Глава 273 Вторая иллюзия, гештальт–коллапс (часть 1)
Комментарии в чате не утихали еще долгое время. Применение обмана Ястрова поразило всех присутствующих.
Чэнь И продолжил:
— Со способом убийства Сяо Кая мы разобрались. Теперь давайте перейдем ко второй жертве, А Фан. Почему она вдруг решила заглянуть в словарь? И здесь я могу вам с уверенностью сказать: это не было случайностью. Все было подстроено так, что, учитывая ее привычки, это было неизбежно.
— Кун Ваншань предположил, что А Фан увидела незнакомое слово и полезла в словарь. Это направление верное, но в одном он ошибся: необязательно, чтобы слово было редким. Даже обычное, хорошо знакомое А Фан слово можно было заставить ее на время "забыть".
Услышав это, зрители снова опешили.
— Заставить забыть знакомое слово? Разве такое можно контролировать? Да, у нашего мозга бывают сбои, и мы можем забыть какое–то простое слово, но это же неконтролируемый процесс, как на него может повлиять посторонний?
— Может, это гипноз? Заставил А Фан забыть слово?
— Невозможно, гипноз не настолько всемогущ.
— Тогда, может, она приняла какое–то лекарство? Не яд, а что–то, что вызывает амнезию?
— Кун Ваншань и Чжу Лян запрашивали проверку всего кабинета. Кроме цианида на словаре, никаких других веществ не нашли. Если бы она что–то приняла, протокол вскрытия бы это показал.
Чжоу Шуюй и Ся Ло тоже ничего не понимали и навострили уши.
— Ни гипноз, ни лекарства, — продолжил Чэнь И. — Все гораздо проще. Не знаю, слышали ли вы о таком психологическом феномене, как гештальт–коллапс.
Зрители в прямом эфире замерли. Гештальт–коллапс? Что это еще за зверь?
— Говорить впустую бессмысленно, вы все равно не поверите. Лучше я покажу, ведь лучше один раз увидеть. Пожалуйста, посмотрите на этот иероглиф. Вы ведь его знаете? — С этими словами Чэнь И включил планшет, на котором был крупно написан иероглиф "若" (ruò).
— Конечно, знаем. "Если".
— Разве есть кто–то, кто не знает этот иероглиф?
— Тому, кто его не знает, пора снова в начальную школу.
— К чему Чэнь И его показывает? Пытается заставить нас его забыть?
— Невозможно. Если он сможет это сделать, это будет похлеще гипноза.
Чэнь И что–то нажал на планшете и сказал:
— Сейчас на экране появится много иероглифов. Попробуйте найти среди бесчисленных "若" один иероглиф "苦" (kǔ).
На планшете один за другим начали появляться иероглифы: то уставным письмом, то официальным, то жирным шрифтом; красные, синие, белые... В зрителях проснулся азарт. Они сосредоточенно смотрели на экран, не веря, что не смогут отличить "若" от "苦". Конечно, они понимали, что если быть невнимательным, можно и ошибиться, тем более что Чэнь И использовал разные шрифты и цвета, создавая множество помех.
Многие играли в подобные игры: найти один отличающийся иероглиф среди множества одинаковых, например, "我" (wǒ) среди "钱" (qián). На первый взгляд это кажется легким, но на самом деле большинство людей с трудом справляются с такой задачей — похожие формы легко сливаются.
Зрители думали, что это одна из таких игр, и внимательно следили за экраном. "若" появлялись один за другим, и только через несколько минут Чэнь И остановил демонстрацию. Никто из зрителей не нашел иероглиф "苦".
— Черт, я не нашел.
— Я тоже. Его там вообще не было, да?
— Точно не было, я даже не моргал.
Чэнь И с лукавой улыбкой сказал:
— Прошу прощения, я вас обманул. Среди показанных иероглифов действительно не было ни одного "苦". Это было сделано лишь для того, чтобы вы неотрывно смотрели на экран. А теперь, пожалуйста, возьмите ручку и напишите на бумаге иероглиф "若". Не подглядывать, пишите по памяти.
Зрители опешили. Они сочли, что Чэнь И их недооценивает. Хотя в наши дни все больше пользуются компьютерами и телефонами, привыкнув к клавиатуре и отвыкнув от письма, и многие иероглифы люди могут только узнать, но не написать, но "若" — такой простой. Неужели они не смогут его написать? К тому же, они только что так долго на него смотрели. Как можно его не написать?
Зрители взяли ручки и бумагу. Однако, написав несколько черт, многие замерли в изумлении. Они с ужасом обнаружили, что действительно не могут его написать. Он должен был быть таким простым, они только что видели его сотни раз. Но, как ни странно, написать его не получалось. Казалось, что как ни пиши, черты ложатся как–то коряво. И так неверно, и эдак неправильно.
Некоторые, собрав иероглиф по частям, все равно не были уверены в результате. Им казалось, что они где–то ошиблись. Зато те, кто не смотрел на экран, написали его легко и без запинки, даже не задумываясь, по привычке.
На несколько секунд в чате воцарилась тишина, а затем он взорвался.
— Мамочки, я и правда не могу его написать!
— Какая–то чертовщина, почему он не пишется?
— Да чтоб меня, мне что, реально пора в начальную школу?
— У вас тоже так? Я думал, это только у меня.
— Да что происходит? Этот иероглиф такой простой, не может быть, чтобы я не мог его написать.
— Я–то написал, но мне все время кажется, что что–то не так. Сверил с телефоном — вроде правильно, но все равно как–то криво. Что за наваждение?
— Это правда так работает? Вы тут не подставные?
— Нет, не подставные. А ты можешь написать?
— Могу, конечно. Это же элементарно.
— Мы с сестрой–близнецом вместе смотрели эфир. Я в середине отошла заварить лапшу и не смотрела на экран, а она смотрела. В итоге я легко написала, а она — никак не может.
Сравнив результаты, все поняли: те, кто не смотрел, писали без проблем, а те, кто смотрел, — с трудом. И чем внимательнее они смотрели, тем сложнее было написать.
— Так вот в чем дело!
— Но разве от долгого просмотра не запоминаешь лучше? Почему тогда наоборот, не можешь написать?
— А Чэнь И еще говорил, что это не гипноз. Да он загипнотизировал нас всех!
— Это действительно не гипноз, — сказал Чэнь И, — а всего лишь психологический феномен. Когда человек долго смотрит на одно слово или фразу, это может привести к временной потере их значения. В мозгу существуют нейроны, отвечающие за распознавание иероглифов, похожие на те, что отвечают за распознавание лиц. При длительном просмотре одного и того же иероглифа эти нейроны утомляются, что влияет на сенсорное восприятие. В этот момент даже знакомый иероглиф начинает вызывать сомнения в своей форме, кажется незнакомым или даже неузнаваемым. Это и есть гештальт–коллапс, или, как его еще называют, семантическое пресыщение.