Глава 15 «Белая лисица, обезьяны, водопад и четыре даосских запрета в еде»
Вскоре после того, как троица покинула обезьяньи владения, неподалеку промелькнула белоснежная тень.
Издалека казалось, что это просто белая лисица.
— Ин-ин-ин? — Лиса принюхалась, в ее красивых больших глазах отразилось недоумение, и она легкой поступью направилась к тайнику с обезьяньим вином.
В уголках ее пасти невольно скопилась слюна.
Казалось, этот напиток манил ее с невероятной силой. Но не успела она подойти ближе, как вдруг что-то почувствовала и резко вскинула голову.
Шорох!
— Писк!
Крепкая обезьяна спрыгнула с дерева и с яростным рычанием бросилась на лисицу.
Эта особь заметно превосходила сородичей размерами, а на голове у нее красовался венок из цветов, напоминающий корону. В лапе обезьяна сжимала странную ветку, по форме отдаленно напоминающую магический жезл.
— Ин-ин-ин!
Спустя мгновение белая лисица с явным сожалением развернулась и скрылась в зарослях.
Обезьяна проводила ее взглядом, в котором промелькнуло почти человеческое торжество. Гордо выпрямившись и шагая на задних лапах, словно победоносный генерал, вожак направился к своему жилищу.
Однако, проходя мимо чаши с вином, он резко замер.
В недоумении уставившись на напиток, вожак почесал лапой затылок. Что-то было не так, но что именно – он не мог понять.
Вкус этой воды ему нравился, иногда он позволял себе немного отхлебнуть, но каждый раз после этого голова становилась тяжелой, а мысли путались. Поэтому он старался не притрагиваться к ней часто.
Он был главой стаи, и если бы он постоянно пребывал в тумане, его подданные оказались бы в большой опасности.
— Писк? — Он завороженно смотрел на вино, а придя в себя, озадаченно вскрикнул.
Почему ему казалось, что воды стало меньше? Конечно, она иногда убывала сама собой, но обычно это было почти незаметно. А в этот раз разница бросалась в глаза.
Неужели померещилось?
… …
— Хе-хе, до меня дошли слухи, что на стриминговых платформах творится форменное безумие!
— Младший сын двоюродного деда моего троюродного дяди работает в одной такой компании. Говорит, их руководство уже выкатило Чэнь Вэньюй контракт на сумасшедшую сумму!
— Вот это мощь! Мы что, наблюдаем за рождением новой суперзвезды?
В трансляции комментарии летели сплошным потоком, из-за чего видео порой начинало подлагивать.
Чэнь Вэньюй и Юнь Сяосяо, разумеется, уже знали о предложениях и были несказанно рады.
— Даосский наставник, сейчас крупные платформы присылают нам очень выгодные условия. Как вы считаете, стоит ли мне подписывать договор? — Чэнь Вэньюй на мгновение задумалась. Все, что у нее сейчас было, появилось благодаря даосу, и ей важно было услышать его мнение.
— Сей даос не слишком силен в подобных делах, — покачал головой Цинь Хао. — Однако я бы посоветовал мирянке еще немного подождать.
Он хоть и не разбирался в закулисных схемах стриминга, но понимал: стоит подписать долгосрочный контракт, и ты окажешься связан по рукам и ногам.
Сейчас, когда они на пике популярности, связывать себя обязательствами – не лучшее решение.
Конечно, если хайп утихнет, то и суммы в контрактах поползут вниз.
Но Цинь Хао был уверен в себе. Раз уж он решил прославить Даосскую Школу, то будет время от времени являть миру свое мастерство.
— Хорошо, так и поступим! — Кивнула Чэнь Вэньюй, безгранично доверяя наставнику.
Бум-бум-бум!
В этот момент откуда-то издалека донесся грохочущий звук, похожий на серию взрывов.
Цинь Хао насторожился и ускорил шаг. Минут через десять перед ними открылся вид на грандиозный водопад.
