Глава 257 «Разоблачение перед всеми!»
Линь Ло спокойно взирал на поднявшийся в зале шум, его лицо оставалось абсолютно невозмутимым.
Он медленно обвёл взглядом притихших журналистов, и его тон неожиданно снова стал мягким.
Не отвечая на выпад репортёра напрямую, он заговорил проникновенно и искренне:
— До того как вступить в Отряд Правопорядка, я был самым обычным человеком, одним из миллионов выпускников наших вузов.
— Но после пробуждения таланта мне посчастливилось обрести великую силу.
— Скажу без лишней скромности. Если бы я примкнул к крупным игровым гильдиям, то без труда обеспечил бы себе роскошную жизнь до глубокой старости.
— Однако как я мог остаться в стороне, когда во время катастрофы видел, как свирепые чудовища безнаказанно терзают моих соотечественников?
— Когда видел, как нашу прекрасную родину захватывают эти уродливые твари?
— Когда видел, как оживлённый, бурлящий город превращается в мёртвую пустыню, где празднуют победу монстры, а наши люди дрожат от страха в своих укрытиях?
— Обходя окутанный туманом Ханчэн, я видел простых инспекторов полиции и военных. У них не было сверхъестественных сил, но они бесстрашно бросались на чудовищ ради спасения мирных граждан!
— Я видел тысячи обычных людей, которые оставляли свои семьи, жён и детей, чтобы добровольно встать на борьбу с бедствием!
— Наш покой куплен дорогой ценой, ведь кто-то в этот самый момент несёт на себе это тяжкое бремя ради нас!
— Моё сердце содрогнулось от этого зрелища!
— И я спросил себя:
— Как должен человек прожить свою жизнь?
— Пожалуй, так, чтобы, оглядываясь на прожитые годы, не чувствовать мучительной боли за бесцельно прожитое время и не стыдиться мелочного, серого прошлого!
— Кому много дано, с того много и спросится!
— Небеса наделили меня этой силой, и я хочу распорядиться ей достойно!
— Именно поэтому я принял предложение и возглавил Отряд Правопорядка провинции Z.
— Наш народ велик. В дни суровых испытаний всегда находятся те, кто готов пожертвовать собой, не жалея жизни встать на защиту родного дома!
— И я глубоко убеждён, что вслед за мной в ряды защитников Хуася встанут ещё тысячи и тысячи людей!
— Сплотившись, мы непременно одолеем любые катаклизмы!
— Каждый из нас может стать хранителем своей родины!
Эта речь до глубины души тронула собравшихся журналистов.
В один миг их взгляды, устремлённые на Линь Ло, изменились. В них читалсь неподдельное уважение.
Стоявший неподалёку Цзи Бочан тоже замер в изумлении.
Выпад Ли Хао не был запланирован сценарием, это была чистой воды импровизация со стороны репортёра.
Но поскольку встреча транслировалась в прямом эфире, вмешиваться и силой уводить наглеца было нельзя.
Как ответственный за порядок в зале, Цзи Бочан уже мысленно приготовился к жесточайшему нагоняю от руководства.
Столкнувшись с такой неожиданной провокацией, любой другой наверняка бы растерялся и выставил себя на посмешище. Кто же мог подумать, что Линь Ло среагирует настолько молниеносно, а его ответ прозвучит куда мощнее любой заранее написанной речи!
Цзи Бочан был поражён.
Неужели в наше циничное время действительно ещё остались люди, столь искренне преданные общему делу?
А у стоявшей рядом с ним Вэн Исюань в глазах загорелись огоньки безграничного восхищения.
В этот момент притих даже сам зачинщик ссоры – Ли Хао.
В то же время у экранов мониторов, внимательно следя за трансляцией, застыли высокие чины – командир Не Сяндун и Вэнь Цзяньго.
Они переглянулись, затем посмотрели на лежавший перед ними официальный текст выступления и поняли, что Линь Ло вполне может писать себе речи сам.
— Старина Вэнь, какого отличного товарища ты вырастил для нашей страны! — Выдохнул Не Сяндун.
Вэнь Цзяньго поспешно отмахнулся:
— Ну что вы, моей заслуги тут нет.
