Глава 65. Послание
Пока разведчики продолжали работу в системе Лиара, основной флот Рассвета ожидал в соседней системе.
Сто тысяч кораблей.
Для большинства цивилизаций подобная армада означала бы начало войны. Для Линь Юаня она означала ожидание.
Замаскированные разведчики возвращались один за другим, и с каждым новым кораблём Гештальт видел всё больше.
Военные базы, орбитальные верфи, центры связи, производственные цепочки, финансовые потоки, политические структуры — всё это постепенно складывалось в единую картину.
И чем полнее становилась эта картина, тем труднее было найти причину отказаться от уже принятого решения.
В какой-то момент Линь Юань отвлёкся от поступающих данных. Алина как раз собиралась возвращаться в город.
— Алина.
Девушка остановилась.
Он протянул ей небольшой накопитель.
— Передайте это госпоже Росс.
Алина осторожно взяла флешку.
— Могу узнать содержимое?
— Структурные данные.
Ответ прозвучал спокойно. Для Линь Юаня это были просто данные. Для Земли содержимое такого носителя вполне могло изменить развитие сразу нескольких научных направлений.
— Мне передать что-нибудь ещё?
Линь Юань несколько секунд молчал. Где-то далеко, в соседней системе, разведчики продолжали работать, и новые сведения поступали непрерывным потоком.
— Да.
Он посмотрел на неё.
— Скажите Росс, чтобы они выбрали подарки, которые хотели бы сохранить.
Алина нахмурилась.
— Сохранить?
На несколько секунд между ними повисла тишина. Следующий вопрос так и не прозвучал, но он был очевиден.
Через несколько минут автомобиль уже двигался в сторону резиденции Росс.
Когда Алина вошла в кабинет, Росс работала с очередным аналитическим отчётом. После открытия Элиана её график окончательно превратился в бесконечную цепочку совещаний и кризисных заседаний.
Появление Галактической Империи изменило стратегическую ситуацию для человечества сильнее, чем любое событие последних недель.
— Госпожа Росс.
Та подняла голову.
— Рассвет просил передать это.
Флешка легла на стол.
Росс перевела взгляд на Алину.
— Что-нибудь ещё?
Алина невольно выпрямилась.
— Он попросил выбрать подарки.
Росс несколько секунд смотрела на неё. Потом медленно перевела взгляд на накопитель.
Ей не требовались дополнительные объяснения.
За последние годы Росс научилась понимать Линь Юаня лучше, чем большинство людей на Земле. Не потому, что могла предсказать его действия, — это было невозможно.
Просто она успела усвоить одну простую истину: если Гештальт уже начал готовиться к определённому сценарию, значит, решение было принято задолго до того, как о нём узнавали остальные.
Она подключила носитель к терминалу.
На экране начали появляться первые документы.
Сначала это были карты инфраструктуры: исследовательские центры, медицинские комплексы, производственные предприятия, орбитальные станции, лаборатории, военные объекты.
Каждый файл сопровождался подробными комментариями и оценками значимости.
Росс открывала документы один за другим, и постепенно из множества разрозненных материалов перед ней начинала складываться цельная картина цивилизации Лиара.
Она просматривала экономические отчёты, изучала социальную статистику, знакомилась с образовательными программами.
Перед ней проходили данные о распределении собственности, отчёты правоохранительных структур и результаты исследований общественного мнения.
Каждый новый документ добавлял очередной штрих к общей картине.
Затем появились материалы, посвящённые рабству.
Сначала Росс ожидала увидеть сведения о злоупотреблениях отдельных чиновников или преступных группировок.
Однако очень быстро стало ясно, что речь идёт о чём-то гораздо большем.
Перед ней открывались отчёты о работе рабских рынков, финансовые документы торговцев живым товаром, статистика владения рабами среди разных слоёв населения.
Отдельные исследования подробно разбирали отношение общества к этой практике и показывали, насколько глубоко она укоренилась в жизни цивилизации.
Чем дальше Росс читала, тем тяжелее становился её взгляд.
Рабство не выглядело болезнью, поразившей отдельную часть государства и ещё сохранявшей возможность быть излечённой.
Оно пронизывало всю систему целиком. На нём строились экономические связи, его защищали законы, оно находило отражение в культуре, традициях и образовательных программах.
Для большинства жителей Лиара рабство давно перестало быть предметом споров или моральных сомнений.
Оно воспринималось как нечто естественное и само собой разумеющееся — такая же неотъемлемая часть окружающего мира, какой для людей Земли когда-то были деньги, государственные границы или смена времён года.
Через полчаса Росс откинулась на спинку кресла.
— Он всё-таки принял решение...
На этот раз слова прозвучали уже не как вопрос. Скорее как констатация факта.
Она потянулась к красному телефону.
— Собрать экстренное заседание.
Небольшая пауза.
— Всем быть на месте через час.
Когда заседание началось, в конференц-зале почти не осталось свободных мест. За длинным столом собрались военные, учёные, аналитики и представители правительства.
На огромном экране один за другим появлялись материалы, переданные Рассветом: технические отчёты, результаты исследований, производственные схемы и архивные документы цивилизации Лиара.
Поначалу обсуждение действительно касалось самого Лиара.
Люди пытались понять устройство общества, масштабы деградации и причины, которые привели Линь Юаня к столь жёсткому решению.
Однако очень скоро внимание присутствующих начало смещаться.
