Глава 193 Ваша дедукция — не что иное, как его замысел
Столь сложная, но при этом логически безупречная дедукция, построенная Чжуан Ифанем на основе всего лишь трех чашек, привела зрителей в прямого эфира в неописуемый восторг. Более того, выводы идеально вписывались в стиль Чэнь И: Кас, переодевшись в плащ, изображает третьего участника встречи, которого на самом деле не существует, чтобы после убийства Гри направить подозрения по ложному следу. А сокрытие тела в собственном гробу — отличный способ замести следы.
— Конечно, Кас не мог предвидеть, что умрет на следующий день после убийства Гри, — добавил в конце Чжуан Ифань. — Он не мог контролировать время своей смерти, но это и неважно. Он наверняка все спланировал заранее, а значит, у него был сообщник, который помог с погребением.
— Невероятно! — воскликнула Лю Циньи.
— Эта дедукция просто ошеломляет, — похвалил Линь Хай. — Кто бы мог подумать, что три чашки могут рассказать так много.
— Действительно впечатляет, — согласился Ся Ло. — Это высший пилотаж дедуктивного метода.
— Вот в этом и заключается сила детектива, то, с чем не могут сравниться криминалистические технологии, — с чувством произнесла Чжоу Шуюй.
На самом деле, все понимали ценность детективов, но после того, как Чэнь И раз за разом их обыгрывал, зрители начали сомневаться в их способностях. Теперь же вера в сыщиков вспыхнула с новой силой.
Чжуан Ифань, казалось, и сам был весьма доволен своими выводами и с гордостью посмотрел на Ди Синцзюня. Однако тот оставался невозмутим. Он взглянул на секретаршу, которая явно хотела что–то сказать, и спросил:
— Вы выглядите так, будто хотите что–то добавить. Вы убирали чашки?
— Мы старались ничего не трогать, чтобы сохранить место преступления, — ответила женщина. — Но на следующий день, после смерти господина Каса, я прибиралась и точно видела: грязной от чая была только одна чашка.
Чжуан Ифань замер. На его лице невольно отразилось смущение.
— Вы уверены, что только одна? Но ведь Гри точно приходил.
— Я уверена. Только одна. Две другие стояли на полке. Возможно, господин Кас просто не предложил им чаю. Эта чашка — та, из которой он пил обычно.
— Кто мог прикасаться к чашкам после этого? — спросил Ди Синцзюнь.
— Этого я не знаю. На похоронах было много людей, многие заходили в дом. Я могу дать вам список, — предложила секретарь и протянула Ди Синцзюню лист бумаги.
Список оказался невероятно длинным — несколько десятков имен. Очевидно, это было сделано намеренно, чтобы усложнить задачу. Впрочем, в реальной жизни часто так и бывает: приходится анализировать и отсеивать подозреваемых из большой группы людей, а не выбирать из нескольких персонажей сценарного дела.
Но кто бы ни прикасался к чашкам, если слова секретарши были правдой, то после смерти Каса грязной была лишь одна чашка. А это означало, что вся дедукция Чжуан Ифаня не стоила и выеденного яйца. Секретарше не было смысла лгать. Если она не убийца и не сообщница, у нее нет мотива для обмана. А если она причастна, то ей было бы выгоднее промолчать, позволив подозрениям пасть на Каса, а не усложнять себе жизнь, привлекая внимание.
Увидев смущение на лице напарника, Ди Синцзюнь усмехнулся:
— Твоя дедукция все равно была блестящей. По крайней мере, она доказывает, что кто–то действительно расставил ловушку с чашками. И этот кто–то — не Кас, а другой человек. Человек с незаурядными аналитическими способностями, который использовал нашу же логику, чтобы подставить Каса.
Зрители в чате не могли сдержать смеха.
[«Вы хотите сказать, мы тут полчаса расхваливали дедукцию, а она оказалась неверной?»]
[«Мало того, что неверной, так ее еще и подстроил убийца, чтобы поймать детектива в ловушку!»]
[«Только что восхищались, и на тебе, такой конфуз. Как быстро все меняется»]
[«На самом деле, нельзя сказать, что Чжуан Ифань ошибся. Его логическая цепочка была безупречна. Именно потому, что она была такой безупречной, ловушка убийцы и сработала. Поставь на его место обычного человека, он бы ничего из этих трех чашек не вывел, и убийца просто метал бы бисер перед свиньями»]
[«Это лишь показывает, насколько ужасающ Чэнь И. Он идеально предугадал логику детектива. Чем строже твоя дедукция, тем ему же лучше. Такой преступник действительно страшен»]
[«В этой битве титанов Чэнь И пока что на шаг впереди»]
[«Страшно смотреть на поединок мастеров. Сражаются с помощью трех чашек!»]
[«Хорошо, что в группе следователей не я. Если бы я туда попал, эти три чашки убийцы для меня ничего бы не значили. Хе–хе, иногда быть тугодумом даже полезно»]
[«Такого, как ты, убийца бы просто проигнорировал. Все равно ты ничего не раскроешь»]
[«Впрочем, пока что это лишь один промах Чжуан Ифаня. Ди Синцзюнь еще не проиграл. Он, кажется, с самого начала что–то подозревал. И даже если Чжуан Ифань чуть не попался в ловушку, это не было совсем бесполезно. Как сказал Ди Синцзюнь, теперь они знают, что убийца манипулировал чашками»]
Ди Синцзюнь пробежал глазами список, который дала ему секретарь.
— Раз Кас не инсценировал чаепитие, значит, в тот день действительно было два посетителя. Разговор Каса и Гри, скорее всего, касался картины «Бамбук и камни» Чжэн Баньцяо или, по крайней мере, других антикварных картин. Следовательно, вмешаться мог только кто–то из богатых коллекционеров, близко общавшихся с Касом.
Он быстро определил двух человек и вызвал их на допрос. Через некоторое время прибыл первый из них. Это был Нок, друг Каса. Увидев детективов, он отвел взгляд.
— Первого июля вы вместе с Гри встречались с Касом? — прямо спросил Ди Синцзюнь.
К всеобщему удивление, Нок решительно кивнул:
— Да, это был я.
— Это вы были в плаще? Зачем? — спросил Чжуан Ифань.
— Ничего особенного. Просто не хотел, чтобы меня видели с Гри. В конце концов, у него дурная репутация, он только что из тюрьмы вышел, — ответил Нок.
Чжуан Ифань потерял дар речи. Он все отчетливее ощущал, что вся его предыдущая дедукция пошла псу под хвост.
Зрители в чате едва не прыснули со смеху.
[«Ха–ха–ха, вся дедукция насмарку!»]
[«В следующий раз, прежде чем строить теории, может, стоит сначала просто спросить? Вдруг тебе и так все расскажут»]
[«На месте Чжуан Ифаня я бы со стыда сгорел»]
[«Не будьте так строги, та дедукция все равно была очень эффектной»]
[«Да, эффектной. Настолько, что я буду смеяться над ней еще год»]
[«Если серьезно, это было и правда блестяще. Но и очень смешно, да»]
[«Значит, этот Нок теперь главный подозреваемый? И он даже не пытается скрыть свое присутствие»]
[«Тут два варианта. Либо он не убийца, и ему нечего скрывать. Либо он убийца, но настолько уверен в своем интеллекте, что считает, будто его все равно не смогут прижать, даже если он будет стоять прямо перед детективами»]