Тем временем Линь Ло на экране продолжил:
— Дорогие соотечественники! Ханчэн только начинает оправляться от катаклизма, но город захлестнула волна коварных сверхъестественных преступлений. Полицейские и оперативники Отряда Правопорядка не знают сна и отдыха, борясь с этой угрозой!
— И именно сейчас общественное мнение особенно нуждается в вашей поддержке, в том, чтобы вы направляли людей к спокойствию и созиданию!
Голос Линь Ло звучал то тише, то громче, заставляя сердца присутствующих биться в такт его словам.
Многие молодые журналисты уже едва сдерживали эмоции, готовые разразиться овациями.
Но тут тон Линь Ло внезапно стал угрожающим и ледяным:
— Однако в момент, когда мы обязаны сплотиться против общего врага…
— Этот человек, Ли Хао, прикрываясь свободой слова, устраивает здесь дешёвые провокации. На самом же деле он действует по указке извне, пытаясь посеять смуту в умах жителей Ханчэна!
Ли Хао резко переменился в лице. Словно пойманный за руку вор, он густо покраснел и закричал:
— Клевета! Вы всё врете!
Линь Ло непреклонно гремел с трибуны:
— Вы работаете в Медиа Компании «Свет и Тень». Ваша задача – выискивать острые социальные темы, а затем с помощью грязных манипуляций и вырывания слов из контекста искажать суть происходящего, сея панику среди населения.
— И хотя компания «Свет и Тень» зарегистрирована в Хуася, восемьдесят пять процентов её капитала принадлежит Стране Сакуры! Сегодня вы действовали по прямому распоряжению вашего начальника Ханекавы Сю – гражданина Страны Сакуры!
— Уведите его! Проверьте как следует на причастность к шпионажу. Что же касается Ханекавы Сю из компании «Свет и Тень» – я нанесу ему личный визит в ближайшие дни. И спрошу прямо в лицо, чего он добивался, давая вам такие поручения!
— Жрёте наш хлеб, а сами гадите исподтишка! Неужели решили, что хуасяньцев можно безнаказанно топтать?!
— Вы… да как вы… — Ли Хао дрожащим пальцем указал на Линь Ло. Его лицо стало белее мела.
Он выглядел так, словно увидел перед собой призрака.
Журналист никак не мог взять в толк: как тайный уговор с его начальником стал известен Линь Ло? Ведь тот только сегодня вернулся из Мьянмы!
Ли Хао происходил из бедной семьи, вырос в глухой провинции и всего добился зубрежкой.
Он не желал мириться с нищетой и свято верил, что образование поможет ему выбиться в люди.
Благодаря упорному труду он поступил в престижнейший университет Цинхуа на факультет журналистики.
Когда-то он тоже был полон амбиций и мечтал вершить правосудие с помощью пера, отстаивая интересы простых людей.
Однако, столкнувшись с реальностью, он обнаружил, что его месячное жалованье не дотягивает даже до десяти тысяч юаней!
Девушка, с которой они встречались целый год, уже через пару месяцев после его трудоустройства без тени сожаления пересела в шикарный автомобиль какого-то богача.
В то же время его однокурсники, учившиеся куда хуже, благодаря связям родителей с лёгкостью заколачивали миллионы.
А когда наступила эпоха Всеобщего Пробуждения и он получил самый слабый, никчёмный талант, его мир окончательно рухнул.
И тогда его руководитель Ханекава Сю протянул ему руку помощи, ставшую для него единственным просветом в беспросветной жизни.
Требовалось лишь одно: во время пресс-конференции публично допросить и унизить главного капитана Линь Ло.
Взамен начальник обещал продвинуть его в руководство компании.
— За что… за что мне всё это… — прошептал разоблачённый Ли Хао и в полном отчаянии рухнул обратно в кресло.
Лишь когда его увели под руки двое сотрудников охраны, замершие в оцепенении репортёры наконец пришли в себя.
Зал мгновенно взорвался негодованием.
— Я же знаю этого Ли Хао, он же Цинхуа окончил! Эх, правы люди: экзамены помогают отсеять дураков, но от подлецов они не спасают!