Глава 812 - Учить мастера
— Хуанфу Юньцин! Кха… Ох…
Хуанфу Юньсюань с диким ужасом уставилась на изящную детскую ручку, высунувшуюся из багрового ядовитого марева. Она даже сообразить ничего не успела, как скользкая, гладкая пилюля сама собой проскочила глубоко в гортань. Рефлексы сработали быстрее разума — глоток, и лекарство кануло в пищевод.
— Кха-кха! — Наконец осознав, что произошло что-то страшное, Хуанфу Юньсюань вцепилась пальцами в собственную шею и забилась в рвотных позывах. — Хуанфу Юньцин! Ах ты сука! Кха-кха… Как ты… Почему ты не подохла?!
Она дёргалась, пытаясь исторгнуть из себя заглоченное, а в душе бушевал ураган неверующего отчаяния. Этот яд… Этот рецепт она лично выписала из древнего, полусгнившего фолианта в закрытом архиве рода! Все ингредиенты, все редчайшие ядовитые твари собирались с таким трудом! Согласно фолианту, яд обладал чудовищной токсичностью: живому человеку достаточно было сделать один-единственный вдох, чтобы упасть мёртвым!
А Хуанфу Юньцин оказалась в самом эпицентре! Её плоть должна была за секунды превратиться в гниющий кисель! Почему она цела?! Почему с ней ничего не произошло?!
«Это неправда! Это неправда! У неё наверняка уже мясо слезает с костей! Она просто притворяется! Она сейчас умрёт! Она прямо сейчас сдохнет-t-t!»
У-у-у~
Налетевший порыв ночного ветра подхватил и рассеял алый туман. Фигура Хуанфу Юньцин снова предстала перед всеми. Но к неописуемому ужасу Хуанфу Юньсюань, девушка стояла абсолютно невредимой. Ни единого ожога, ни единого пятнышка на белоснежной коже.
— Хуанфу Юньцин! — взвизгнула безумица. — Почему ты жива?! Мой яд должен был сжечь тебя дотла! Почему ты ещё дышишь?! Нет… Нет! Ты умерла! Передо мной просто галлюцинация! Это всё морок! Морок!
— Ха-ха… — Раздался чистый, но леденящий душу смешок.
Хуанфу Юньцин чуть наклонила голову, и в её глазах, похожих на два огранённых рубина, блеснуло искреннее презрение.
— Хуанфу Юньсюань, а ты действительно окончательно выжила из ума. Раз несёшь подобную ахинею… Что ж, теперь я хотя бы знаю, в какую именно психушку тебя упакуют после твоей кончины.
— Хуанфу Юньцин! — Сумасшедшая брызгала слюной, не сводя с неё глаз. — Как ты могла выжить?! Мой яд — лучший поднебесной! В этом мире нет никого, кто мог бы противостоять ему! Почему… Почему ты жива?! Нет! Ты мертва! Точно мертва! Мои глаза врут мне! Это всё иллюзия!
— Хи-хи-хи…
Снова раздался этот издевательский смех. Хуанфу Юньцин посмотрела на неё с глубокой, почти брезгливой жалостью.
— Хуанфу Юньсюань, мне сейчас даже немного жаль твою старшую сестру. Иметь такую тупую, как свинья, младшую сестрёнку — вот уж воистину проклятие для Хуанфу Юньхэн.
— Хуанфу Юньцин-н-н! — Сцепив зубы так, что эмаль затрещала, Хуанфу Юньсюань прошипела: — Ты всего лишь призрак! Морок! С какой стати ты смеешь так со мной говорить?! Ты не могла выйти живой из моего ядовитого облака! Исчезни! Сгинь, сгинь, сгинь!
— Ха-ха-ха-ха! — Хуанфу Юньцин уже просто не могла удержаться от смеха.
Её лёгкий, звонкий хохот под холодным лунным светом казался обманчиво сказочным.
— Хуанфу Юньсюань, тебе не кажется, что твое о себе мнение слегка завышено? Никто в мире не может выжить после твоего яда? Хе-хе… А с чего ты взяла, будто ты единственная в этом мире, кто разбирается в ядах?
— Что?! — Хуанфу Юньсюань вздрогнула, уставившись на неё с диким изумлением. — Ты… Ты умеешь пользоваться ядами?! Ты никогда в жизни их не применяла! Откуда тебе знать яды?!
