Глава 1099 «Освобождение от наказания!»
Эта фраза Линь Ло стала последней каплей, переполнившей чашу терпения Гу Татяня, который и без того едва сдерживал ярость под давлением Тун Цзяньсиня.
Ему уже было до смерти стыдно стоять униженным на глазах у толпы, а теперь его открыто высмеивал какой-то безродный выскочка на начальной стадии восьмого круга! Если он не прикончит мерзавца прямо сейчас, то станет посмешищем для всего Альянса!
Не говоря больше ни слова, Гу Татянь резко развернулся и обрушил свой кулак на Линь Ло!
— Твая дерзость не знает границ! — Взревел он, посылая вперед колоссальный удар. — Сегодня я покажу тебе, какова цена за подобную спесь! Тебя никто не спасет, усек?! Если я сказал, что ты сдохнешь, значит, так оно и будет! Даже Тун Цзяньсинь тебе не поможет!
Воля его Пути Гегемона, сконцентрированная в ударе, устремилась к Линь Ло, словно рухнувшая с небес священная гора!
Кулак еще не достиг цели, но Линь Ло уже почувствовал, как его физическое тело начинает трещать по швам под воздействием этой невероятной мощи!
Однако ровно в тот миг, когда Гу Татянь наносил удар, время вновь замерло!
В следующую секунду Тун Цзяньсинь обнажил меч!
Ослепительная вспышка белого света промелькнула подобно искре и тут же угасла. Гу Татянь все еще стоял в позе замаха, но его голова уже взмыла высоко в воздух!
Когда ход времени возобновился, из обрубка его шеи забил кровавый фонтан!
…??
Жизненная сила Гу Татяня была столь велика, что он все еще оставался в сознании. В его восприятии он только что выбросил вперед кулак, как вдруг необъяснимым образом потерял контроль над телом. А в бешено вращающемся поле зрения он с ужасом разглядел собственное обезглавленное туловище!
— Нет! Что произошло?! Что, черт возьми, случилось?! — Его короткое замешательство сменилось диким ужасом, который бурным потоком хлынул наружу. — Тун Цзяньсинь! Как твой меч мог оказаться настолько быстрым?! Я не верю! Мы оба на пике восьмого круга, ты ранен – как я мог даже не заметить твоего выпада?!
— Нет! Спасите меня! Я не могу умереть! — Истошно закричала покатившаяся по земле голова. — Я мастер на пике восьмого круга, командир пятого отряда! Я не должен сгинуть здесь! Тун Цзяньсинь, я совершил ошибку! Я больше никогда не нападу на своих! Спаси меня, и я клянусь беспрекословно подчиняться тебе до конца дней своих!
Отрубленная голова Гу Татяня продолжала истошно молить о пощаде. Жизнестойкость мастеров на пике восьмого круга действительно поражала: если бы кто-то прямо сейчас пришел ему на помощь, его еще можно было спасти. Однако все вокруг лишь молча и с холодным безразличием наблютали за его агонией.