Глава 31 «Приют для белой лисички и тайны лесной глуши»
— Ах ты, малыш!
Цинь Хао знал, что лисичка придет, но все равно испытал легкое бессилие. Неужели она и впрямь приняла обитель за свой дом?
Точнее, за столовую, где можно наслаждаться бесплатными обедами!
— Заходи уже, — с улыбкой поманил он ее рукой.
Лисичка не заставила себя ждать. Она по-хозяйски устроилась на пне и, поглядев на стоящую перед ней миску, перевела взгляд на Цинь Хао, забавно хлопая своими красивыми глазами.
Она явно пыталась сразить человека наповал своим очарованием.
— Обалдеть, она знает, как использовать свои сильные стороны!
— На самом деле это нормально. Многие животные во время охоты сначала приманивают жертву чем-то безобидным, а потом нападают.
— Только не надо мне тут про нормальность. В трансляции наставника все объясняется наукой, и все «нормально», мы в курсе!
Многие зрительницы, глядя на милаху-лисичку, едва не исходили слюной от восторга.
Как же им хотелось потискать этот пушистый комочек!
Но им оставалось лишь с завистью наблюдать, как Чэнь Вэньюй и Юнь Сяосяо гладят зверька.
— Ешь давай!
— Ин-ин-ин!
Получив разрешение, лисичка сложила лапки в благодарном жесте, а затем принялась уплетать рис, так быстро орудуя лапками, что те превратились в размытое пятно.
— Малыш, просто так набивать пузо нельзя, — Цинь Хао ласково погладил лисичку по шерстке. Она была мягкой и невероятно гладкой. — За все в жизни нужно платить. Ты это понимаешь?
Лисичка склонила голову набок, и было неясно, понимает она или нет.
Цинь Хао, впрочем, это не остановило:
— Если хочешь, можешь жить в обители, но ты…
— Ну наставник, ну дает!
— Ох и суров же сей даос! Он что, и впрямь решил эксплуатировать труд животных?
— Вот черт, как жестоко!
Зрители в чате покатывались со смеху, будучи уверенными, что наставник просто шутит.
Но они не знали, что Цинь Хао был предельно серьезен.
Он чувствовал: появление у лисички второго хвоста и ее поразительная сообразительность – вовсе не случайное совпадение.
Как и странные перемены в Волчьем Короле!
Животные могут быть умными, но если этот ум переходит все границы, простым словом «смышленость» тут не отделаешься.
Цинь Хао был убежден: глубокие горы скрывают какую-то тайну.
Он планировал при случае провести разведку, и лисичка-проводник была бы ему как нельзя кстати.
— Наставник, я планирую завтра спуститься с горы, — негромко произнесла Чэнь Вэньюй.
Юнь Сяосяо удивленно взглянула на подругу, но, быстро сообразив, в чем дело, промолчала.
— О, ты уже готова? — Цинь Хао ничуть не удивился и лишь слегка улыбнулся.
— Да, готова. Рано или поздно мне придется с этим столкнуться, — Чэнь Вэньюй глубоко вздохнула и кивнула. Голос ее звучал приглушенно. — К тому же, возможно, это мой последний шанс увидеть бабушку. Я хочу провести с ней как можно больше времени.
— Твоя почтительность достойна похвалы, — Цинь Хао улыбнулся и, достав талисман, положил его на стол. — Сей даос не может помочь тебе во всем, но возьми это. Возможно, пригодится.
— Благодарю вас, наставник! — Чэнь Вэньюй поспешно и почтительно приняла бумагу обеими руками.
Многие зрители, знавшие о ситуации девушки, тоже расчувствовались.
— Эх, жалко ее. Но рождение, старение, болезнь и смерть – это то, что никому не под силу изменить.
— Да, всех нас это когда-нибудь ждет.
— Будем надеяться, что бабушке станет лучше!
Атмосфера в трансляции стала тяжелой и меланхоличной.
— Ин-ин-ин?
Лисичка наблюдала за людьми, но с ее интеллектом ей было трудно понять, что происходит.
