Глава 638 Ускорение культивации «Канона Непобедимого Меча»!
К тому же Линь Ло не состоял в регулярных войсках, из-за чего сопутствующую званию Героя Боевых Действий Особого Класса привилегию досрочного повышения воинского звания было попросту невозможно реализовать.
На этом заседании уже не присутствовали высшие старейшины, поскольку речь шла лишь о вручении награды, что никак не могло пошатнуть основы государства или повлиять на общую расстановку сил.
Тем не менее, учитывая исключительный характер битвы и саму личность Линь Ло, комитет по оценке заслуг не мог принять решение наспех.
На совете собрались важнейшие чины военных ведомств: входящие в первую пятерку генералы Центрального военного округа, глава Министерства обороны и его заместитель, командующий и вице-командующий сверхъестественного отряда Бэйдоу, а также многие другие влиятельные лица.
— Хотя личная сила Линь Ло экстраординарна, он все еще гражданин нашей страны, и я считаю, что нам не стоит выделять его. Давайте руководствоваться стандартными критериями оценки боевых заслуг! В противном случае мы создадим опасный прецедент. И что тогда, каждый раз, когда сверхъестественный мастер отличится в бою, мы будем делать для него исключение?
— …Более того, нынешние достижения Линь Ло были бы невозможны без поддержки и заботы со стороны родины. Неужели в его триумфе нет нашей заслуги? Полагаю, нам не стоит раздувать значение его личного вклада!
— …Словом, давать ему сверх меры – это наша щедрость, а выдать стандартную награду – наш долг. Главное – не подавать дурной пример! — Первым высказался мужчина средних лет в очках с черной оправой и с безупречно уложенными волосами.
Его звали Чжао Яньши. Он занимал пост заместителя главы Министерства обороны и представлял там интересы семьи Чжао.
Линь Ло пользовался поддержкой семьи Лю, которая являлась главным соперником семьи Чжао. На подобных обсуждениях Чжао Яньши мог голосовать буквально с закрытыми глазами, руководствуясь лишь интересами своего клана.
К тому же он в совершенстве владел искусством демагогии: первым делом прикрылся заботой об интересах государства, так что оппоненты даже не знали, как к нему подкопаться.
Не успело затихнуть эхо его слов, как раздался другой, куда более вспыльчивый голос. Суровый офицер средних лет с короткой стрижкой «ежик» холодно процедил: