Глава 147. Война за наследство
Пока Металлический Пожиратель продолжал расширять свои владения, перестраивая старые системы и постепенно включая в сеть Гештальта новые миры, тысячи разведчиков уходили всё дальше за пределы известных территорий.
Они больше не выглядели как обычные корабли.
Чёрные гладкие корпуса без единого стыка напоминали древних космических чудовищ, порождённых страхами множества рас.
Одни походили на огромных скатов, по поверхности которых медленно открывались и закрывались золотые глаза.
Другие напоминали вытянутых многоножек, бесшумно скользящих сквозь пустоту.
Третьи выглядели как черепа неизвестных исполинов, в глазницах которых тлел холодный свет.
Их задачей была не война, а поиск.
Новые цивилизации, новые технологии, новые формы жизни и новые пополнения для Библиотеки Форм — всё это теперь становилось необходимым ресурсом для дальнейшего развития Рассвета.
На руинах бывшей Империи тем временем разворачивалась совсем другая история.
После смерти Императора исчез последний страх, удерживавший огромную державу в одном куске.
Лорды провозглашали себя законными наследниками трона, губернаторы объявляли независимость, адмиралы захватывали целые сектора, а на десятках миров вспыхивали восстания рабов.
В первые дни казалось, что бывшая Империя просто распадается на множество мелких осколков, каждый из которых будет бороться лишь за собственное выживание.
Однако очень быстро среди этих осколков начала формироваться новая сила — Имперская Коалиция Наследия.
В неё вошли крупнейшие аристократические дома, несколько уцелевших адмиралов и часть губернаторов центральных миров.
Формально Коалиция заявляла о восстановлении порядка и спасении цивилизации от хаоса.
На практике её флоты занимали верфи, военные склады, транспортные узлы и планеты, ещё не успевшие решить собственную судьбу.
Там, где население сопротивлялось, приходили карательные отряды.
Там, где местные правители колебались, им предлагали выбор между присягой и орбитальной бомбардировкой.
За несколько недель Коалиция сумела подчинить себе десятки систем и начала быстро превращаться в главного претендента на место новой власти.
Содружество Свободных Миров не могло позволить себе ждать.
Полномасштабное наступление началось почти одновременно в нескольких десятках систем.
Для капрала Рейна эта война началась не с карты, не с политического заявления и не с громких слов о свободе.
Она началась с глухого гула десантного транспортника, входящего в атмосферу планеты Астер.
Ещё полгода назад он заканчивал ускоренные курсы Федерации и был почти уверен, что ближайшие годы проведёт на какой-нибудь орбитальной станции, охраняя склады и проверяя пропуска.
Вместо этого сейчас он сидел в тесном десантном отсеке, сжимал в руках винтовку и слушал, как по броне корабля барабанят осколки.
— Тридцать секунд до высадки!
Голос командира прозвучал в шлеме слишком спокойно.
Рейн повернул голову к узкому смотровому экрану. За бронестеклом небо было охвачено войной.
Высоко над облаками вспыхивали взрывы, вспарывая атмосферу белыми и красными росчерками.
Один из имперских крейсеров медленно падал к поверхности.
Его двигатели давно погасли, из разорванного корпуса вырывались столбы пламени, а за кораблём тянулся чёрный дымный след длиной в десятки километров.
Через несколько секунд крейсер врезался в горную цепь на горизонте, и даже сквозь броню транспортника Рейн почувствовал, как дрогнула земля.
— Десять секунд!
Кто-то рядом тихо выругался.
Рейн не ответил. Он только проверил крепление бронепластины на груди и попытался вспомнить все инструкции, которые им вбивали в голову на ускоренных курсах.
Не останавливаться на выходе. Не отрываться от группы. Не стрелять без опознания цели. Не снимать шлем.
Не смотреть вверх, если не хочешь увидеть, как на тебя падает корабль.
Последний пункт инструкторы добавляли уже неофициально.
Створки десантного отсека начали открываться.
Внутрь ворвался горячий ветер, пропитанный запахом гари, пыли и чего-то горького, химического.
Транспортник ударился опорами о землю, и солдаты один за другим начали выбегать наружу.
Первое, что увидел Рейн, были не враги.
А люди.
Точнее, почти люди.
Жители Астера стояли возле полуразрушенного поселения и смотрели на прибывающих солдат так, словно не понимали, чего от них ждать.
Они были выше обычного человека, почти двухметровые, с густым серебристым мехом на руках и шее, длинными ушами и широкими янтарными глазами.
У некоторых за спиной виднелись хвосты, другие имели почти человеческие лица, но с тонкими полосами тёмной кожи вдоль скул.
Среди них были старики, дети, женщины, существа с разными чертами и разной формой тела, будто Империя веками свозила сюда рабов с десятков миров, пока различия между ними не стали частью повседневности.
Они не радовались. Не кричали. Не бросались навстречу освободителям. Просто стояли и смотрели.
