Глава 5. Первый этап
Чёрно-фиолетовые облака медленно плыли над поверхностью планеты. Иногда в их глубине вспыхивали тусклые белые разряды, на мгновение освещая бесконечные каменные равнины и цепи острых скал, тянущиеся до самого горизонта. Мир по-прежнему выглядел мёртвым и безжизненным, однако Гештальд уже начал его менять.
Линь Юань наблюдал за происходящим через «Око игрока». За прошедшее время он успел гораздо лучше понять ограничения этой способности. Он видел лишь то, что находилось под контролем Гештальда: собственные юниты, добывающие платформы, разведчиков, строящиеся сооружения и территории, охваченные сканированием. Всё остальное оставалось скрыто во тьме неизвестности.
Даже небо.
Он не видел орбиту. Не видел космос. Не видел саму систему.
Словно весь мир пока ограничивался поверхностью одной-единственной планеты.
И это ему совершенно не нравилось.
Слишком много неизвестных.
Если сюда действительно попали другие игроки или игровые ИИ, они могли находиться где угодно. На другой стороне планеты. На спутниках. В глубинах космоса. Или уже наблюдать за ним прямо сейчас, оставаясь невидимыми.
Мысль была неприятной. Очень неприятной.
Но паниковать не имело смысла.
В «Галактической Войне» побеждал не тот, кто первым находил врага. Побеждал тот, кто быстрее развивался.
А значит главным приоритетом оставалась экономика.
По поверхности планеты непрерывно двигались добывающие платформы. «Стрижи» расходились всё дальше от центральной базы, обнаруживая новые залежи ресурсов и разворачивая автоматические комплексы добычи. Чёрные буровые шпили медленно уходили глубоко под землю, а энергетические магистрали связывали новые объекты с главным ядром.
Инфраструктура Гештальда постепенно расползалась по планете подобно живой сети.
Некоторые районы уже начали полностью меняться. Пустынные равнины покрывались искусственными конструкциями. Между скал вырастали энергетические узлы. По поверхности тянулись белые импульсные линии, напоминающие светящиеся сосуды гигантского организма.
Мир медленно переставал быть диким.
Он становился территорией Гештальда.
Параллельно Линь Юань продолжал изучать доступные технологии. Перед глазами непрерывно сменялись схемы производственных линий, энергетических контуров, космических модулей и орбитальных конструкций. Следующим этапом развития становился выход в космос.
Без него он оставался слеп.
А слепота в этой игре означала смерть.
Технология орбитальной платформы считалась крайне дорогой даже по меркам стартового этапа. Для её строительства требовалось огромное количество ресурсов. Фактически Гештальд уже начал пожирать планету ради будущей экспансии.
Но выбора не было.
Линь Юань немедленно запустил производство.
В глубине базы начали раскрываться новые производственные секции. Монолитные конструкции расходились в стороны, открывая гигантские внутренние цеха. Сотни автоматических манипуляторов одновременно пришли в движение.
В отличие от человеческих заводов производство Гештальда выглядело почти бесшумным. Здесь не было привычного грохота механизмов, вспышек сварки или языков пламени. Только плавное движение огромных машин и непрерывное сияние энергетических линий.
Из расплавленного металла постепенно формировались сегменты будущей платформы.
Огромные чёрные конструкции медленно поднимались над производственными шахтами. Даже первая орбитальная платформа выглядела колоссальной. Массивный каркас, реакторные узлы, стыковочные секции и модули вакуумной сборки производили впечатление чего-то гораздо более масштабного, чем обычная станция.
Впрочем, полноценной верфью она ещё не была. Лишь фундаментом.
Первым шагом к контролю над космосом.
Строительство продолжалось несколько часов.
Когда работы завершились, по поверхности базы прокатилась мощная вибрация. Гигантские броневые сегменты центрального комплекса начали медленно раскрываться, открывая огромную пусковую шахту.
Из её глубины стала подниматься орбитальная платформа.
Белые линии на корпусе постепенно вспыхивали всё ярче.
Многотонная конструкция зависла над поверхностью планеты.
И впервые Линь Юань увидел, как технологии Гештальда по-настоящему выходят за пределы мира.
Без двигателей. Без пламени. Без шума.
Словно сама гравитация теряла власть рядом с этими машинами.
Платформа медленно поднялась к облакам и исчезла в тёмном небе.
Несколько секунд Линь Юань продолжал наблюдать за её подъёмом.
А затем его восприятие резко изменилось.
«Око игрока» впервые смогло выйти за пределы атмосферы.
Мир словно раскрылся перед ним.
Чёрно-фиолетовые облака остались далеко внизу. Теперь вся планета лежала под ним огромным тёмным шаром. Из космоса она выглядела ещё более чужой. Густая облачная оболочка скрывала большую часть поверхности, лишь местами открывая гигантские разломы и сияющие белые линии инфраструктуры Гештальда.
Ночной стороны почти не существовало.
По поверхности уже расползались энергетические сети, напоминающие нервную систему гигантского организма.
Линь Юань невольно замер.
Это был первый раз, когда он действительно увидел мир, в который попал.
И этот мир выглядел абсолютно незнакомым.
Над планетой медленно вращались два спутника. Один был расколот и покрыт огромными кратерами. Второй почти полностью скрывался под ледяной оболочкой. Вдалеке висела местная звезда — тусклая, красноватая и слишком слабая по сравнению с Солнцем. Её света едва хватало, чтобы освещать систему, погружая космос в постоянный сумрак.
Теперь он видел и остальные планеты.
Ближайший к звезде мир выглядел выжженным. Его поверхность покрывали раскалённые трещины и моря застывшей лавы. Чуть дальше вращался гигантский газовый гигант с тёмными кольцами, внутри которых медленно двигались целые поля астероидов. На внешних орбитах система почти растворялась во мраке, и лишь слабые сигнатуры далёких ледяных объектов фиксировались сенсорами.
Однако куда сильнее Линь Юаня интересовало другое.
Панель обнаружения.
Перед глазами вспыхнули новые разделы интерфейса.
Орбитальное сканирование.
Карта системы.
Гравитационные сигнатуры.
Энергетический анализ.
И...
Ничего.
Система выглядела абсолютно мёртвой.
Это одновременно радовало и настораживало.
В «Галактической Войне» тишина редко означала безопасность. Обычно всё было наоборот.
Линь Юань начал внимательно анализировать поступающие данные. Несмотря на расширившиеся возможности наблюдения, большая часть системы всё ещё оставалась скрыта туманом неизвестности. Некоторые участки орбит выглядели размытыми, словно сенсоры просто не могли пробиться достаточно далеко.
Это означало лишь одно. Он всё ещё оставался слеп.
Просто теперь видел немного дальше, чем раньше.
Тем временем орбитальная платформа завершила подъём и стабилизировалась на низкой орбите планеты. По её корпусу начали вспыхивать первые энергетические контуры. Стыковочные секции раскрывались одна за другой, а гигантские сегменты конструкции постепенно расходились в стороны, превращая платформу в зачаток будущей верфи.
Первой настоящей космической структуры Гештальда в этой системе.
И Линь Юань прекрасно понимал, что с этого момента развитие ускорится.
Потому что война между цивилизациями всегда начиналась именно с космоса.