Мощные потоки воды с ревом обрушивались в глубокое озеро. В воздухе стояла водяная пыль, в которой, подсвеченная лучами солнца, играла яркая радуга.
Зрелище было неописуемой красоты – казалось, такое мастерство природы можно увидеть только в кино или мультфильмах.
— Вот черт, здесь еще и водопад есть?
— Проклятье, какая красота! Вот она, настоящая природа!
— Гляньте, в реке полно рыбы!
Зрители в комментариях не скрывали восторга. В душных городах не то что таких пейзажей – обычного леса не встретишь.
— Здесь славное место, тут и пообедаем, — улыбнулся Цинь Хао. — Как раз рыбы вдоволь. Наловим да зажарим на углях.
— Наставник, вы… вы едите рыбу? — Чэнь Вэньюй и Юнь Сяосяо замерли в изумлении.
Цинь Хао тоже растерялся от такого вопроса:
— А кто сказал, что даосам нельзя есть рыбу?
— Нет, я имела в виду… разве в Даосской Школе можно есть мясо? — Чэнь Вэньюй была окончательно сбита с толку. Она полагала, что даосизм в этом плане схож с буддизмом. К тому же Цинь Хао до этого ел только рис да коренья.
Это и создало у девушек впечатление, будто даосы – строгие вегетарианцы.
…?? Есть тут знатоки? Проясните ситуацию, едят ли даосы мясо?
— По идее, они же как буддисты, разве нет?
— Честно, мы и сами не в курсе. Пусть наставник объяснит!
Зрители тоже сгорали от любопытства. Даосская Школа отсутствовала в поле зрения слишком долго, и многие уже не помнили ее уставов.
— Ха-ха, даосам разрешено есть скоромное. Есть лишь четыре запрета в еде, а остальное можно вкушать без опаски, — с улыбкой пояснил Цинь Хао. — Если говорить точнее, только последователи фракции Цюаньчжэнь придерживаются строгого поста и не едят мясного. Но в других фракциях Даосской Школы мясо разрешено.
— Разумеется, мы едим «мясо трех очищений»: то есть то, чьего убийства ты не видел, о чьем убийстве не слышал и что было убито не специально для тебя. Проще говоря – если сам не убивал и не заказывал, есть можно!
Все разом притихли, осознав, сколько тонкостей скрывает даосский устав.
— Вот черт, если так подумать, даосам живется куда веселее, чем буддистам!
— Ну, нынешние буддисты… кхм-кхм…
— Золотые цепи в палец толщиной, часы ценой в квартиру и новенькие «Мерседесы» – таких я видел частенько. Странствующие монахи не в счет, к ним вопросов нет.
Чэнь Вэньюй и Юнь Сяосяо глубоко задумались.
— А что это за «четыре запрета в еде»? Наставник, раз уж выдался случай, расскажите нам подробнее! — Девушки умоляюще захлопали глазами.
— Хорошо, — кивнул Цинь Хао. — Четыре запрета – это говядина, собачатина, мясо дикого гуся и черной рыбы.
— Бык питается травой, это существо чистой доброты. Всю жизнь он трудится в поте лица на благо людей, и в прежние времена (эпоху земледелия) он был неоценим. Поэтому Патриархи строго запретили ученикам есть говядину. Бык – это символ доброты и трудолюбия.
— Даос не ест быка из уважения к его труду.
— Собака… как гласит старинная мудрость: «дитя не стыдится матери-уродинки, а пес не стыдится бедности хозяина». Собаке плевать, богат ты или нищ. Если она пошла за тобой, то будет служить тебе до конца своих дней.
— Даос не ест собаку из уважения к ее верности.
— Дикий гусь… эти птицы создают пары на всю жизнь. Если один погибает, другой хранит верность до самого конца. Их чувства порой крепче человеческих. Когда гусыня высиживает яйца, гусь всегда рядом. Если явится враг, он бросится в бой без тени сомнения. Одинокий гусь, потерявший пару, доживает свой век в печальном уединении, не ища замены.
— Даос не ест гуся из уважения к его чистоте и верности.