Рейн заметил мальчика, который прижимал к груди металлический ошейник.
Ошейник был разорван, но ребёнок всё равно держал его так, словно боялся выпустить из рук.
Рядом старая женщина сделала несколько неуверенных шагов вперёд и осторожно коснулась пальцами эмблемы Федерации на броне одного из солдат, словно проверяла, настоящий ли он.
— Первая группа, к административному центру! — прозвучал приказ. — Вторая — к складам! Третья — зачистить восточный сектор!
Рейн побежал вместе со своим отделением.
Улицы поселения оказались узкими, пыльными и слишком тесными для бронетехники.
По обеим сторонам тянулись низкие бараки, склады и старые технические постройки.
На стенах ещё висели имперские знаки, но многие были сорваны или закрашены.
Где-то впереди загремели выстрелы. Затем раздался взрыв, и над крышами поднялся столб дыма.
Имперские войска не собирались уходить без боя.
Первые противники появились возле распределительного центра.
Несколько десятков солдат в старой имперской броне заняли позиции за грузовыми платформами и открыли огонь по наступающим.
Рейн упал за бетонное укрытие, почувствовал, как над головой прошили воздух энергетические заряды, и впервые в жизни выстрелил не по учебной мишени.
Мир мгновенно сузился до нескольких метров перед ним. Команды в шлеме. Вспышки выстрелов. Крики раненых. Треск разрушающегося бетона.
И лица рабов, которые прятались в дверных проёмах и смотрели на всё это с ужасом.
Один из имперских солдат попытался отступить к складам, но из переулка выскочили местные.
Серебристомехий мужчина ударил его куском арматуры, второй бросился следом, потом третий.
Рейн хотел крикнуть им, чтобы отошли, но было уже поздно. Через несколько секунд имперца буквально смяла толпа.
Это была не армия.
Это был гнев, который копился поколениями.
В это же время на другой стороне планеты шёл совсем иной бой.
Его трансляция выводилась в командный центр Лиги Свободных Миров, где Лира Селл стояла перед огромным экраном и молча смотрела, как бронеколонна продвигается по улицам промышленного города.
Там жили другие существа — ниже ростом, с серой кожей, широкими плечами и костяными наростами на руках.
Империя использовала их на заводах, потому что они хорошо переносили жар и токсичные испарения.
Теперь эти же заводы превратились в крепости.
На экране один из десантных челноков получил попадание и начал падать, оставляя за собой огненный след.
Он врезался в площадь возле космопорта, разбрасывая обломки и горящие фрагменты брони.
Камера на несколько секунд потеряла изображение, затем картинка вернулась. По площади бежали солдаты Лиги, вытаскивая выживших из обломков.
— Вторая группа зажата возле космопорта, — доложил офицер связи. — Запрашивают поддержку.
— Потери? — спросила Лира.
— Подтверждено сто восемьдесят семь убитых. Раненых больше трёхсот.
В командном центре стало тише.
Лира сжала пальцы на краю стола, но голос её остался ровным.
— Подтяните резерв. И предупредите командиров: заводские блоки не бомбить. Там рабочие.
— Там же огневые точки.
— Я сказала, не бомбить.
Офицер коротко кивнул.
На экране снова вспыхнули выстрелы. Бронемашина Содружества двинулась вперёд, прикрывая пехоту щитом.
Из окон промышленного комплекса били тяжёлые орудия.
Внизу, между линиями огня, метались рабочие, не знавшие, куда бежать.
Кто-то пытался спрятаться в технических тоннелях. Кто-то просто лежал на земле, закрыв голову руками.
Лира смотрела на них и понимала: освободить планету с орбиты невозможно.
Её нужно пройти ногами. Улицу за улицей. Дом за домом.
И каждый такой дом мог стоить десятков жизней.
К вечеру первый район Астера был взят.
Рейн сидел у стены распределительного центра, пытаясь заставить руки перестать дрожать.
Рядом медики оказывали помощь раненым.
Чуть дальше солдаты открывали склады с продовольствием. Когда тяжёлые двери наконец разошлись в стороны, толпа местных застыла в полной тишине.
Внутри лежала еда.
Много еды.
Достаточно, чтобы накормить весь район не один раз.
Рейн видел, как меняются лица жителей. Сначала непонимание. Потом недоверие. Потом что-то похожее на ярость.
Они голодали рядом со складами, полными продовольствия.
Голодали не потому, что пищи не было.
А потому, что имперская администрация решила держать их голодными.
Одна женщина вдруг начала смеяться. Сначала тихо, потом громче. Смех быстро перешёл в рыдания.
Следом заплакал кто-то ещё. Потом ещё.
Через несколько минут вся площадь перед складом была заполнена шумом, плачем и растерянными голосами.
А кто-то просто стоял неподвижно и смотрел на открытые двери склада так, словно боялся, что всё это сейчас исчезнет.
