Глава 424. Признание поражения
После того как Ян Хуаюэ опубликовала пост с банковскими выписками, она, глубокой ночью, снова позвонила Лю Мань — чтобы и извиниться, и поблагодарить. Она сказала ей, что каллиграфию купила сама, и Тан Ту тут ни при чем. Это Цзян Ичао распространяет ложь, и поэтому не стоит дальше отвечать ему напрямую.
Лю Мань и так не собиралась этого делать. После своего первого поста в защиту Ян Хуаюэ она больше не писала ничего — ей стало ясно, каков настоящий замысел Цзян Ичао. Он всего лишь притворяется безумцем, а на деле просто использует удачный момент, чтобы раскрутить себя.
Ранее она сама попалась на его уловку, вступив с ним в открытую перепалку. В результате всего за час с небольшим его число подписчиков в Weibo выросло с двух до трех миллионов. В эпоху, когда правит трафик и бушует фанатская экономика, миллион подписчиков — это минимум миллион юаней, если покупать их за деньги. А ведь реальная стоимость активных фанатов куда выше.
На фоне Цзян Ичао Хэ Цисы со своими мерзкими выходками — просто детский лепет. Университет все же не так жесток, как реальный мир.
Ян Хуаюэ назвала Цзян Ичао мерзавцем, но Лю Мань считала, что подонок — куда более точное определение. Этот человек буквально готов на все, лишь бы добиться выгоды. Он мечтал о популярности до такой степени, что буквально сошел с ума от желания прославиться.
Но раз уж он попал в тренды Weibo, то теперь вообразил себя всесильным и решил, что может вершить все, что угодно.
А на самом деле трое людей, которых он насильно втянул в этот скандал, вели себя так, будто вообще не видели его пост про аукцион. Никакой реакции — полное игнорирование.
Юй Чжань весь день был активен в Weibo, терпеливо отвечая подписчикам на вопросы о здоровье их питомцев.
А тот самый фанат под ником [Белоснежный] снова всплыл в комментариях, помогая ему. Они неплохо взаимодействовали, и атмосфера в обсуждении была довольно дружелюбной.
Тан Ту, известный любитель репостов, продолжал заниматься своим обычным делом — за день он расшарил кучу постов, которые показались ему интересными: видео с кулинарными рецептами, забавные ролики, а еще — старый туториал по макияжу от Мяо Сяомэй.
Что касается Лю Мань, то, поговорив с Ян Хуаюэ и убедившись, что та не просто в порядке, но еще и полна боевого духа, она успокоилась и решила ложиться спать. Завтра ведь снова на работу.
Большинство пользователей Weibo считали, что история с разрывом Ян Хуаюэ и Цзян Ичао на этом закончилась. Скандала и так хватило с лихвой — он был и громким, и сенсационным.
Развлекательные новостные издания даже сменили ночные заголовки на их имена — впервые с момента дебюта Ян Хуаюэ внимание к ней было настолько велико.
Но самое интересное было впереди.
Утром следующего дня Ян Хуаюэ снова сделала пост.
В этот раз она выложила: скриншот своей официальной регистрации на сайте аукционного дома; договор с аукционным домом о покупке произведения искусства за 280 000 юаней; банковскую квитанцию о переводе этой суммы; фото каллиграфии «Сосуд места казни», которая теперь висела в прихожей у нее дома. Картина была настолько на виду, что первым делом бросалась в глаза при входе.
Текст поста гласил:
[Я — законный владелец «Сосуда места казни». Цзян Ичао пришел в ярость, когда узнал, что я потратила 280 000 своих собственных юаней на «обычный лист бумаги». Извините, @Тан Ту @Принцесса Мань @Доктор Юй, что вас просто так укусила бешеная собака.]
На тот момент Тан Ту и Лю Мань были заняты съемками, так что не сразу увидели пост. А вот Юй Чжань, заметив его, тут же поставил лайк.
И только теперь пользователи начали понимать, в чем тут дело.
[Так вот оно что! Значит, Ян Хуаюэ и была тем самым третьим покупателем! Тогда понятно, почему Цзян Ичао вдруг заговорил про аукцион Лю Мань.]
