Глава 684 - Я не позволю тебя расстрелять
第682章 绝不会让你被枪毙
— Зачистить?.. — Нин Сыцзе подалась вперёд. — Что это значит?!
Бай Лян начал забегать глазами:
— Ну… сделать так, чтобы они умерли…
Бум!
Нин Сыцзе с размаху впечатала кулак в стекло:
— И ты… ты сделал это?!
— Нет! Нет! Вы что! — поспешно замахал руками Бай Лян. — Я хоть и гнида, но всё же не законченный монстр! Они же совсем крохи были, как бы я смог грех на душу взять и укокошить их?! К тому же среди них была моя племян…
— Племян?.. — перебила Нин Сыцзе. — Племянница?!
— Кхм! Нет-нет, ничего… — смутился Бай Лян, пытаясь замять оговорку. — Короче, не поднялась у меня рука. Да и за убой детей — верный расстрел.
Нин Яньцзюнь строгим взглядом впилась в него:
— И как же ты с ними поступил?
— Кхм… — Бай Лян прочистил горло. — Убивать боялся, отпустить тоже не мог. А у меня оставались старые контакты того расстрелянного деда. Вот я и решил: дай-ка обзвоню покупателей. Продать детей всяко лучше, чем уходить на тот свет…
Нин Сыцзе снова ахнула кулаком по бронестеклу; её глаза налились багровой кровью.
— Ублюдок! Ты дерзнул продать моего брата?! Ты жить надоело?!
— Девушка! Девушка, тише! — перепугался Бай Лян. — Я же говорю: я хотел, но не продал! Время тогда лихое было, покупатели затаились, никто на связь не выходил! Мы с детворой несколько дней торчали на заброшенной свалке. Я никого не продал!
Нин Сыцзе с помощью сестры кое-как взяла себя в руки:
— Говори дальше! Что было потом?
Бай Лян облегченно перевел дух:
— В общем, искал я покупателя несколько дней и вроде нашел одного. Он должен был приехать издалека. Но детишки за эти дни совсем отощали, обезводились. Я испугался, что они помрут у меня на руках и товар испортится, и побежал в аптеку за глюкозой и водой. А когда вернулся… мама родная! Вся заброшка оцеплена ментами, мигалки кругом! Я у прохожих спросил и обомлел: оказывается, твой мелкий брат как-то умудрился вытащить остальных детей и вывести их наружу! Их всех менты забрали! Твой брат, правда, сильно пострадал при побеге… Ну я струхнул, бросил склянки в мусорку и дал дёру обратно в город. Вот и вся история…
— Муюнь… — Нин Сыцзе всхлипнула. Слезы градом покатились по её щекам.
Стоявшая рядом Нин Яньцзюнь тоже не сдержала слез.
— Ему же было всего три года!.. Сколько же ужаса он натерпелся, пока выбирался оттуда?.. Это я виновата! Я не уберегла тебя, братик… Это всё из-за меня…
Сестры рыдали навзрыд, а Бай Лян ерзал на стуле, не зная, куда девать глаза.
Наконец Нин Сыцзе вытерла слезы. Её опухшие глаза снова налились ледяным свинцом.
— Кто ещё был с ними? Кого вы ещё похитили, кроме Муюня и той девочки?
— Ещё двоих, — тихо ответил Бай Лян.
— Мальчики или девочки? — спросила Яньцзюнь.
— Девочки. Обе девочки.
Нин Сыцзе сжала кулаки:
— Ты знаешь, кто они?
— Нет… Их та баба привела, я без понятия, чьи они…
— А твоя подельница? Как её полное имя?
— Ли Сяоянь. Дочь того деда-работорговца.
— Это её настоящее имя?
— Насчёт настоящего не знаю, но старик её только так и звал.
— У старика были ещё родственники?
Бай Лян задумался:
— Слыхал, у него две дочери было. Но одна вроде как сбежала ещё молодой, и след её простыл.
— Как её завали?
— Вторую?.. — Бай Лян наморщил лоб. — Кажется, Ли Сяося.
— Ли Сяося? Ли Сяоянь? — Нин Сыцзе кивнула сестре. — Яньцзюнь, запиши. Выйдем — сразу проверишь обеих.
— Поняла, сестра.
Глядя на их суровые лица, Бай Лян занервничал:
— Эй, мы же договорились! Вы ментам меня не сдадите! Если они узнают — меня точно к стенке поставят! И… вы же отпустите моих детей, правда?
— Не волнуйся, — Нин Сыцзе встала с места. — Я лично ручаюсь, что тебя не расстреляют. И последний вопрос: ты знаешь, что произошло с Лю Ии?
— С Лю Ии?.. — Бай Лян почесал затылок. — Сам не видел, но краем уха слышал от Ли Сяоянь. Она как-то проговорилась, что сама прикончила эту бабу. А за что и как — не знаю.
— Хорошо, — Нин Сыцзе наклонила голову. — Я поняла.
— Так вы отпустите моих детей?!
— Не переживай. С твоим сыном и дочерью всё будет хорошо.
— Ну и славно! Да, и смотрите — ментам ни слова!
— Можешь быть уверен.
Сестры развернулись и вышли из комнаты.
— Уф-ф-ф… — Бай Лян утер обильный пот со лба. — Пронесло!
***
Выйдя за ворота тюрьмы, Нин Яньцзюнь подошла к старшей сестре и шепнула:
— Сестра, ты ведь не собираешься спускать этому ублюдку всё с рук?
Нин Сыцзе подошла к ожидающему неподалеку телохранителю в чёрном костюме:
— Слышала, у тебя есть связи внутри этой колонии?
Мужчина кивнул:
— Мой бывший кореш, Малый Чай, сейчас отбывает здесь срок.
— Он сможет сделать одно дело?
— Без проблем, госпожа Нин.
— Отлично, — взгляд Нин Сыцзе стал лютым. — Зайди с Яньцзюнь обратно и передай своему корешу: пусть устроит Бай Ляну такую «веселую» жизнь, чтобы этот гад до конца дней жрал только через трубочку. Понял?
— Сделаю в лучшем виде, госпожа Нин!
— Иди.
Глядя им вслед, Нин Сыцзе чувствовала, как внутри закипает темная, отравляющая радость…
Скрип!
Дверь припаркованного неподалеку седана открылась, и оттуда вышла Нин Юйянь. На её лице застыло крайнее смятение.
— Сестра… Кажется, я знаю, кто такая эта Лю Ии…
Нин Сыцзе резнуло предчувствием:
— Кто?!