Глава 54. Аурелия
Корабли вышли из второго гиперперехода ближе к утру по внутреннему времени экспедиции.
На этот раз никто не спешил к окнам так хаотично, как во время первого перехода.
За три недели люди успели привыкнуть к жизни на борту «Странников», к бесконечным разговорам в столовых, к лекциям в свободных помещениях и даже к самому космосу.
Новизна никуда не исчезла, но теперь её место постепенно занимало другое чувство — ожидание.
Когда по внутренней сети прошло сообщение о приближении к Аурелии, сон окончательно исчез.
Линь Мэй проснулась ещё до общего сигнала. Чжан Юй уже сидела на нижней кровати и пыталась застегнуть элементы скафандра.
Скафандры оказались совсем не похожи на громоздкие конструкции из старых фильмов. Лёгкий защитный костюм из гибкого материала почти не стеснял движения, а компактная система жизнеобеспечения занимала совсем немного места за спиной.
Они тренировались несколько дней: учились надевать снаряжение с закрытыми глазами, разбирали аварийные процедуры и десятки раз повторяли одни и те же действия под наблюдением инструкторов.
Но сейчас знания почему-то исчезли.
Руки дрожали.
Линь Мэй несколько раз пыталась закрепить фиксатор на запястье, прежде чем тот наконец защёлкнулся.
— У тебя получается? — спросила она.
— Нет.
— Отлично. У меня тоже.
Через несколько минут по каюте прошёл спокойный голос Рассвета.
— Уважаемые пассажиры. Через сорок минут начнётся посадка на поверхность Аурелии.
Напоминаю, что выход наружу разрешён только в защитных костюмах. Не пытайтесь самостоятельно снимать шлемы, проверять состав атмосферы языком или доказывать коллегам собственную храбрость.
Чжан Юй подняла голову.
— Он сейчас серьёзно?
— Боюсь, да.
— Почему мне кажется, что он говорит это не просто так?
Голос продолжил:
— Пять кораблей класса «Странник» совершат посадку в разных исследовательских районах. Распределение объектов выполнено научным советом Альянса.
Координацию выхода на поверхность будут осуществлять аватары Рассвета.
После короткой паузы динамики добавили:
— Приятного первого контакта с другой планетой.
В каюте снова стало тихо. Линь Мэй посмотрела на подругу. Обе понимали, что до события, о котором ещё совсем недавно человечество могло только мечтать, остаются считаные минуты.
Посадка прошла настолько мягко, что многие поняли о её завершении только после появления сообщения на внутренних экранах. Когда двери отсеков начали открываться, коридоры уже были заполнены людьми.
Сотни учёных стояли в очередях к шлюзам и неожиданно напоминали студентов перед первым экзаменом.
Кто-то молчал, кто-то нервно проверял крепления скафандра, кто-то в сотый раз просматривал данные на визоре шлема.
Линь Мэй вместе с Чжан Юй оказалась в одной из первых групп.
Шлюз начал открываться медленно. Тяжёлые створки разошлись в стороны, затем наружная бронеплита бесшумно ушла вверх. За ней лежал другой мир.
До этого момента Аурелия существовала для Линь Мэй только в отчётах, фотографиях и трансляциях с орбиты. Теперь между ней и чужой планетой больше не оставалось ни экранов, ни камер.
В нескольких метрах от трапа начиналась настоящая поверхность другого мира.
Несколько секунд никто не двигался. Даже очередь словно замерла.
Первым вперёд шагнул аватар Рассвета. Он спокойно начал спускаться по трапу, будто находился на обычной прогулке.
На фоне сотен людей в защитных костюмах это выглядело почти сюрреалистично.
Ему не требовались ни шлем, ни системы жизнеобеспечения, ни все те меры предосторожности, которые последние дни изучала экспедиция.
Линь Мэй проводила его взглядом.
Потом очередь двинулась.
С каждым шагом сердце билось всё быстрее. Вся её жизнь прошла на Земле. Вся история человечества прошла на Земле.
А сейчас между ней и другим миром оставалось всего несколько метров.
Перед началом трапа она невольно остановилась. Внизу лежала чужая земля. Настоящая.
Чжан Юй замерла рядом.
Никто не подгонял их.
Никто не говорил ни слова.
Потом Линь Мэй сделала шаг.
Подошва скафандра коснулась поверхности Аурелии.
Только тогда до неё окончательно дошёл смысл происходящего. Впервые в истории человечества человек стоял на планете за пределами Солнечной системы. Под её ногами находилась чужая земля.
