Глава 401. Товарищи по несчастью
Говорят, когда Чу Юй училась в столичной киноакадемии, ее заметил известный режиссер, но он собирался не пригласить ее на съемки, а содержать.
После того, как она решительно отказалась, этот режиссер использовал свои связи в индустрии, чтобы закрыть ей карьеру. В результате после окончания учебы она не могла получить хорошие предложения, и только спустя несколько лет ситуация улучшилась, но к тому времени она уже постарела.
Чу Юй смогла пробиться в четвертый эшелон благодаря своей внешности, где обычный человек давно бы сдался и сменил сферу деятельности.
Ян Хуаюэ, услышав эти слухи, не обращала на них внимания, ведь у нее за спиной был Гао Цзиньдун, и она не думала, что когда-нибудь окажется в той же ситуации, что и Чу Юй.
Неожиданно она почувствовала к Чу Юй некоторое сочувствие. Сегодня она хотя бы получила роль яньчжи, а Чу Юй не получила ничего и потратила целое утро зря.
Чу Юй посмотрела на нее и рассмеялась:
— Не смотри на меня так. Ты ненамного лучше меня, по крайней мере, я никогда не была популярной, не знаю, что значит быть известной, а вот ты упала с высоты. Есть же такое выражение: «из роскоши в бедность». Наверное, твоя жизнь сейчас сложнее моей.
Раньше Ян Хуаюэ всегда была на виду, а в индустрии все знали, что у нее есть поддержка Гао Цзиньдуна. Сегодня, когда она пришла на кастинг, Чу Юй сначала подумала, что Ян Хуаюэ, как и Фу Фэйцянь и Фэн Цинъюй, является человеком со связями.
Но после того, как она понаблюдала за этой сценой, она поняла, что Ян Хуаюэ, как и она сама, пришла только для того, чтобы быть фоном. Какая печальная ситуация!
Ян Хуаюэ вздохнула:
— Может быть, мне не стоило соглашаться на «Прислушайся к звуку ветра».
Ее несчастье началось с этой роли.
— Я ходила в кино на этот фильм, и мне понравилось, как ты сыграла, — сказала Чу Юй. — Это лучше, чем все твои предыдущие работы.
Ян Хуаюэ немного опешила. Она понимала, что Чу Юй не просто вежливо говорит, она действительно искренна. Ян Хуаюэ почувствовала еще больше жалости к ее тихой и непримечательной карьере.
Они шли вместе, разговаривая. Ян Хуаюэ узнала, что Чу Юй на самом деле в еще более тяжелой ситуации.
В этом году она еще не снялась ни в одном полноценном фильме, она снималась только в рекламе нескольких небольших компаний, сыграла маленькую роль в интернет-сериале, а также участвовала в некоторых мероприятиях для торговых центров.
Ее работа была ненамного лучше работы девушек-моделей на автовыставках — случайные подработки с минимальным доходом от нескольких тысяч до чуть больше десяти тысяч, что едва хватало для того, чтобы свести концы с концами.
Чу Юй была довольно оптимистична:
— Обычные офисные работники даже не зарабатывают столько, а вот с вами, звездами, не сравниться. Ничего не поделаешь, мне уже почти тридцать, в этом возрасте самое неудобное время. Я уже не могу сниматься в этих дешевых молодежных драмах.
— Более-менее хорошие фильмы и сериалы, не говоря уже о главной женской роли, где я могу хоть немного показать лицо, и те мне недоступны. Например, как в «Борьбе с северным ветром» — роли были заранее забронированы. Один из режиссеров, с которым я раньше работала, сжалился надо мной и позволил сыграть старшего родственника главных героев. Ты говоришь, что не хочешь играть злодея, но я тоже не хочу играть маму!
Ян Хуаюэ с грустью подумала, что они обе в одинаковом положении.
Чу Юй продолжила:
— У меня нет таких сильных волнений, как у тебя. Мои материальные желания невелики, я не люблю шоппинг. Все деньги, которые зарабатываю, откладываю. Я никогда не покупала квартиру в столице, потому что думаю, что если однажды не смогу здесь дальше работать, то со сбережениями поеду домой и найду обычную работу, чтобы спокойно прожить остаток жизни. Мой контракт с агентством заканчивается в конце этого года, а прошло три года. Я не заработала для них денег, мне очень неудобно. Они ко мне относятся достаточно равнодушно, мой агент уже не отвечает на мои сообщения в WeChat, и они точно не будут продлевать со мной контракт.
