Глава 375. Подонок, проваливай!
Лю Мань защищала Сунь Вэйвэй, стоявшую за ее спиной, и холодно усмехнулась Хэ Цисы:
— Ты до сих пор не одумался. Твоя неприязнь к Вэйвэй вызвана только тем, что ты не считаешь ее достаточно красивой. Убрав ее из группы, ты опозоришься, и это тебе не добавит чести. Она не соответствует твоему представлению об образе любимой девушки.
Глаза Хэ Цисы засверкали, когда Лю Мань сказала что-то о душе, и ему захотелось прибегнуть к хитрым уловкам в споре, но Лю Мань вообще не дала ему возможности высказаться.
— Ты поверхностный и нелепый. Почему бы тебе не задуматься о том, достоин ли ты ее?
— Вэйвэй умна, прилежна и добросердечна. У нее всегда найдутся оригинальные идеи, но ты только и умеешь, что придуриваться перед камерой, хвалиться или ломать голову над тем, чтобы найти способ пользоваться ею. Поэтому без нее у твоего «Веселого котелка» резко упала популярность.
— Раньше она изо всех сил старалась ради тебя, подстраивалась под твое мнение, безропотно слушалась тебя, когда ты ей указывал. Не колеблясь, заключала свои необычные выдумки в установленные тобой рамки. Хорошо, что теперь она ушла от тебя, и мир стал для нее просторнее. Она все еще может создать новый аккаунт с высокой популярностью и обеспечивать себя, так почему же ей все еще нужно работать с тобой и вредить себе?
— И у тебя еще хватает наглости винить ее в своих неудачах, и ты еще, как сплетница, распространяешь о ней негативную информацию по всему университету. Ты все еще мужчина? Интересно соревноваться с девушкой, которой ты когда-то нравился? Думаешь, что таким образом ты сможешь повлиять на Вэйвэй? Твой «Веселый котелок» сможет так вернуться к жизни? Я скажу тебе, что в этом нет никакого смысла. И кроме того, ты создал фон, терпя еще больше неудач, как бездарность.
Слова Лю Мань напоминали острые ножи, пронзающие Хэ Цисы, который не находил себе места от стыда. Но для Сунь Вэйвэй они были подобны теплому ветру, ласкающему сердце.
Сунь Вэйвэй смотрела на Хэ Цисы, в ее взгляде было только отвращение и никаких эмоций. Она сказала ему:
— Я признаю, что раньше я была слепой, и ты мне нравился. Но это не причина, по которой ты обращался со мной как с запасным колесом. Ты пытался удержать меня двусмысленными и непонятными словами. Ты пользовался моими чувствами к тебе, чтобы я днями и ночами работала ради тебя. Ты держал меня за дурочку, так неужели я все еще не могу решить уйти?
Сказав это, она снова посмотрела на Чжан Цзяоцзяо и улыбнулась с невыразимым сарказмом:
— Поздравляю тебя, из запасного колеса ты зачислена в штат.
Некоторые люди в толпе снова засмеялись, а некоторые даже кричали «бу» Хэ Цисы и Чжан Цзяоцзяо. Для них двоих это было прямо-таки позором. Им было нечего сказать Лю Мань и Сунь Вэйвэй.
Не выдержав странные взгляды студентов, они растолкали толпу и убежали.
Главный герой ссоры ушел, но толпа зевак не собиралась сдаваться.
Лю Мань достала из портфеля салфетку, вытерла оставшиеся слезы в уголках глаз Сунь Вэйвэй и пот с ее лба и сказала ей:
— Беда вымучит, беда и выучит. Но ни в коем случае нельзя из-за этого подонка терять доверие к другим парням. Демонстрируй свою уверенность и чувство превосходства как «сестренка». Ты не чей-то вассал. Не старайся ради мужчин и не терпи их, скрывая свои чувства, из-за своей внешности. Пусть у них не вырабатывается вредная привычка требовать то, что они, по их мнению, заслужили. Когда ты станешь достаточно сильной, к тебе естественным образом будут притягиваться по-настоящему выдающиеся мужчины.
Утешение Лю Мань было очень нежным, как затухающий туман, приходящий издалека, окутывающий Сунь Вэйвэй и радующий и других девушек.
Да, сколько девушек в мире могут быть такими же красивыми, как Лю Мань? Они обычные люди, с какой стати мужчины могут привередничать? С какой стати нужно умолять мужчину, чтобы он любил тебя?