Вскоре после ужина лиса, как и ожидалось, не ушла, а принялась разгуливать по двору.
Вид у нее был такой, будто она осматривает свои новые владения.
Но стоило ей увидеть рисовые всходы в огороде, как ее вальяжная походка тут же сменилась оцепенением. Она уставилась на поле, и слюна непроизвольно закапала из пасти.
— Эти еще не созрели, их есть нельзя. Твоя будущая задача – охранять это поле. Если сама начнешь воровать, лишу риса на три дня. Поняла? — Раздался за ее спиной голос Цинь Хао.
От неожиданности лисичка подпрыгнула, явно чувствуя за собой грешок.
Зрители в чате не удержались: — …
— Заставить этого малыша охранять рис – это все равно что пустить крысу в амбар и ждать, что она ничего не тронет!
— И ведь самое обидное, что есть нельзя! Жестоко!
В этой суматохе наступила ночь, и девушки завершили прямой эфир.
— Когда завтра будешь уходить, сей даос проводит тебя до подножия. Пусть тропа и проложена, но путь все еще небезопасен.
— Хорошо, спасибо вам большое! — Чэнь Вэньюй поспешно кивнула. Ей совсем не хотелось снова пережить нападение волчьей стаи.
— А ты? — Цинь Хао повернулся к Юнь Сяосяо. — Собираешься уйти вместе с ней или останешься на горе?
— Я… я, пожалуй, останусь. Популярность канала только-только взлетела, если я надолго прерву эфиры, зрители разбегутся!
Юнь Сяосяо поколебалась лишь мгновение и твердо добавила:
— Да и внизу мне делать особо нечего, лучше уж здесь побуду.
Цинь Хао с пониманием кивнул. Желанием Юнь Сяосяо было богатство, и на данный момент только прямые эфиры могли помочь ей в его достижении. А самолично вмешиваться в такие дела он не собирался.
Он уже решил для себя: в будущем он не станет помогать в вопросах корысти и денег, разве что у человека и так на роду будет написано сказочное богатство – тогда можно будет лишь слегка подтолкнуть судьбу.
Иначе, если каждый начнет выпрашивать деньги, на него одного молитв не оберешься.
А вот помощь в исцелении или защите от зла – это совсем другое дело. Почтительность к родителям и предкам уважаема везде.
В древности за выдающуюся сыновнюю почтительность можно было даже получить государственную должность!
Ведь люди верили: почтительный сын, каким бы плохим он ни был, не опустится до истинной низости.
Ночь становилась все глубже, наполнившись стрекотанием насекомых.
Лисичка сидела на стуле, не сводя глаз с золотистого рисового поля. Она жмурилась и явно вела внутри себя тяжелую борьбу!
Ей казалось, что зерен так много, что если она съест самую малость, никто и не заметит!
Но она мучилась сомнениями: если ее поймают, то три дня она не увидит риса. Пусть она не совсем понимала, сколько это – три дня, но осознание того, что ее оставят без еды, причиняло ей почти физическую боль.
Этот рис вызывал у нее настоящее привыкание!
В ее маленькой голове шла нешуточная битва, а слюна тем временем продолжала капать на землю.
Когда Цинь Хао проснулся и, отворив дверь, вышел во двор, он застал на редкость комичную картину.
Белая лисичка сидела с отсутствующим взглядом, застыв на грани сна и бодрствования.
Земля под ней была насквозь мокрой, а изо рта до самой земли тянулась тонкая ниточка слюны!
Цинь Хао бросил взгляд на поле – ни одно зернышко не пропало.
— Молодец, хорошо справилась.
Лисичка вздрогнула и пришла в себя, спешно втягивая слюну обратно и глядя на него с обидой!
Она всю ночь боролась с искушением и заснула только под утро, измотанная этой борьбой!
Однако Цинь Хао втайне поразился еще больше: животное сумело подавить свой инстинкт, понимая разницу между сиюминутной сытостью и постоянной кормежкой!
На такое даже не каждый человек способен.
Что же все-таки скрывают эти горы, раз они так сильно изменили это маленькое существо?