По телу пробежала дрожь. Где-то позади раздались аплодисменты. Кто-то смеялся от переполнявших эмоций. Кто-то плакал. Линь Мэй же просто стояла и смотрела вперёд, пытаясь запомнить этот момент таким, каким он был на самом деле.
Первым она увидела не руины.
Небо.
Когда-то оно наверняка было ярче. Теперь значительную часть горизонта затягивали тёмные облака. Высоко над планетой всё ещё оставались следы старых пожаров и пепла, поднятого в атмосферу войной.
Солнце пробивалось сквозь них тусклым светом. Датчики скафандра показывали тридцать семь градусов.
Под ногами лежала обычная почва. Между трещинами пробивались тонкие зелёные побеги. Судя по отчётам, прежняя экосистема погибла вместе с большей частью жизни на планете.
Эти растения появились уже после войны и теперь медленно возвращали жизнь туда, где совсем недавно не оставалось почти ничего живого.
Рядом остановилась Чжан Юй.
— Мы действительно здесь.
Линь Мэй лишь кивнула. Только сейчас она вспомнила, что миллионы людей на Земле наблюдают за происходящим через камеры экспедиции.
Первый шаг человечества на другой планете.
Не в теории.
Не в симуляции.
Не на тренировочном полигоне.
Здесь и сейчас.
Руины обнаруживались постепенно. Сначала взгляд цеплялся за горизонт, за облака и молодые растения, пробивавшиеся сквозь почву.
Планета выглядела удивительно живой для мира, пережившего войну на уничтожение.
Именно поэтому следы погибшей цивилизации замечались не сразу.
Лишь спустя некоторое время Линь Мэй начала различать среди равнин искорёженные конструкции, оплавленные фрагменты зданий и огромные обломки, медленно поглощаемые временем.
Потом она увидела корабль.
Даже спустя неизвестно сколько времени после гибели цивилизации его размеры впечатляли. Огромный корпус лежал в нескольких километрах от места посадки.
Часть конструкции отсутствовала полностью, другие секции были разорваны взрывами. След падения тянулся через равнину на многие километры. Корабль буквально вспорол поверхность планеты, прежде чем окончательно остановился.
Линь Мэй медленно повернулась вокруг. Только сейчас она начала понимать масштаб произошедшего.
Планета выжила.
Цивилизация — нет.
Вокруг места посадки уже разворачивалась работа. Из грузовых отсеков «Странников» выезжала техника. Люди разгружали контейнеры, собирали жилые модули и прокладывали временные коммуникации.
Профессора раздавали указания своим группам, а инженеры спорили о размещении лабораторий и энергосистем.
Но даже эта суета терялась на фоне происходящего в небе.
Высоко над планетой одна за другой появлялись огромные конструкции Рассвета. Они входили в атмосферу, замедлялись почти у самой поверхности и тяжело опускались на землю.
Затем многотонные опоры начинали уходить в грунт, превращая отдельные секции в фундамент будущих производственных комплексов.
На глазах у тысяч людей Рассвет строил инфраструктуру экспедиции с той же невозмутимостью, с какой человек мог бы установить палатку во время похода.
Чжан Юй долго смотрела на руины.
Потом тихо сказала:
— Это могла быть наша судьба.
Слова прозвучали почти шёпотом, но Линь Мэй услышала их слишком отчётливо.
Перед глазами неожиданно всплыли первые недели войны: сирены, переполненные убежища университета, голод, трансляции уничтоженных городов, удары астероидов, дрожащие стены подземных комплексов и лица людей, которые так и не дождались окончания войны.
Тогда ей казалось, что человечество стоит на самом краю пропасти.
Сейчас она смотрела на цивилизацию, которая однажды сорвалась вниз.
Слёзы появились сами собой. Ещё совсем недавно её переполняла радость от первого шага на другой мир.
Теперь перед ней лежали доказательства того, что этот мир когда-то принадлежал кому-то ещё.
К вечеру вокруг места посадки уже вырастал настоящий лагерь. Поднимались жилые блоки, разворачивались склады, начинали работу первые энергосистемы.
Над всем этим возвышались корпуса «Странников», а вдали под тяжёлым небом Аурелии по-прежнему лежали руины погибшего мира.
Первый день экспедиции только начинался.
И уже было ясно, что история этой планеты сохранилась не в книгах и архивах.
Она ждала людей среди разрушенных городов, оплавленных конструкций и разбросанных по равнинам останков цивилизации, которая больше не могла рассказать её сама.