не задирает нос! Вот присмотрит она где-нибудь толковую девчонку — обязательно познакомит с Цзян Юанем!
Но когда дело доходило до сплетен, бабушка Ван никогда не теряла фокус. Щёлкнув семечку из тех, что дал ей Цзян Юань, она с загадочным видом продолжила:
— Об этом мне рассказали сёстры по несчастью из других пансионатов. Вскоре после инцидента с благовониями старину Хэ попёрли, так? Но собака от привычки не откажется, а уж старина Хэ — подавно!
【«Собака от привычки не откажется» — бабуля знает толк в метафорах.】
【Судя по отзывам, дедуля Хэ — та ещё знаменитость.】
【Не зря его поселили с Цзян Юанем. Заноза к занозе — идеальная пара!】
【Э, нет! Если говорить о занозах, братан Юань куда круче. Дед Хэ ему и в подмётки не годится!】
【Дед Хэ хоть и баламут, но он обычный человек. А вот наш братан, когда оформил себе тариф «полный уход как за немощным», просто вынес всем мозг...】
Цзян Юань лишь усмехнулся, услышав оценку бабушки Ван, и нетерпеливо спросил:
— И в чём же это проявилось? Что этот дед опять натворил?
— Что натворил? — бабушка фыркнула. — О-о, там дело приняло серьёзный оборот! В таком преклонном возрасте, а силы воли — ноль!
При этих словах Цзян Юань даже не моргнул, зато все старики в коридоре помрачнели. Ещё пару минут назад они лебезили перед молодым парнем ради мифических благовоний, а теперь... Бабушка вроде ругала старину Хэ, но на самом деле... этот камень полетел в огород каждого из присутствующих.
Некоторые деды покраснели от гнева. Но... никто не посмел сказать ни слова поперёк. Причина была проста. Бабушка Ван, мило болтающая с Цзян Юанем, обладала в доме престарелых авторитетом, не уступающим самому старине Хэ. У неё были колоссальные связи.
Подружки во всех пансионатах города Цзянчэн! Если ей покажется, что кто-то из дедов мелочный и склочный, об этом вскоре узнают все бабушки в округе. И тогда... этот дед навсегда потеряет право на выбор пары в пансионате. Ни один старик не рискнул открыть рот.
Бабушка Ван, воодушевлённая вниманием, продолжила делиться «славным прошлым» старины Хэ:
— Сяо Цзян, ты с ним всего пару дней живёшь, но, наверное, уже заметил его главную черту? Он ужасно прожорливый!
Цзян Юань театрально округлил глаза и поднял большой палец вверх. Бабушка Ван не зря носила титул главной сплетницы! Одной фразой попала в самую суть старины Хэ.
Бабушка довольно хихикнула, принимая комплимент, и продолжила:
— Перевели его в новый пансионат. Прошло несколько дней, и ему показалось, что во рту как-то пресно. Захотелось ему, понимаешь ли, попить супчика! Но распитие такого «супчика» среди пожилых строжайше запрещено. Санитары за этим следят зорко. Если увидят, что кто-то втихаря пьёт суп, сразу звонят опекунам — забирайте своего старика. Хэ только-только выгнали из прошлого пансионата, так что сам он в одиночку суп пить побоялся. И что ты думаешь?! Старый хрыч взялся за старое. Втихаря собрал толпу дедов, чтобы пойти хлебать суп вместе...
Цзян Юань, уже уловивший логику местного сленга, хмыкнул:
— Подозреваю, что «суп» был далеко не обычным.
В голове быстро сложился пазл. Что такое «благовония», он уже знал. А что обычно идёт в паре с куревом?
— Этот ваш суп... Это алкоголь, верно?
Бабушка Ван посмотрела на парня с нескрываемым восхищением:
— А ты смышлёный, парнишка! Он подговорил стариков, и они посреди ночи тайком сбежали из пансионата пить суп! Владелец шашлычной, увидев толпу дедушек, которые заказали еду и выпивку, сначала ничего не заподозрил. Но потом...
Бабушка Ван презрительно скривила губы и перешла на заговорщицкий шёпот:
— Можешь себе представить, сколько эти деды в итоге влили в себя в той забегаловке?
Цзян Юань покачал головой.
Бабушка показала три пальца:
— Три ящика! Этот старый пройдоха вместе с другими дедами выдул три ящика пива! Говорят, там ещё и беленькая была. На следующий день больница снова трещала по швам от стариков.
Цзян Юань:
— ...
【Умираю со смеху, больница трещала по швам от стариков!】
【Теперь понятно, почему медсёстры и санитары так быстро прибежали, когда Хэ устроил скандал. У него, оказывается, богатый послужной список.】
【«Толпу не накажешь» — он эту истину познал в совершенстве.】
【Три ящика... А деды-то крепкие ребята, столько выпить...】
【Говорят, ещё и беленькая была! Значит, не просто три ящика пива!】
【Слушайте, а я ведь помню эту новость! «На шашлычной толпа дедушек яростно осушила три ящика пива».】
【Да-да-да! И я помню! Мы тогда всем интернетом ругали владельца заведения: мол, как у него совести хватило столько налить пожилым людям! Пойду-ка я извинюсь перед мужиком...】
【Владелец шашлычной: Спустя столько лет хоть кто-то заступился за меня!】
【...】
Бабушка Ван сделала глоток воды и подытожила:
— И таких подвигов у него было полно. В итоге во всём городе Цзянчэн ни один пансионат не соглашался его брать.
Будь он директором пансионата, тоже бы не взял. Это же не старик, это бомба замедленного действия!
— В конце концов, директор нашего пансионата — парень молодой, неопытный, согласился, — вздохнула бабушка Ван. — А когда понял, с кем связался, выделил ему отдельную палату, чтобы других не заражал дурным примером.
Цзян Юань опешил:
— ???
Он медленно поднял палец и указал на себя:
— Тогда почему этого старика поселили в одну палату со мной?!
• • •
— Ай, да понял я, понял! Больше не буду прятать благовония! Ну что ты за девчонка такая, ты вообще помнишь, что я твой дед?! Чего ты за меня так взялась?! Обещаю, с тех пор как приехал сюда, я никого не подбивал ни курить, ни пить!
Пока Цзян Юань размышлял над своей горькой участью, издалека раздался вопль старины Хэ. Присмотревшись, он увидел, что дедулю тащит за ухо его собственная внучка.
Заметив жалкий вид старины Хэ, Цзян Юань ухмыльнулся и громко протянул:
— Кстати, припоминаю... Вчера один старик пытался променять свою внучку на кусок арбуза.