Слишком многое из увиденного представляло огромную научную ценность.
— Подождите...
Пожилой биолог, сидевший ближе к экрану, увеличил один из документов и несколько секунд внимательно изучал данные.
— Это регенерация клеток?
В его голосе прозвучало недоверие.
Коллеги немедленно придвинулись ближе. Кто-то открыл сопутствующие материалы, кто-то начал проверять расчёты, а кто-то углубился в результаты испытаний.
Прошло всего несколько минут, и по залу прокатились первые удивлённые возгласы.
В другой части помещения группа военных специалистов уже изучала совершенно иной раздел архивов.
— Это проект вооружения?
— Если данные соответствуют действительности, некоторые наши перспективные направления отстают от них на десятилетия.
Разговоров становилось всё больше. Люди обменивались замечаниями, спорили, сверяли цифры и вновь возвращались к документам.
Постепенно конференц-зал наполнился напряжённым возбуждением, которое неизбежно возникает всякий раз, когда учёные и военные сталкиваются с технологиями, способными изменить будущее целой цивилизации.
Росс позволила этому продолжаться несколько минут.
Потом ударила ладонью по столу.
Шум стих.
— Мы здесь не для того, чтобы восхищаться.
Зал замолчал.
— Рассвет принял решение.
Даже самые увлечённые учёные подняли головы.
— По оценке Рассвета, общество Лиара окончательно деградировало. Активное сопротивление насчитывает лишь несколько тысяч разумных существ при населении около двенадцати миллиардов.
Росс на мгновение замолчала, обводя взглядом зал.
— И, честно говоря, даже если кто-то из нас не согласен с этой оценкой, решать всё равно не нам.
В помещении воцарилась тяжёлая тишина.
Слова Росс словно подвели черту под всеми предыдущими обсуждениями. Несколько человек невольно отвели взгляд.
Другие продолжали смотреть на экран, но уже без прежнего энтузиазма. Никто не пытался возражать.
Слишком многие успели ознакомиться с материалами Рассвета и понимали, на чём основаны выводы Линь Юаня.
— Сейчас обсуждается не вопрос войны.
Росс вывела на главный экран список объектов, полученный вместе с разведданными.
— Сейчас решается только один вопрос.
Она медленно обвела взглядом собравшихся, давая каждому возможность осознать смысл сказанного.
— Что именно мы попытаемся сохранить.
Этого оказалось достаточно.
Тишина продержалась лишь несколько секунд. Затем зал словно ожил.
Со всех сторон посыпались вопросы, замечания и предложения.
Учёные заговорили одновременно, пытаясь донести свою точку зрения раньше остальных.
На главном экране одна за другой начали появляться новые линии связи.
К обсуждению подключались специалисты с Аурелии, и вскоре спор уже вышел далеко за пределы конференц-зала. Теперь в нём участвовали учёные двух миров.
Одни настаивали на сохранении медицинских комплексов, утверждая, что потеря подобных объектов станет невосполнимым ударом для будущего развития человечества.
Другие требовали в первую очередь эвакуировать исследовательские центры, где могли храниться уникальные научные данные.
Третьи доказывали, что наибольшую ценность представляют производственные мощности, способные обеспечить быстрый технологический рывок.
Спор разгорался всё сильнее, пока наконец со своего места не поднялся научный руководитель Института Генетического Развития.
Того самого института, где работала Линь Мэй.
Дождавшись, пока последние разговоры стихнут, учёный сделал несколько движений по панели управления, и на главном экране появился новый документ.
— Прошу обратить внимание на этот объект.
Изображение сменилось подробной схемой огромного исследовательского комплекса, занимавшего площадь, сравнимую с небольшим городом.
— База «Бессмертный».
Название заставило многих насторожиться. В зале постепенно воцарилась тишина.
— Согласно данным, полученным от Рассвета, именно здесь велись основные исследования в области продления жизни и разрабатывались сыворотки, получившие широкое распространение в цивилизации Лиара.
На экране появились дополнительные материалы: схемы лабораторий, результаты испытаний, производственные цепочки и статистика применения препаратов.
— Первые поколения этих сывороток уже давно находятся в свободном обращении по всей цивилизации.
По рядам пробежал едва заметный шёпот. Несколько человек обменялись быстрыми взглядами.
— Насколько они эффективны? — прозвучал вопрос из глубины зала.
— Значительно уступают технологиям птицидов, — спокойно ответил учёный.
Он кивнул собственным мыслям и вывел на экран следующий набор данных.
— Но это не самое важное.
Изображение сменилось производственными отчётами.
— Куда важнее то, что они смогли организовать выпуск подобных препаратов в промышленных масштабах.
На экране появились цифры.
Сначала несколько человек подались вперёд, пытаясь убедиться, что не ошиблись. Затем по залу прокатился приглушённый гул.
Теперь значение увиденного стало очевидным для всех.
Речь шла уже не о достижениях одной отдельно взятой лаборатории и даже не об удачном научном проекте.
Перед ними находилась целая отрасль, выстроенная вокруг технологий продления жизни и обеспеченная производственными мощностями планетарного масштаба.
Некоторые из этих разработок могли оказать огромное влияние на развитие медицины Земли и Аурелии, определив направление исследований на многие десятилетия вперёд.
А где-то далеко среди звёзд продолжал ждать флот Рассвета.
Сто тысяч молчаливых аргументов.
Ожидающих момента, когда обсуждение закончится и придёт время действовать.