Эти слова звучали так одиноко и беспомощно, что Ян Хуаюэ была изумлена.
— Неужели у тебя нет парня?
— Я говорила, что никогда не была влюблена. Ты мне веришь?
Ян Хуаюэ в замешательстве покачала головой. Как могла такая супер-красавица, которой почти тридцать лет, никогда не любить!
Чу Юй улыбнулась и сказала:
— Я бы не стала рассказывать обычным людям о таких вещах. Я сказала тебе правду только потому, что ты такая милая.
Ян Хуаюэ: «…»
Она была крайне шокирована:
— Ты что, одиночка с утробы тридцать лет???
— Ага.
— Ты лесбиянка???
Чу Юй: «…»
— Мне все равно будут нравиться мужчины.
Ян Хуаюэ с недоумением спросила:
— Так почему же ты?..
Увидев, как Чу Юй вдруг убрала улыбку, Ян Хуаюэ поняла, что она недостаточно близка с ней, чтобы задавать такие личные вопросы.
В это время обе уже почти вышли из здания Huaguang. Ян Хуаюэ позвонила своему водителю, чтобы он подъехал.
«Холодность» Ян Хуаюэ была только по сравнению с ее прошлым пиком — ее агентство, Galaxy, все еще обеспечивало ее всеми необходимыми ресурсами: помощник, водитель, автомобиль — все было на месте.
Увидев, что у Чу Юй нет помощника и машины с водителем, Ян Хуаюэ осторожно предложила:
— Ты куда-то едешь? Я могу тебя подвезти.
— Хорошо, подвези меня домой, спасибо, — охотно ответила Чу Юй, не прибегая к формальностям.
Она действительно пришла на прослушивание одна-одинешенька. Ян Хуаюэ почувствовала сильную грусть и начала беспокоиться: что, если она тоже в тридцать лет окажется в таком положении? Единственное, что отличает ее от Чу Юй, — это то, что у нее есть парень. Но насколько она может полагаться на Цзян Ичао, большой вопрос!
Чу Юй снимала квартиру в обычном жилом комплексе возле четвертого транспортного кольца Пекина. Было видно, что за эти годы в индустрии развлечений она не заработала много денег, она зарабатывала даже меньше, чем некоторые обычные люди, тяжело работающие в столице.
Машина Ян Хуаюэ подвезла Чу Юй до ворот жилого комплекса. Ян Хуаюэ смотрела, как Чу Юй уходит, одиноко удаляясь, и у нее в душе возникло желание помочь.
Но сейчас она сама как глиняный бодхисаттва, который, переходя вброд реку, даже собственное тело не может сохранить в целости*, но завести дружбу с Чу Юй вполне возможно.
П.п.: Обр. не может помочь даже себе; беспомощный, бессильный, беззащитный.
Ян Хуаюэ остановила Чу Юй, нашла поблизости ресторан и пригласила ее поесть.
***
Тем временем Лю Мань была у профессора Су. Семья профессора пригласила ее на обед.
Сегодня утром Лю Мань отправилась в Институт каллиграфии на встречу с профессором Су.
Профессор Су уже полностью оправился от скандала с Су Маолинем и снова выглядел бодрым и довольным. Победа Лю Мань на выставке каллиграфии была не только ее личным достижением, но и косвенно принесла профессору Су дополнительную честь.
На собрании в пятницу Цзян Чэнфэн рассказал Лю Мань, что в начале учебного года весь вуз выбирал факультативные курсы онлайн, и на уроках каллиграфии у Су И была еще более ужасающая и сумасшедшая конкуренция, чем в предыдущие годы. Цзян Чэнфэн использовал словосочетание «кровавый шторм», чтобы описать его, но он все равно не смог передать суть.
Профессор Су не хотел охлаждать энтузиазм студентов к каллиграфии, поэтому специально подал заявку в университет на добавление еще одного факультативного занятия для бакалавров каждую неделю. Однако даже с дополнительным занятием, как только курс появился в онлайн-системе, он был полностью заполнен всего за десять секунд.
Обед был обычной домашней трапезой. Фан Хуайюань и Су Цзюань давно не виделись с Лю Мань, поэтому пригласили ее к себе под предлогом, чтобы узнать, как у нее идут дела.