— Хуанфу Юньсюань… — Глаза Хуанфу Юньцин стали равнодушными и темными. — Я сумела пройти испытание на звание главы рода. Какая-то жалкая отрава для меня — детская забава. Запомни: раз дедушка выбрал главой именно меня, это значит лишь одно — я превосхожу всех вас абсолютно во всём! Будь то якобы хвалёный умишко Хуанфу Юньао или твоя ядовитая дрянь. Всё, на что вы способны — это лишь жалкая попытка учить мастера!
— Ты! — выдохнули три голоса одновременно.
Хуанфу Юньсюань, Хуанфу Юньао и Хуанфу Юньпин вспыхнули от безудержного гнева. То, что эта девчонка всегда стояла на голову выше их, они и так считали своим главным жизненным позором. А теперь она бросила им это прямо в лицо, смешав с грязью их гордость!
— Хуанфу Юньцин… Да как ты можешь… Ты…
Хуанфу Юньсюань уже собиралась снова броситься в атаку, как вдруг в глубине её живота разлилась странная, леденящая прохлада. Девушка застыла на месте.
«Непонятно… Что… Что она мне только что затолкала в рот?! Что это было?! Почему я никогда не слышала о таком отравляющем веществе?! Что происходит?!»
— Э-э-э-гх!
Не успела холодящая волна утихнуть, как в груди вспыхнул адский, всевыжигающий пламень! Раскалённая жара с такой силой сжала внутренности, что Хуанфу Юньсюань с диким стоном рухнула на колени!
— Хуанфу Юньцин! Что… Что ты мне дала-а-а?!
— Хе-хе… — Девушка улыбнулась, но в её глазах застыл мрак подземелий. — Да так. Пустяк. Всего лишь маленькая пилюля.
— Ты… Ты отравила меня!
— Ну что ты, нет-нет-нет, — качнула головой Хуанфу Юньцин с абсолютным, почти жутким спокойствием. — Я всегда действую честно и открыто. Использовать яд — это слишком низко для меня. Я никогда не опускаюсь до подобного.
— Тогда что ты мне дала?! Э-э-э-гх!
Язык Хуанфу Юньсюань онемел, а из глубины пищевода к горлу хлынула невыносимая, жгучая кислота. Чудовищный отвратный вкус заставил её выворачиваться наизнанку — казалось, сейчас наружу выйдет всё, что она ела за последнюю неделю!
— Хуанфу Юньцин! Трусливая, мерзкая тварь! Ты отравила меня и даже признаться боялась?! Э-э-э-гх!
— Ха-ха… — Хуанфу Юньцин с умилением наблюдала за её мучениями. — Хуанфу Юньсюань, я же сказала: я брезгую ядами. То, что ты проглотила — это мощнейшее, элитное общеукрепляющее средство! Самый настоящий драгоценный бальзам! Я с таким трудом вытравила его из редчайших ингредиентов в сокровищнице рода Шангуань специально для тебя! Наслаждайся! Нельзя же пренебрегать моими стараниями.
— Если это укрепляющий бальзам… То почему… Почему мне так больно-о-о-о?! А-а-а-а! — Хуанфу Юньсюань обхватила живот и забилась по земле.
Хуанфу Юньцин смотрела на неё сверху вниз, и голос её зазвучал с леденящей жестокостью:
— Хуанфу Юньсюань, ты что, прогуливала лекции по медицине? Яд может стать лекарством, а сильнейшее лекарство — смертельным ядом! Слышала когда-нибудь о том, что всё хорошо в меру? Мне даже яд не нужен — я способна уничтожить тебя простым целебным снадобьем! А ты ещё смела бахвалиться своими отравами передо мной? Ненормальная!
— Ты… А-а-а-а-а-а!
Хуанфу Юньсюань каталась в пыли, визжа от нестерпимой боли.
Хуанфу Юньцин наблюдала за этим адом без единой эмоции на фарфоровом лице.
— Больно? Но ведь это лишь капля того, что ты заслужила. То, что ты чувствуешь сейчас — лишь ничтожная малая доля мучений дедушки. Корчись дальше. За каждую секунду его страданий вы заплатите в сотни раз больше. И очень скоро, Хуанфу Юньсюань, ты поймёшь… что легкая смерть — это величайшее счастье, которого ты теперь никогда не получишь.