Глава 1076 «Сброшенные маски»!
Линь Ло слушал полные искушения речи Сина, оставаясь абсолютно равнодушным.
Однако проход, через который он сюда попал, намертво запечатало. Серебряный свет побежал по стенам, полностью блокируя пространственные перемещения. Всем своим видом зал безмолвно заявлял: хочешь ты того или нет, но это наследие тебе придется принять.
Син вроде бы погиб и из лучших побуждений оставил ему наследство, но эта ловушка и принуждение явно намекали, что за щедрым даром кроется нечто зловещее.
Будь это искренней передачей силы, зачем отрезать все пути к отступлению?
Почувствовав, что гость медлит, голос Сина зазвучал вновь:
— Ну же, Линь Ло. Отбрось человеческое тело и присоединяйся к великой эволюции!
— …Наша культивация подобна переправе через море горечи. Плоть – лишь лодка, а душа – гребец. Человеческое тело слишком слабо и несовершенно, оно подобно утлому каноэ, неспособному выдержать яростные волны и штормы. Какой бы сильной ни была твоя душа, если судно перевернется, тебе никогда не пересечь это море.
— …В то время как тело инородца подобно могучему броненосцу, готовому крушить любые волны. Пропасть между нами и чужаками слишком велика.
— …Чего же ты медлишь, Линь Ло? Я приготовил это Божественное Тело Воина специально для тебя! Мои намерения чисты, а ты все еще сомневаешься? Да знаешь ли ты, какую цену мы заплатили за это Божественное Тело Воина? Четверо моих товарищей погибли, наш отряд распался, а сам я получил неизлечимые раны и был вынужден вернуться домой, чтобы просто дожидаться смерти!
— …И когда столь невероятный шанс преподнесен тебе на блюдечке, ты все еще думаешь?!
Линь Ло никак не реагировал на эти вкрадчивые уговоры и ловушку. Он понимал, что голос Сина – всего лишь простая мыслеформа, оставленная им заранее, подобно жестко прописанной программе, лишенной разума для полноценного диалога.
Сейчас ему оставалось лишь спокойно наблюдать за развитием событий.
И действительно, в точности как предсказывал Дневник Будущего, не дождавшись желаемого ответа, труп в хрустальном гробу внезапно открыл глаза!
Они отливали ярким серебром, но при близком рассмотрении в них не обнаружилось ни капли жизни – лишь беспросветная мертвая пустота.