[Так что, выходит, Цзян Ичао по факту просто наврал в своем посте?]
[Помните, как Ян Хуаюэ на стриме говорила, что подонок сломал ее вещь, которая стоила больше 200 000? Похоже, речь как раз о каллиграфии. Смотрите, на пятом фото под картиной явно виден залом.]
[Верно! Я смотрел трансляцию аукциона в тот день — никаких повреждений на работе не было.]
[Он сам сломал чужую вещь, а потом еще и начал распространять слухи про ее автора? Где логика?]
[И ведь был так уверен! @Цзян Ичао, так где же твоя железная уверенность?!]
***
В этот момент Цзян Ичао находился в офисе своего агентства, только что выслушав разгромную тираду от разъяренного начальника. И вот теперь его продолжал отчитывать агент.
Столичное агентство «Театральное искусство во сне» — это компания, специализирующаяся на продвижении и раскрутке айдолов. Среди множества столичных агентств «Во сне» находилось далеко не в топе, потому что работало как обычное посредническое звено — штамповало «мальчиков-цветочков» и «девочек-феечек» и продвигало их в развлекательные шоу. Других сфер деятельности у компании не было.
Главный принцип агентства — количество важнее качества, из-за чего уровень их артистов был крайне нестабильным. В большинстве случаев их единственным достоинством была внешность, и приходили они не из серьезных Киноакадемий, а из колледжей, техникумов, или вовсе были малоизвестными стримерами и блогерами.
Цзян Ичао был одним из ключевых подопечных агентства в данный момент. Благодаря связи с Ян Хуаюэ, он стал самым успешным среди всех стажеров. В отличие от «Синьхэ», которое было категорически против этих отношений, «Во сне» всеми силами поощряло его роман с Ян Хуаюэ.
Идея публично объявить об отношениях в Weibo тоже принадлежала его агенту.
Но теперь все усилия и вложенные средства агентства оказались напрасны. Они с таким трудом создавали ему образ «милого парня-соседа», а он сам же уничтожил его за одну ночь.
Теперь стоило просто набрать в поиске «Цзян Ичао», как в первых строчках появлялись только слова «мерзавец» и «обманщик».
Тем не менее из-за его 3-х миллионной аудитории в Weibo и огромного хайпа вокруг него «Во сне» не собиралось его бросать. В индустрии любой интерес к артисту — это деньги, даже если его преследуют миллионы ненавистников. Спустя какое-то время буря утихнет, и можно будет вернуться на сцену.
А пока пиар-отдел в экстренном режиме пытался «отмыть» его репутацию.
Первоочередной задачей было заставить Цзян Ичао написать извинения в Weibo Лю Мань и остальным.
На этот раз он сам чувствовал себя униженным. Он не ожидал, что Ян Хуаюэ его так переиграет, и раздраженно сказал агенту:
— Но ведь Ян Хуаюэ сама говорила, что купила каллиграфию для Тан Ту! Я не выдумал это!
— У тебя есть доказательства? Ты записал разговор?
Цзян Ичао замер. И тут же покачал головой.
Агент разозлился еще больше:
— Ян Хуаюэ выложила в сеть все подтверждающие документы! Чем ты собираешься с ней спорить? Если ситуация выйдет из-под контроля, Тан Ту может засудить тебя за клевету! Ты вообще помнишь, что у Цяо Синя скоро суд?!
И только теперь Цзян Ичао вспомнил о «старшем товарище», которого Тан Ту лично отправил в тюрьму.
По слухам, Тан Ту имел мощную поддержку в индустрии. От осознания Цзян Ичао пробрала дрожь — он вдруг понял, что действительно вляпался в большие неприятности.
Он тут же послушно написал пост с извинениями и удалил свою прежнюю публикацию.
Но в глубине души он думал:
«Хорошо хоть у Ян Хуаюэ тоже нет доказательств, что это я помял каллиграфию! Пока она не может этого доказать, я просто буду отрицать все до конца! Пусть попробует заставить меня заплатить!»