Рейн опустил взгляд на свою винтовку.
Только сейчас он понял, что война за бывшую Империю будет совсем не такой, как в учебных симуляциях.
Здесь каждый освобождённый склад мог стать причиной бунта.
Каждый снятый ошейник — поводом для убийства бывшего надзирателя.
Каждый город — полем боя между прошлым и будущим.
Похожие сцены повторялись на десятках миров.
Где-то рабские кварталы сами поднимали восстание, едва видели корабли Содружества в небе.
Где-то местная знать успевала организовать оборону и превращала города в укреплённые районы.
На нескольких планетах аристократы начали массовые казни ещё до прибытия десанта, пытаясь забрать с собой как можно больше жизней.
В других системах бывшие имперские гарнизоны переходили на сторону Коалиции Наследия и встречали Содружество уже не как остатки старого режима, а как армию нового государства.
Космос над такими мирами быстро превращался в поле боя.
Корабли Федерации и Нерей прорывали оборону, фрегаты Лиги прикрывали транспортники, тяжёлые крейсеры подавляли орбитальные батареи.
Иногда бой заканчивался за считанные минуты. Иногда тянулся часами.
Иногда над планетами падали целые корабли, и их горящие корпуса становились частью пейзажа освобождения.
Война за наследство только начиналась.
На третий день операции Лира, Эвалин и Иреа вновь собрались в командном центре Содружества. За прошедшие дни война успела перестать быть набором планов, расчётов и прогнозов.
Теперь её присутствие ощущалось во всём — в усталых лицах офицеров, в непрерывном потоке сообщений, поступающих с фронта, и в длинных списках потерь, которые становились всё длиннее с каждым часом.
Над столом медленно вращалась голографическая карта бывшей Империи.
На её поверхности вспыхивали десятки отметок, обозначавших освобождённые миры, зоны боёв и территории, перешедшие под контроль Коалиции Наследия. Рядом сменяли друг друга оперативные сводки.
Астер был освобождён лишь частично.
На Дорне сопротивление продолжалось, несмотря на тяжёлые потери обеих сторон.
На Терасе удалось открыть продовольственные склады и предотвратить голод среди населения.
В системе Галмор флот Коалиции сумел отбить две орбитальные станции.
На Раваре после снятия рабских ошейников вспыхнули беспорядки, быстро переросшие в столкновения между бывшими рабами и сторонниками старого режима.
Лира долго изучала поступающие данные. Её взгляд задержался на колонке потерь, после чего она устало провела рукой по лицу.
— Мы освобождаем их слишком медленно.
В её голосе не было раздражения или злости — только тяжесть человека, который ежедневно видел цену каждого принятого решения.
Эвалин Росс некоторое время молчала, наблюдая за движением отметок на карте.
— Быстрее не получится, — наконец ответила она. — Если начнём действовать жёстче, погибнут те, ради кого всё это и началось.
Слова прозвучали спокойно, но никто в комнате не стал спорить.
Все прекрасно понимали, что каждая спасённая планета требует времени, а время сейчас было самым ценным ресурсом.
Иреа вывела на экран дополнительные данные.
Карта изменилась, и сразу стало заметно, насколько выросли территории Коалиции Наследия за последние дни.
Красные зоны расползались по бывшей Империи подобно пятну, постепенно соединяя разрозненные системы в единое пространство.
— Они тоже не теряют времени, — произнесла она. — По последним данным, под их контролем уже около семисот тысяч кораблей.
Лира подняла взгляд на карту.
— Они действительно собираются восстановить Империю?
Эвалин несколько секунд смотрела на красные отметки, словно пыталась увидеть за ними будущее.
— Нет, — тихо сказала она.
Лира нахмурилась.
— Тогда чего они добиваются?
— Того же, чего всегда добивались подобные люди. Власти.
Эвалин указала на карту.
— Старой Империи больше нет. Но они хотят построить новую.
Со своими правителями, своими законами и своими цепями.
Возможно, под другим названием. Возможно, под другими лозунгами.
Но для тех, кто снова окажется в рабстве, разницы не будет.
После её слов в помещении воцарилась тишина.
За огромными обзорными окнами командного центра медленно двигались транспортные корабли.
Одни уходили к освобождённым мирам, везя продовольствие, медикаменты и оборудование для восстановления инфраструктуры.
Другие возвращались обратно, доставляя раненых, беженцев и тех, кому больше некуда было возвращаться.
Лира долго смотрела на этот бесконечный поток судов, после чего медленно выдохнула.
— Значит, нам нужно успеть раньше них.
Иреа коротко кивнула.
Ответ был очевиден для всех присутствующих.
Эвалин вновь перевела взгляд на карту бывшей Империи.
Десятки миров всё ещё оставались между двумя будущими — свободой и новым господством.
— Иначе, — негромко произнесла она, — мы просто получим ту же Империю.
Только под другим названием.