Глава 914 - Почему ты не отправилась на поиски Муюня?
— Сбежать от реальности?.. — Мэй Юаньюань замерла, в её глазах отобразилось глубочайшее неведение.
Сбежать? Она? Пытается сбежать?
Когда это она сбегала?! О чём вообще говорит эта женщина?!
Мэй Юаньюань лихорадочно пролистывала в памяти воспоминания прошлых лет, но так и не могла понять, какой именно «побег» имела в виду Хуанфу Юньцин.
— Что, сама уже не замечаешь? — В холодном взоре Хуанфу Юньцин не отразилось ни единой эмоции. — Мне подсказать?
Мэй Юаньюань растерянно смотрела на нее снизу вверх. Нин Юйянь и стоящая рядом Нин Яньцзюнь мгновенно подтянулись, их сердца сжал липкий страх.
Подсказать? Что Хуанфу Юньцин задумала на этот раз?! Того, что она уже сделала, с лихвой хватило бы на десяток кошмаров! Неужели теперь она возьмётся за их мать?!
Сестры переглянулись — в глазах каждой читалась крайняя степень паники. Нет! Нужно защитить маму! Любой ценой!
— Госпожа Хуанфу! — крикнула Нин Юйянь, стиснув прутья. — Выслушайте меня! Когда Муюня похитили, мама ужасно страдалa! Она чуть с ума не сошла, разыскивая его! Она всегда помнила о нём! В её сердце всегда было место для Муюня!
— Да! Госпожа Хуанфу! — тут же подхватила Нин Яньцзюнь. — Я могу подтвердить! Я тогда была маленькой, но прекрасно помню ту атмосферу в доме! Мама рвала и метала из-за того, что Муюнь пропал! Мы все боялись даже слово пикнуть! Она безумно тосковала по нему! Она не сбегала! Правда не сбегала!
Хуанфу Юньцин перевела на них взгляд, и атмосфера вокруг неё стала ещё более студёной:
— И это всё, что вы имеете сказать?
Нин Юйянь сглотнула, её мозг работал на пределе возможностей.
— Нет! Не всё! Муюнь… Когда Муюнь вернулся из приюта в Семью Нин, мама ведь не сделала ему ничего ужасного! Ну… Кроме одной единственной пощёчины… Больше мама пальцем его не тронула! Все остальные гадости делали мы! Это не имеет к ней никакого отношения! Яньцзюнь может подтвердить!
— Да! Да! — закивала Нин Яньцзюнь. — Третья сестра говорит чистую правду! С тех пор как Муюнь вернулся, мама вообще на него внимания не обращала! Все те страдания, через которые он прошёл — наших рук дело! Мама тут ни при чём! Если хотите кого-то наказать — наказывайте нас двоих! Только не трогайте маму!
Мэй Юаньюань дрогнула и медленно повернула голову к дочерям.
— Юйянь… Яньцзюнь…
— Ха-ха… — Раздался тихий, исполненный яда и сарказма смех.
Хуанфу Юньцин смотрела на них с нескрываемой брезгливостью. Нин Юйянь ёжилась под этим взглядом и с заплетающимся языком спросила:
— Ч-что? Что не так?!
Нин Яньцзюнь тоже замерла. Что означает этот смех? Разве они сказали хоть слово лжи?!
Не обращая на девиц внимания, Хуанфу Юньцин наклонилась к Мэй Юаньюань. Её взгляд впился в несчастную женщину, словно ледяное жало.
— Мэй Юаньюань. Твои дочери — точная твоя копия.
— Копия?.. — Мэй Юаньюань хлопала глазами. — О чём вы?
— Твои дочери, точь-в-точь как и ты, даже стоя у края могилы, продолжают убегать от реальности, — холодно отчеканила Хуанфу Юньцин.
— Я… Я не понимаю… — Мэй Юаньюань мотала головой. — Я действительно не понимаю, о чём вы говорят!
— Не понимаешь? — Хуанфу Юньцин горько ухмыльнулась. — Похоже, пока не ткнёшь тебя носом в твоё собственное дерьмо, ты так и будешь свято верить в свою непорочность…
— В какое дерьмо?! Что я сделала?! — в глазах Мэй Юаньюань плескалось искреннее замешательство.
Хуанфу Юньцин вздохнула и расправила плечи.
— Они только что, моля за тебя, снова пытались умалить суть происходящего. Даже находясь в безвыходном положении, они отказываются взглянуть правде в глаза и продолжают уклоняться от ответственности за те преступления, что совершили против Муюня. Но впрочем, чему удивляться? В конце концов… — Голос Хуанфу Юньцин набрал силу, и палубу обдало морозным гулом. — Ты, их мать, ровно такая же. Дочери просто повторяют за тобой, научившись увиливать от ответственности с малых лет.
Бум! Бум!
Мэй Юаньюань вцепилась в прутья, её судорожно затрясло:
— Госпожа Хуанфу! Молю, скажите! От чего я сбежала?! Я правда не знаю! Не знаю!
— Мэй Юаньюань, — Хуанфу Юньцин с сожалением качнула головой. — Такого глупого и лицемерного существа, как ты, я ещё не встречала. Ты совершила худшее из возможных предательств, но отказываешься это признать. В отличие от твоих дочерей, ты вроде как не истязала Муюня своими руками. Но на самом деле твой грех — самый тяжкий!
— Мой грех… самый тяжкий? — опешила Мэй Юаньюань.
— Да. И пока ты сама не поймёшь, какова твоя истинная гнилая натура, ты никогда не осознаешь своей вины. И никогда искренне не раскаешься перед Муюнем… А ради того, чтобы душа Муюня на небесах обрела покой… — Хуанфу Юньцин печально прикрыла глаза, на мгновение дав волю боли, а затем снова посмотрела на узницу. — Ради того, чтобы вы, проклятые грешницы, хотя бы попытались искупить перед ним вину, я расскажу тебе один-единственный раз. Насколько же ты мерзка!
Нин Юйянь и Нин Яньцзюнь замерли. Мерзка?.. Что Хуанфу Юньцин вообще может знать?! В чём мерзость их матери?!
Хуанфу Юньцин выдохнула и открыла глаза.
— Мэй Юаньюань. Твой побег от реальности начался в тот самый день, когда Муюня похитили.
— В тот день?.. — Мэй Юаньюань сглотнула.
— Скажи мне, Мэй Юаньюань… Почему после похищения Муюня ты перестала его искать?