Глава 739 - Полный расчёт
Нин Муюнь?!
При виде него все обомлели.
Мэй Юэюэ и Мэй Ии напряглись, с опаской уставившись на племянника. Каждый раз, когда появлялся Нин Муюнь, кто-то обязательно страдал! В их глазах он давно числился среди самых опасных людей. Появление юноши заставило сестёр мгновенно прийти в полную боевую готовность — они не позволят ему навредить старшей сестре!
Мэй Юэюэ тайком отправила эсэмэску Цинь Хуайли, мысленно ругая парня: «Куда пропал этот негодник?! Нигде не найти! Вот явится — уши оборву!»
В отличие от них, Нин Юйянь и Нин Яньцзюнь едва сдерживали радостное возбуждение. Муюнь пришёл! Неужели он знает, что они за него мстят?! Пришёл помочь расправиться с Нин Цзибо?!
— Дитя моё... — Мэй Юаньюань смотрела на сына, стоящего у дверей, с непередаваемой смесью восторга и стыда.
Больше двадцати лет она третировала родного сына ради чужого ублюдка! Как же она была слепа! И даже дала ту жуткую клятву... Она не достойна называться матерью...
Нин Цанму посмотрел на юношу с глубокой, неизбывной печалью. «Ха-ха... Я думал, потеряв одного сына, выращу другого — какая разница? А выстирал чужого отродья! А родной сын теперь знать меня не хочет... Это мне кара небесная? Он пришёл посмеяться надо мной?»
Нин Сицзе растерянно смотрела на Нин Муюня, вся её холодная спесь куда-то улетучилась. «Муюнь... Зачем ты здесь? Хочешь сам отомстить? Что ж, эта месть по праву твоя. Мсти, а я тебе помогу».
Мэй Чансун прервал плач и вскинул голову. Увидев улыбающегося Нин Муюня, он почувствовал, как сердце сжимает ледяная лапа.
«Зачем этот щенок здесь?! Пришёл поглумиться над нами?! Постой... Он же хитер и ядовит! Неужели снова притащил какую-то дрянь, чтобы навредить Цзи Бо?!»
А в душе Нин Цзибо вспыхнули паника, дикая зависть и страх!
«Эта мразь! Зачем он снова припёрся?! Почему он до сих пор не подох?! Почему он стоит на своих двоих, а я прикован к койке?! Это нечестно! Нечестно-о-о!!!»
Нин Муюнь неторопливо, словно на прогулке в парке, прошёл вглубь палаты. На его лице играла непринуждённая улыбка.
— И что это с вами? Чего все языки приглотили? Неужто они у вас отсохли?
— Нин Муюнь! — Мэй Чансун резко встал и сощурился: — Что ты здесь забыл?! Это палата Цзи Бо, тебе здесь не рады! Вон отсюда!
— Мэй Чансун, ты... — Нин Сицзе хотела заступиться за брата, но Нин Муюнь опередил её.
— Мэй Чансун, а ты чего до сих пор не сдох-то?
У старика от такой наглости чуть сердце не выпрыгнуло:
— Нин Муюнь, ты!..
— Чё «ты»? — Нин Муюнь подошёл к нему вплотную и уставился сверху вниз. Голос юноши опустился до леденящего шёпота: — Ты чё, не расслышал, что я сказал? Старый хрыч, почему ты до сих пор не в гробу?
— Ты!..
— Чё «ты»? — на губах Нин Муюня заиграла глумливая ухмылка. — С рожей, изрезанной вдоль и поперек, стоишь тут, как клоун на арене?
Мэй Чансун задыхался от гнева, но Нин Муюнь добил его следующей фразой:
— Впрочем, тот, кто исполосовал тебе физиономию, только время перевёл. Ты ведь и так всю жизнь был клоуном! Плёл интриги, а остался у разбитого корыта. Коли не ты клоун, так кто же?
— Ты... Ты!..
— Ха-ха-ха...
Оставив задыхающегося от злобы старика, Нин Муюнь презрительно отвернулся и пошёл дальше.
Нин Цанму сжался, когда юноша приблизился к его дивану.
— Негодный сын, зачем ты припёрся?!
— Кто тут, блядь, твой «негодный сын»? — Нин Муюнь остановился перед ним, глядя на него свысока с нескрываемым презрением. — Нин Цанму, ты чё, совсем из ума выжил?! Я с тобой давно все связи порвал! Какое право ты имеешь звать меня сыном, мразь?
Нин Цанму задыхался от возмущения:
— Тогда... зачем ты пришёл?!
— Зачем? — Нин Муюнь улыбнулся самой тёплой, почти ангельской улыбкой. — Пришёл на рогача-куколда полюбоваться!
Нин Цанму вылупил глаза:
— Ха-ха... — Нин Муюнь презрительно фыркнул. — Знаешь, Нин Цанму, я за свои годы скитаний всякого видал. Но такого жалкого куколда, как ты, встречаю впервые! Думал, ты самый умный — завел любовницу и заставил жену растить твоего отпрыска? А на деле растил чужого ублюдка! Да и любовница твоя оказалась чужой бабой! Ты был просто ходячим банкоматом, дурачок. Каким надо быть рогачом, чтобы так вляпаться? Я уж грешным делом думал, не черепаха ли ты в прошлом воплощении?
Нин Цанму захлебнулся яростью:
— Нин Муюнь!..
— Заткнись!
ПАУ!
Звонкая пощёчина заставила Нин Цанму откинуться на спину, из уголка его рта брызнула кровь!
— Я разрешал тебе рот открывать, рогач? Дрянь!
Нин Цанму бессильно лежал на диване, смотря на него с лютой ненавистью. Нин Муюнь лишь брезгливо ухмыльнулся:
— Нин Цанму, не думай, что старое забыто! Я пришёл сюда сводить с вами полные счёты! Ради этого выродка Нин Цзибо ты заставил меня пройти через ад! Думаешь, я прощу тебя, кусок дерьма?!
Нин Цанму тяжело дышал, у него не было сил даже ответить.
Нин Муюнь бросил на него ледяной взгляд и перевёл взор на Нин Цзибо:
— Нин Цзибо, скажи, я ведь прав?
Нин Цзибо сжался, впившись в Нин Муюня взглядом, полным дикого страха и злобы:
— Нин Муюнь! Что ты задумал?!