«Я не красивая, но вы тоже не красавцы!»
Всем девушкам, которые сплетничали о Сунь Вэйвэй за ее спиной, было стыдно. Они же все девчонки, так зачем же ставить ее в неловкое положение и клеветать на нее?
Когда парни увидели, чем все закончилось для Хэ Цисы, то тоже почувствовали себя просветленными.
В душе они предупредили себя, что никогда не должны становиться подонками! Иначе если они встретят девушку, которой они понравятся и у которой будут такие друзья, как Лю Мань, они будут обречены на жестокую смерть.
Непонятно, кто зааплодировал первым, но остальные тоже стали аплодировать.
Кто-то сказал:
— Лю Мань, то, что ты сказала, круто!
— Сунь Вэйвэй, ты не уродина, правда!
— Вперед, «Сестренки», я поддержу вас!
Сунь Вэйвэй тупо смотрела на добрые улыбки на лицах студентов. Когда она услышала их аплодисменты, уголки ее рта не могли не приподняться, она внезапно прозрела. Похоже, у нее вмиг нахлынули чувства.
Лю Мань кивнула в ответ на аплодисменты, как на занавес, и сказала:
— Простите, что задержала всех на обед. Товарищи, если сейчас не пойдете есть, то столовая вот-вот закроется.
Но некоторые не хотели уходить. Они спросили Лю Мань:
— Богиня, ты будешь часто приходить сюда на занятия?
— Как закончу съемки, так сразу и официально вернусь на занятия.
— Ха-ха, будем тебя ждать!
Студенты Столичного университета высококвалифицированные, рациональные и гонящиеся за звездами. Несмотря на то, что они не хотели расставаться с Лю Мань, они все-таки начали один за другим расходиться.
Вскоре в аудитории остались только Лю Мань, Сунь Вэйвэй и несколько студентов.
Среди них была девушка примерно такого же роста, как Сунь Вэйвэй, с почти такими же короткими волосами, как у Мао Юйчэнь. Она носила очки и, как и Сунь Вэйвэй, была одной из «четырехглазых» девушек, которых можно было встретить повсеместно в вузе.
Эта девушка специально дождалась, пока люди разойдутся, затем подошла к Лю Мань и сказала:
— Привет, я Лян Шэннань. Извини, я не пользуюсь телефоном во время занятий. Я только в полдень увидела твою заявку в друзья, я уже приняла ее.
Лю Мань никогда бы не подумала, что девушка с таким именем, как «Шэннань», которое символизирует стремление быть первым во всем, окажется утонченной и хрупкой. Несмотря на то, что у нее были короткие волосы, в ней не было героического духа Мао Юйчэнь.
— Ничего страшного, я не тороплюсь.
Сунь Вэйвэй не была знакома с Лян Шэннань, поэтому Лю Мань представила ее ей:
— Это староста группы на третьем курсе специальности классической литературы.
Три девушки впервые встретились и обменялись приветствиями. На самом деле, Лян Шэннань уже слышала о Лю Мань и Сунь Вэйвэй, поэтому Лю Мань не упомянула о Сунь Вэйвэй. Поскольку Сунь Вэйвэй была знакома с Хэ Цисы, она очень известна на факультете гуманитарных наук.
Лян Шэннань была в этой аудитории ранее, и она наблюдала за их спором от начала до конца.
Она сказала Сунь Вэйвэй:
— Я и раньше слышала сплетни о тебе, но я проигнорировала их и не поверила ни единому слову. С древних времен и до наших дней мы фактически живем в патриархальном обществе, и женщины с самого начала сильно подвергаются незаметному угнетению и дискриминации. Хэ Цисы просто использует свое гендерное преимущество, чтобы отомстить тебе за неподчинение его приказам. Поэтому Лю Мань права, нельзя ставить свои чувства к мужчинам на первое место, карьера важнее всего!
Лю Мань и Сунь Вэйвэй одновременно застеснялись. Они не понимали, почему Лян Шэннань завела разговор на такую серьезную тему, как мужской шовинизм.
Они интуитивно чувствовали, что Лян Шэннань, должно быть, феминистка.
Как оказалось, она и впрямь «Шэннань*».
П.п.: Значение имени в буквальном смысле «превзойти мужчин, добиться своих желаний».